Чтение онлайн

– Друзья мои! – после почти фатальных столкновений с металлическим шестом и несколькими столиками Оливия схватила Эмили в охапку. – Ты выиграла сражение с мужчиной! Я так рада, что ты не позволила ему выиграть! А еще я пьяна! Какая я умница! Это будет та еще ночка!

Эмили хихикнула, стаскивая пальто.

– Да. Я выиграла сражение. – Она улыбнулась Гэвину. Он только усмехнулся, забирая её пальто. – И да, ты выглядишь очень надравшейся.

– Я так и планировала. Теплая размытость на сегодня. – Оливия улыбнулась Эмили, схватила её за руку и потащила к балкону над танцполом. – Смотри, Эмили! – крикнула она, широко расправив руки. – Мир – свой парень!

– Твою ж мать, Оливия! – выкрикнула Эмили, потому что Оливия свесилась вниз с балкона, и обхватила её руками за талию, чтобы не дать разбиться насмерть. Сопроводила её обратно к Джуду и Гэвину.

Оливия насупилась, только беспокойство Эмили не остановило её от того, чтобы взять огненно-красный шот в колбе у подошедшей официантки, когда Джуд достал бумажник, чтобы расплатиться за напитки. Опрокинула его в себя, вернула колбу официантке, оставляя влажный поцелуй на щеке Джуда.

– Ты ведь помнишь мой персональный живой холст?

Эмили улыбнулась:

– Как же я могу забыть?

– Здорово снова увидеть тебя, – перекричал Джуд музыку. – По крайней мере, в этот раз я одет.

Эмили улыбнулась, не имея ни малейшего понятия, как на это ответить.

Да. Это заявление смутило Гэвина. Совсем немного. Положив на спинку дивана их с Эмили пальто, он повернулся к остальным, глазами пригвоздив Джуда.

– Я Гэвин, и я рад видеть тебя одетым. Ты?

– Как дела, приятель? – сказал Джуд с самой дружелюбной улыбкой. Протянул руку, и Гэвин пожал её. – Я Джуд или ты можешь называть меня «живой холст». Как угодно. Мне нравится.

Гэвин кивнул и наклонился к Эмили, шепча на ухо:

– Так, Эмили. Он только что упомянул, что одет на этот раз и теперь назвал себя живым холстом. – Он обвил рукой её талию. – Готов предположить, ты, каким-то образом, видела его голым и, возможно, в этом принимали участие малярные кисти. Я бы позволил тебе нарисовать меня, если это то, что тебе действительно было нужно.

Положив ладошку ему на шею, Эмили вздернула бровь, улыбка расползлась по лицу.

– Позволишь мне нарисовать симпатичную радугу на животе?

– М-м-м, я позволю нарисовать тебе все, что захочешь, когда только пожелаешь. – Прикусил её губу, притягивая ближе. – Помни, мне не нужно ни одного сексуального ограничения между нами. Но это запредельно – ты, рисующая на чьем-либо еще мужском теле, кроме моего.

Эмили усмехнулась, прислонив свой ротик к его уху:

– Ни разу в жизни не рисовала на мужском теле, но собираюсь попробовать, как только вернемся домой. О, и кстати, я видела Джуда лишь наполовину голым. У него хорошее телосложение, но и близко не такое твердое и горячее, как твое, так что не беспокойся об этом. Повторяю, это была обнажёнка лишь наполовину.

– Ты заставила меня понервничать, но я пропущу это. – Глядя в её глаза, он облизнул нижнюю губу. – Художественные магазины открыты в это время?

– Эй! – крикнула Оливия, оттаскивая Гэвина от Эмили. Облокотившись на него, провела рукой по своим светлым волосам и улыбнулась. – Во-первых: я никогда не отстану от тебя, Блейк. Во-вторых: она уже оплодотворена. Чертовски уверена, ты не сможешь сделать её беременной снова. Так что остынь, братишка. Вы оба сейчас казались немного возбужденными.

Высвободившись из медвежьих объятий Оливии, Гэвин покачал головой:

– Я окружен женщинами, которые просто лишают меня сегодня дара речи.

Нацепив улыбку довольного Чеширского кота во все тридцать два зуба, Оливия обвила рукой шею Эмили. Её карие глаза испепеляли Гэвина.

– Привыкай, приятель. Мы остаемся. – Отрыгнула, глядя на свои часы. – Вот дьявол. Мой брат с Феллон. Будем надеяться, он нигде не оплодотворил её. Сказал, они придут в полночь, а уже пятнадцать минут первого.

Эмили сморщила носик, отодвинувшись:

– Господи, Оливия.

– Что? – Попыталась удержаться на ногах хватаясь за руку Джуда, только пользы никакой, потому как он отступил назад. Она нахмурилась. – Я переборщила с хренью типа «оплодотворил», да? Извиняюсь. Но так и есть. О, Боже, Эмили. У тебя будет ребенок! Нам нужно пойти по магазинам детской одежды. Конечно, не для маленьких детей, ведь когда он появится, то еще и ребенком-то не будет, потому как будет совсем крошечным. Совсем как карандашный грифель. – Оливия подняв руку, приложила ладонь ко лбу. – Нам нужно немя. То есть имя. Немя. Ой! Придумала! Оливия, – и не важно, мальчик это будет или девочка, его немя будет Оливия, в мою честь!

Эмили абсолютно обалдела от пьяных выходок Оливии, у нее вдруг появилось непреодолимое желание схватить шот с подноса официантки, которая в очередной раз проходила мимо.

– Оливия, я говорила не о ребенке. Я говорила об отрыжке, той, что ты выдала мне прямо в лицо.

Оливия зажала рукой рот:

– Я рыгнула?

Как только Оливия испустила «рыгающий» вопрос, Феллон и Тревор, рука об руку, подошли к ним. Взвизгнув от восторга, Оливия заключила их в пьяные и более чем крепкие объятия. Ответив на несколько вопросов о возможном оплодотворении Феллон, Тревор отправил Джуда с Оливией на танцпол, сказав им «выжечь из себя хоть сколько-нибудь алкоголя».

Игнорируя неприятное чувство в животе, Гэвин позволил Эмили присоединиться к ним. Феллон была с ней и не собиралась напиваться из-за предстоящего утром причастия, так что это немного успокаивало. Только ощущение не исчезало. Сцепив руки, Гэвин локтями облокотился о перила второго этажа. Наблюдал «соколиным взглядом», как Эмили вливалась в толпу на площадке.

– Слышал, что случилось у вас с Дилланом, – заговорил Тревор, также пристально наблюдая за девчонками, в голосе ясно слышалась усталость. – Пара парней из офиса позвонили и рассказали мне об этом.