Птенцы Виндерхейма
Шрифт:
– Имя первому человеку было Риг. Бог-Солнце вырубил его из белого камня и сделал хозяином всех зверей, рыб, птиц и гадов. Риг повелевал всякой вещью и всякой тварью на земле, и отправился он в путь, осмотреть свои владения. А Всеотец удалился на покой, чтобы отдохнуть от трудов. Отдыхал он три дня и три ночи…
Ветер, как назло, нес дым в сторону Альдис. Девушка скорчилась за камнем, задыхаясь и растирая переносицу. О боги, ну и дрянь они там жгут!
– …темные богини преисполнились зависти. И решили они превзойти Всеотца. Кали зачерпнула грязи и слепила женщину с темной кожей и черными волосами. Куроками взяла песок и слепила женщину с желтой кожей, узкими глазами и черными волосами. Морриган замесила глину и слепила женщину с белой кожей и рыжими волосами…
Чихательный приступ прошел, но жутко начали чесаться щеки и нос. Альдис делала короткие вдохи через рот и яростно растирала лицо. Проклятье, только бы не выдать себя!
– Риг вошел в хижину за женщиной с черной кожей, провел с ней ночь и наутро продолжил свой путь. В положенный срок она родила мальчика и девочку с темной кожей и черными волосами. От них пошли бхаты…
Ветер наконец-то поменял направление, и Альдис снова смогла вдохнуть. Кожа по-прежнему чесалась, а глаза слезились, но хотя бы дышать можно было более-менее безбоязненно.
– На второй вечер Риг встретил женщину с желтой кожей, узкими глазами и черными волосами. Он вошел в ее хижину и провел там ночь, а наутро продолжил свой путь. В положенный срок она родила мальчика и двух девочек. От них пошли чжаны и ниронцы.
Девушка с трудом удержала зевок.
«Ну и нудятина! И ради этого они собираются здесь по ночам?»
– На третий вечер Риг встретил женщину с белой кожей и рыжими волосами…
«Дай-ка я догадаюсь! Он провел с ней ночь, потом она родила мальчика и девочку?»
– …родила мальчика и девочку. От них пошли гальты.
«Кто бы мог подумать! Какой сюрприз!»
– И стали они плодиться и размножаться…
«Странно, что не выродились в третьем поколении».
Оратор в маске выдержал длинную театральную паузу.
– …И стали они плодиться и размножаться. И вскоре заполнили весь мир. Когда Всеотец проснулся, все уже свершилось и ничего нельзя было исправить. – Голос мужчины упал до трагического шепота, а девушка еле удержалась от неуместного хихиканья.
«Здоров же он дрыхнуть! А обещал: «На три дня, на три дня!»
– …В горе пошел он к белым скалам и вырубил женщину из белого камня. Она стала женой Ригу и родила ему десять сыновей и десять дочерей, от которых пошли сванды. И решил Всеотец, что править и повелевать на земле будут Люди Камня, а люди грязи, песка и глины будут для них рабами и слугами. И стало так.
Альдис чуть не поперхнулась. Сначала ей даже показалось, что она ослышалась.
– И стало так! – возвысил голос оратор. – И длилось все по слову Всеотца много веков, земля процветала, и люди были счастливы.
Мужчина сделал секундную паузу, чтобы слушатели могли переварить услышанное. На лице Моди вместо привычного туповато-скучающего благодушия был написан восторг и чуть ли не благоговение. Он даже рот забыл закрыть, так и стоял с полуотвисшей челюстью.
– Но сванды были слишком беспечны и снисходительны. Бхаты, ниронцы, чжаны и гальты обленились и потеряли уважение к господам. – Теперь голос старшего брата грохотал где-то под сводами пещеры. В нем рычали громовые раскаты божественного гнева. – Они предали и продали своих хозяев темным богам. Всеотец отвернулся от людей, а боги разгневались и наслали Катаклизм.
Моди стиснул кулаки. На его лице отражалась неподдельная боль, словно это его лично предали и продали темным богам.
– Теперь ты знаешь правду, Моди – сын Хедрика. В Темные века сванды забыли о созданном Всеотцом миропорядке и, когда пришло время прощения, время повелевать и властвовать, приняли рабов и слуг как равных.
«Неудивительно. Без бхатских жрецов и воинов у Харальда тролль лысый, а не конунгат получился бы. Читай историков, дядя».
– Предание гласит, что раньше Мидгард простирался от края до края земли, и все земли были – Мидгард. В годы Смуты потомки рабов присвоили принадлежавшие свандам обширные земли на северо-востоке. Мидгард потерял даже свое имя, получив на языке недочеловеков наименование «Ойкумена», что означает «ворованная земля». Нам остались лишь жалкие скалистые островки. Мы пытались вернуть свои исконные земли, но проиграли войну. А ведь у нас были небесные великаны – быстрые, мощные, непобедимые! У нас было благословение Всеотца! А ведь известно, что в бою любой сванд стоит десятка недочеловеков! Не потому ли мы проиграли войну, что люди грязи, песка и глины помогали своим родичам?! – Каждую последующую фразу мужчина произносил громче предыдущей, и с каждой фразой Моди все больше мрачнел.
Голос старшего брата перешел на крик:
– Саннлейкуринн!
Молчаливые и бесстрастные курсанты, о присутствии которых Альдис почти забыла, единым движением вскинули вверх сжатые кулаки:
– Саттмала Фадир! – ударил по ушам рев, одновременно вырвавшийся из десятков глоток. Пламя факелов плясало на лицах, и в каждом взгляде была ненависть.
Девушка съежилась в своем укрытии. Сейчас ей стало по-настоящему страшно. Сверкающие глаза, искаженные ненавистью лица, синхронно поднимающиеся кулаки, блеск пуговиц на мундирах – это вам не бестелесные духи.
«Боги! Они действительно верят в этот бред».
– Вы – лучшие из лучших. Ваша кровь чиста от грязи. Вы – последняя надежда Мидгарда. Долг господина – наказать нерадивых рабов и вернуть созданный Всеотцом миропорядок. Но это тяжкий путь. Путь, полный лишений, опасностей и боли. Готовы ли вы пройти его до конца?
– Да-а-а! – отозвались десятки глоток.
– Да, Учитель! – с восторгом завопил Моди.
– Моди Хедрикссон, ты слышал правду. Встань на одно колено и повторяй за мной: «Сие есть Истина, и да воссияет она!»
Моди торопливо бухнулся на колено и приложил руку к сердцу, словно собирался просить мужчину в золотой маске выйти за него замуж.
– Сие есть Истина, и да воссияет она!
– Повторяй: «Я, Моди – сын Хедрика…»
– Я, Моди – сын Хедрика…
– …Человек Камня, истинный человек, клянусь своей честью, клянусь своей жизнью помнить о своем высоком происхождении.
– …высоком происхождении.
– Клянусь в верности и служении Истине. Клянусь в верности и служении братству. Клянусь не склоняться перед недочеловеками. Клянусь отдать свою жизнь за торжество Истины. Да будут светлые боги свидетелями моей клятвы, и пусть покарают они меня, если я нарушу ее. Саннлейкуринн Саттмала Фадир!