Чтение онлайн

Впрочем, господина Друнвало скромное убранство нисколько не смущает, для представителя расы гномов это вполне обычная и привычная обстановка, тем более, в пограничной крепости, где роскошь и излишества отсутствуют по умолчанию.

Зато боевой доспех командора даст фору любому щеголю из столицы, причем не только среди дварфов. Тут и золото, и вставки из метеоритного железа, и драгоценные камни в изобилии и мощные магические накопители, и многое другое столь же нужное и бесполезное одновременно.

Второе действующее лицо, присутствующее в помещении – урядник Громмун. Вид он имеет понурый и удрученный.

– Базальтовый пласт ему поперек штрека, – произнес командор одно из страшнейших проклятий подземного народа. Как известно, базальт рубить – не мешки ворочать. Его и кайло не берет, и алхимия не справляется. Если попался такой "подарок" в шахте – смело заканчивай работу, ищи новую жилу.

– Почему ты не грохнул его сразу? Устав караульной службы тебе для чего дан? Чтобы ты его под голову вместо подушки клал, когда спишь на посту?

– Дык... Я... Это... Не спал я! Напраслину возводишь, командор! – возмутился начальник караула.

– Если не спал, то почему сразу главным калибром не вдарил? Или ты от берега прихода дальних родственников ждешь? Дварфа от человека отличить не способен?

– Так эта... он красным не подсветился. Агрессии не проявлял. Пока близко не подошел, мы и не поняли, что это люд гладкокожий.

– Когда рассмотрел, почему не уничтожил? Увидел человека – сожги его. Ты на посту или где? Вдруг это эльф безухий!

Громмун хмыкнул, не сдержавшись.

– Ну ты скажешь, босс-коммандор! Эльф без ухов – так не бывает. Он добровольно повесится на мелорне, чем такой позор снесет.

– Зря недооцениваешь коварство светлорожденных – они на любую подлость способны. Но сейчас не об этом. Почему человек цел и невредим, и кто его пустил в торговую факторию? Когда ты рассмотрел его вблизи, что тебе помешало приголубить его алхимической бомбой?

– Так это. Шаман запретил, да и не самоубийцы мы. У этого придурка два десятка бревен разрыв-камыша оказалось навьючено на големах, еще и разных сортов вперемешку. Только умалишенный их вместе перевозить станет. Мхтар как увидел, заорал, что на таком расстоянии нас самих с землей сровняет. Ну, мы и не стали стрелять.

– Чтоб тебе всю жизнь вагонетку без колес толкать! Он еще и с големами в поселке? Вы спятили?

– Да там не големы – название одно. Мелкие, дохлые, из пемзы пористой сделаны. Оторвать бы руки тому недоучке, кто их сляпал.

Командор Друнвало пару раз в бессилии стукнулся головой о каменную стену, впрочем чисто символически – у гномов, обитающих в подземных черепная коробка прочная, тренированная низкими сводами, поэтому удар о твердую поверхность – дело привычное.

– Горный жрец, что молвит?

– Требует сварить гостя в серной кислоте. Священный котел все равно простаивает.

– Этому дай волю, он всех в котел засадит и крышкой накроет. Купил бы мыло в торговой лавке, так нет же, медяк сэкономить норовит. Варил бы у себя дома, из своих пленников, а не казенный уголь на личные нужды переводил. Ладно, пойдем побеседуем с гостем. Мыло в хозяйстве все равно нужно. Может завтра и сварим уже.

Конец интерлюдии

Что может быть хуже занудного гнома? Ответ очевиден – двое зануд этого же роду и племени. И не дай боже, если их трое сразу.

Мне не повезло – их тут много больше, а свободные уши только мои в единственном числе. Вот они и стараются, организовав своеобразный конвейер, посменно, не прерываясь ни на минуту, грузят меня своими историями и байками, на редкость, нудными и однообразными. И попробуй усни – обидчивость является вторым основным качеством дварфа, сразу после врожденной занудности.

Их понять можно, они тут уже месяц безвылазно сидят, все истории по третьему кругу прослушаны, а тут новая жертва, абсолютно не знакомая с эпосом подземного народа. Вот и стараются.

Один раз я попытался прервать это истязание и рассказать свою собственную историю, для разнообразия, так сказать. Но выбрал крайне опасную тему: решил пересказать сказку Бажова про горных дел мастера, естественно в вольном пересказе – ибо память у меня не резиновая, поэтому содержание помнил лишь приблизительно.

В результате чуть до рукоприкладства дело не дошло, причем дежурная вахта, прибывшая разнимать драку, сами ввязались в разборку, как только уловили смысл спора. Что самое веселое – обо мне просто забыли, не сошлись в оценках и комментариях зрители! Я чуть не прослезился, так мне это напомнило наши российские форумы, где батл в комментах обычно возникает сам по себе и не имеет к теме обсуждения никакого отношения.

Мои слушатели нашли сразу несколько поводов для того чтобы потаскать друг друга за шевелюру.

Мхтар, второй бомбардир, например, сильно возмутился, что какой-то холоп посмел указывать мастеру-гному, как правильно рубить малахит! Даже не ученик, а слуга, убирающий двор. С чего он решил, что мастер был не человеческого рода, я благоразумно спрашивать не стал. Приблизительно сам догадался.

– Если гора медная, то внутри нее мастерскую будет делать только сумасшедший. Эта хозяйка – дура полная! Там же сланцы хрупкие и сыпучие. Она бы еще марганец там добывать начала, вместе с алюминием, – выдал он туманное, но авторитетное заключение.

– Чашу надо сверху резать было, а не снизу! Так даже кобольты кривоногие не делают! – нашел еще один повод для спора Кьезо, он из алхимического взвода, поэтому всегда спорит с пушкарями из принципа.

Естественно, тут же их обоюдное мнение было подвергнуты публичному сомнению и даже осмеянию. Как известно, у двух гномов не может быть менее трех разных мнений по одному вопросу, иначе один из них не настоящий.

Как я оказался в этом прекрасном месте в компании занудных, но буйных гномов? – удивился бы любой внимательный наблюдатель.