ПсихирЪ
Шрифт:
Петя прошел в нужную комнату, и там ему все-таки пришлось подождать, пока гуру поговорит с каждым, кто после сатсанга подошел к нему с вопросом. Наконец гуру вплыл в комнату и устроился в кресле напротив. И Петя, улыбнувшись своей специальной располагающей улыбкой, начал:
– Илья Тарасович, как к вам лучше обращаться?
– Можете просто Илией называть, или учитель, или гуру, так будет благоприятно. А вы Петр… Как по отчеству?
– Да незачем отчество, мы с вами ровесники, как я понимаю.
– Возможно и так. Что же вы хотите узнать, журналист Петр Соколов? – улыбнулся гуру.
Голос у гуру был замечательный, Петя заметил это еще на сатсанге, а сейчас еще раз прочувствовал его притягательность. Глубокий, объемный, не низкий и не высокий, человеку с таким голосом не нужно говорить громко, этот голос хорошо звучит и в большой аудитории, и в личной беседе.
– Илия, коротко о моей цели здесь, – привычно по-деловому начал Петя. – Мы готовим большой репортаж в радиопрограмме «Мы вас услышали» с публикацией на сайте радиостанции о том, как люди проходят свой путь в разных философских и религиозных течениях. Это судьбы конкретных людей, их личный поиск. И в качестве одного из героев хотели бы пригласить вас.
Петя на ходу создавал легенду, это он умел мастерски.
– Поэтому нам важно послушать вашу историю. С вашего разрешения я включу запись?
Учитель кивнул.
– Итак, расскажите, пожалуйста, как вы пришли в индуизм? Что вам дает это учение?
– Мы здесь, в этом Центре, практикуем философское учение о тождестве человеческого духа с мировым духом, – Илия начал неторопливо, размеренно. – Дух человека и верховный дух составляют одно целое. Все, что мы видим в мире, – разные формы, произведенные мировым духом, и в то же время впечатления нашей души. Вне нашей души и вне верховного духа нет ничего. Таким образом, весь мир – не что иное, как наша иллюзия, наше представление…
– Это очень интересно. А как именно вы пришли к этому пути? Как на вашу жизнь повлияло это учение? – привычно продолжил задавать вопросы Петя.
– Вступая на Путь космического сознания, мы не ищем ни удовольствий, ни мирского успеха или богатства, ни сыновей, ни славы, ни самовыражения, мы идем путем санньясы, путем отрешения от мира и путем садханы.
«Погуглить – санньяса, садхана», – пометил себе в заметках на телефоне Петя.
– Наша цель – научиться испытывать самадхи…
Тут Петя не выдержал:
– Учитель, я не погружен в терминологию…
– Самадхи – это состояние спокойствия сознания, снятия противоречий между внутренним и внешним мирами, – терпеливо объяснил Илия. – Ради него идут в санньясу – в практику, ради него идут в монастыри, в леса и горы, ради него цари в древности покидали царства и уходили в джунгли.
– Спасибо, понял, продолжайте! – кивнул Петя.
– Тот счастливчик, удачливый человек, йог-садху, джняни, тантрист, кто открыл Космическое сознание, войдя в самадхи, кто не покидает самадхи как свое естественное состояние, сжигает все свое неведение, освобождается от кармы и его не видит царь смерти. Он выходит из сансары. Нирвана становится его постоянным пребыванием. Он играя живет в этом мире и в других мирах. Он становится дживанмукти, свободным при жизни…
Петя не удержался и вздохнул.
– Снова непонятно? – улыбнулся гуру. – Дживанмукти – это состояние существа, освобожденного, но все еще воплощенного в теле. Это состояние человека, который никогда в сознательном состоянии не теряет видение атмы. В то время как обычный человек осознает себя как разум, заключенный в теле, дживанмукти осознает себя как атму – божественную сущность, заключенную в разуме.
«Не, ну теперь-то все понятно…» – мысленно съехидничал Петя.
– Каждый сам для себя решает, верить ли в космическое сознание как в смысл всего, как в свою высшую ценность и цель своей жизни, – неторопливо окутывал Илия Петра своим успокаивающим голосом. – Практиковать ли усердно садхану, выполняя йогу, упасану, севу, свадхьяю, стремиться ли в самадхи открыть это космическое сознание. Или предпочесть оставаться в неведении.
В висках у Пети начала пульсировать боль, сначала слегка, а потом все сильнее, пока наконец не стала бить в набат.
– А вас, Петя, удовлетворяют цели и ценности мирской жизни? – внезапно обратился Илия к Пете.
– Вполне, учитель, вполне… – рассеянно ответил Петр.
– И все же приходите к нам на сатсанги, попробуйте учение на вкус, открытия ждут вас, я уверен. Приходите в Центр, я вижу, для вас это важно.
– Учитель, все же расскажите о себе, хотя бы коротко.
– Друг мой, благоприятно забыть о мирском монаху…
– Но у меня еще остались вопросы…
– Вы знаете все что нужно, я вижу… – Илия улыбнулся и с легким нетерпением посмотрел на часы.
– Но вот есть пара пробелов, учитель. Вы были монахом, потом ушли и спустя несколько лет вернулись. Почему?
– Потеря цели, такое происходит с каждым из нас. Я не исключение. Но встреча судьбоносная случилась. И я вновь обрел учение, знание и цель. Психология и учение в одном человеке нашли меня.
– В одном человеке? Вы сейчас о книгах или реального человека имеете в виду?
– Мой учитель Иван Петрович Бехтерев помог осознать, что только Космическое сознание имеет значение, только путь.
«Бехтерев, запишем!» – пометил Петя в заметках.
– Расскажите про 9 ступеней. Что это такое? – не отпускал Петя гуру.
– 9 ступеней – это путь, ведущий к прекращению страдания и освобождению от сансары. Он лежит между приверженностью мирским удовольствиям и самоистязанием. Есть благородный восьмеричный путь пали арья-аттхангика-магга, указанный Буддой, это путь из восьми правил. У нас же есть еще одно правило, девятое.
– И какое же?
– Увы, оно только для посвященных, – улыбнулся Илия и в завершение добавил: – Познание – это долгая дорога, приходите на сатсанги и в практику. Вы встанете на путь учения и сами все узнаете. Так будет благоприятно.
Илья Тарасович неторопливо встал, Петя тоже, пожали друг другу руки.
– Перечная мята… – вдруг произнес Илия, бросив внимательный взгляд на Петра. – А также иланг-иланг для концентрации внимания.
– Что вы имеете в виду?
– Голова у вас болит, Петр, это очевидно, – усмехнулся гуру. – Эфирные масла помогут. На ресепшен спросите.