Чтение онлайн

Я же просто сел в центре лагеря на корягу и стал ждать. Ждать пришлось недолго. Первым меня нашел Вирид, горный эльф из окрестностей Джиу. Он подкрался сзади и вознамерился дружески хлопнуть меня по спине — я едва успел уклониться. Мы пожали друг другу руки, и на свет была немедленно извлечена фляжка вина. Непьющий народ, как же! Бабушкины сказки. Тут я впервые услыхал, что на Острове Черных Скал умер старый король Сис-А-Лу, в миру — Орта Грозный. Жил он с начала времен, а вот королем был недолго — лет сорок, кажется. И вот — надорвался.

…Вирид был очень рад этому обстоятельству, он имел с королем-чародеем старые счеты, да и у кого из эльфов их не было? Да и у меня, кстати, если подумать, пара историй наберется. Например, однажды люди с черного острова украли эльфийку, надругались над ней, а затем хотели ее убить, и уже совсем было привели свое намерение в исполнение, когда ваш покорный слуга, ничего плохого, кстати, не имевший в виду, спросил у них, как пройти в Аталету. Я все время попадаю впросак с вопросами типа «как пройти», просто беда какая-то. Это был мой первый визит в Кристалл, в день диверсии. Я к тому моменту уже понял, что что-то здесь не так, но все еще считал, что если дойти до системных ворот в Аталете, то можно будет выйти из транса и вернуться на Землю. Смешно сказать, главное, что меня тогда занимало, была гневная речь, которую я собирался сказать, когда вернусь, речь по поводу предоставляемого сервиса.

Так или иначе, люди Черного Короля враждовали с Аталетой уже почти пять столетий, согласно сотворенной Нортом легенде, и поэтому, оставив девчонку в покое, принялись за меня. Я к тому времени был достаточно зол, чтобы порубить их в капусту… Малышку же Тиал я освободил просто так, за компанию… Мы очень подружились потом…

Я не разделял радости Вирида. Со смертью короля Черного Острова, его трон становился предметом спора, и стоял этот трон в самом сердце Злых Земель. Мне стало ясно, почему эльфы созывают совет, не понимал я лишь отсутствия на нем гномов.

— Будут гномы, — успокоил меня Вирид. — Ты когда-нибудь видел, чтобы они приходили вовремя?

— Много раз, — возразил я, — стоило только накрыть на стол.

Совет собрался на следующее утро, благо гномы успели-таки прибыть поздней ночью. Способ их прибытия меня позабавил — они приехали на лошадях. Если вы не поняли, в чем заключается шутка, представьте себе гнома на лошади. Не на эльфийском пони даже — на ЛОШАДИ. Двойные стремена, например… Видимо, они и правда торопились.

В делегацию гномов входили трое незнакомых мне бородачей, впрочем, они все носят бороды, — и Торк. Он, конечно, сразу меня заметил, и рука его потянулась к тому месту за спиной, где должна была бы висеть алебарда… Или как там назвать их несуразные боевые топоры? Алебарды за спиной у него не было, эльфы обезоруживали всех, входящих в лагерь, включая и нас, между прочем. Так что Торк только и мог мрачно на меня смотреть. Гномы, гномы! Одна безобидная шутка, три года назад!

Всего за стол в шатре совещаний допустили одного гнома — конечно, Торка, трех эльфов и двух людей-аборигенов. И меня, чего я честно говоря, совершенно не понимал, хотя и чувствовал себя польщенным. Еще я тревожился: как я уже заметил, эльфы ничего не делают просто так.

— Начнем! — ведущий собрание Локарис, старейший из ныне живущих эльфов, поднял руку, призывая к тишине. Сказать, что он стар — значит ничего не сказать. Он помнил времена до диверсии! Его возраст был равен возрасту этого мира, и он ненавидел людей. Еще бы, ведь он помнил все, что сделали люди, за тысячу лет! Когда я впервые пришел в этот лес, только отсутствие Локариса спасло меня от казни, а потом было поздно. Эльфы успели полюбить меня, полагаю, за богатство моего внутреннего мира, и для казни стало поздновато.

— Все вы знаете, — продолжал Локарис, — что умер король Острова Черных Песков.

— Эльфы никогда не называют его островом Черных Скал, — подумал я, — как все нормальные люди. Поскольку они ничего не говорят зря, я заключил, что что-то за этим кроется.

— Вести по свету идут медленно, но события подобного рода хорошо отражаются в магических зеркалах. Возможно, конечно, что это — хитрый трюк, король Сис-А-Ту «умирал» уже не раз, и порой мы попадались в эти ловушки и несли ужасающие потери. Но! — он поднял палец, и на обтянутьм пергаментной кожей лице появилось торжественное выражение, — на сей раз мы почти уверены в правдивости информации.

— Надо полагать, — подумал я, — оракул опять разболтался. — У меня были старые счеты с оракулами. И верно.

— Оракул города Илинори нарушил обет молчания, — сказал Локарис, — и сказал, что умер король, и новый король идет к пустому трону.

Я задумался. Может, конечно, оно и так, и вот — вот начнется новая война, поскольку новый король Черного Острова всегда лезет воевать. Сколько королей уже начинали с этого свое правление… Впрочем, оракул, как известно врет пять раз из четырех, а если уж по случайности и глаголет истину, то всякий раз путает лица и даты.

Присутствующие, похоже, так не считали. Вообще, доверие к оракулам здесь очень велико. Далее, однако, мнения разделились.

Торк так прямо предложил сократить количество неизвестных в этом уравнении, путем атаки на Черный Остров. Он встал во весь свой небольшой рост, и заговорил, подавшись вперед, и опираясь на стол обоими кулаками.

— Черный Остров давно уже отжил свое! — сказал, а точнее — прогудел он. Сейчас мы достаточно сильны, и нам никто не угрожает, даже если мы отправим часть сил на захват этого змеиного гнезда! Я говорю от имени гномов — кто поддержит нас?

Эльфы воздержались от голосования, зато человек поднял руку и легонько хлопнул по столу в знак согласия. Я подумал, и поступил также, в конце концов, если я на Совете, значит я имею голос, разве нет? И потом — так приятно посмотреть на Торка, когда за его предложение голосует его враг. Торк, впрочем, не принял моего дружеского жеста.

— Ты не член Совета! — выкрикнул он вместо этого, и я еще раз дал себе слово никогда не шутить над гномами.

Затем слово взял второй из людей — старый воин, посланный сюда из Крепости.