Противоборство
Шрифт:
– Возвращаемся! – подал команду Николай Леонидович.
В сборочном цехе он дал распоряжение механикам проверить систему охлаждения, заменить, если нужно, радиатор. Когда все было готово, Духов снова занял место командира танка и сказал механику-водителю Бусыгину:
– Полный газ и максимально высокую передачу. Проверять так проверять!
Казалось, из цеха танк вылетел. Промчался через проходную и в поле. Через некоторое время двигатель снова начал перегреваться. Бусыгин, уловив в голосе Николая Леонидовича недовольство, уменьшил скорость и стал поворачивать танк к заводу.
– Правильно делаешь,– похвалил его Духов.– Что-то мы, конструкторы, недоделали, будем исправлять ошибки.
В цехе попросил Бусыгина:
– Нужно снять топливные баки.– Николай Леонидович, пометив мелом место, добавил: – Сюда поставить два масляных радиатора, прикрепить их. Это должно увеличить охлаждение. Тогда двигатель не будет так перегреваться. До вечера сделать обязательно. Сегодня же пойдем в ночной пробег.
Подошло время нового испытания.
– Николай, пятьдесят километров на полном газу!– скомандовал Духов, надев шлемофон.– Посмотрим, как теперь поведет себя двигатель.
Танк рванул с места и помчался вперед, рассекая влажный осенний воздух. Мощно ревел двигатель. А главный конструктор требовал:
– Еще, еще газу!
А сам поворачивал башню с пушкой то в одну, то в другую сторону, пробовал прицелиться на самых больших выбоинах. Каждые две-три минуты интересовался температурой воды.
На остановке, когда сели перекусить, Духов [456] достал блокнот, стал что-то записывать. Потом сказал:
– То, что мы сделали, не обеспечивает требуемую температуру. Надо еще думать над этим вопросом.
На завод возвратились поздно ночью. Николай Леонидович отослал механика-водителя спать, а сам, обойдя сборочный и механический цехи, направился в служебный кабинет. Посидел полчаса и понял, что ничего сегодня уже не сделает. Усталость брала свое. Шофера не захотел будить и решил добраться домой пешком. Оделся и пошел к трамвайной остановке.
Был уже первый час ночи. Трамваи в это время ходили с большим интервалом.
– Берет морозец,– подойдя к Духову, сказал Георгий Васильевич Крученых из конструкторского бюро.
– Берет! – засмеялся Николай Леонидович.– А когда-то я на таком морозе в майке бегал!
Крученых, занимавшийся на ИС-3 вооружением, стал расспрашивать, как действует пушка на танке, что нужно доработать. Николай Леонидович посоветовал, как можно упростить некоторые узлы. Потом, посмотрев на часы, махнул рукой.
– Бывайте, Георгий Васильевич, я побежал, а то до утра не доберусь.
Справа ритмично работали цехи танкового гиганта, а слева притих поселок рабочих ЧТЗ. Ни одно окно в жилых домах не светилось.
...В декабре 1944 года маршал бронетанковых войск П. А. Ротмистров осматривал в Москве образцы боевой техники, представленные разными заводами страны.
– Вот такая машина нужна армии! – сказал маршал в конце осмотра, показывая на детище КБ Духова.– Если тридцатьчетверки с 85-миллиметровой пушкой били на сандомирском плацдарме «королевские тигры», то этот танк с ними расправится, как с тигрятами.
С начала 1945 года ИС-3 стал поступать в войска. Параллельно шло производство ИС-2. Причем выпуск машин первой модели не снижался.
Долгое время ИС-3 считался образцом для подражания при конструировании новых тяжелых машин. Еще в 1956 году один американский военный журнал писал:
«ИС-3 представлял собой выдающийся танк с мощной [457]
пушкой и отличной броневой защитой».
Его копировали американские конструкторы, создавая после войны тяжелый танк М-43, и английские– при разработке танка «конкэрор».
23 февраля 1945 года главный конструктор Челябинского Кировского завода Н. Л. Духов выступил в заводской газете «За трудовую доблесть» со статьей «Кировские танки идут на Берлин». Николай Леонидович писал:
«Наши тяжелые танки и самоходные орудия, превосходящие вражескую технику, наносят врагу сокрушительные удары. Кировские танки имеют более сильную бронезащиту и самую мощную в мире пушку. Их роль особенно велика при осуществлении операций на окружение. В нынешнем своем грандиозном наступлении Красная Армия широко и успешно применяет эту тактику».
В своей статье главный конструктор кратко упомянул достижения советского танкостроения. Война показала подлинное превосходство отечественной боевой техники над гитлеровской. Из трофейных документов стало известно о беспросветном тупике, в который забрели гитлеровские конструкторы тяжелых танков.
Создатели нашей машины были удостоены высоких правительственных наград и Государственных премий. Среди них яркой фигурой был Н. Л. Духов – признанный руководитель проектов ИС-3 и ИС-4.
Советские тяжелые танки, принимавшие участие в боях Великой Отечественной войны, заслуженно пользовались высокой репутацией. Выдающиеся достижения наших танкостроителей получили признание и в капиталистических странах. Их наиболее объективные деятели дают весьма высокую оценку советским тяжелым танкам как военного времени, так и появившимся позже.
Было бы однако наивным ожидать объективной оценки от всех военных деятелей стран НАТО. В качестве примера сошлемся на изданную в Лондоне книгу «Ред Арме». Ее автор некто Р. М. Огоркевич чего только не придумал, чтобы принизить и очернить советскую танковую технику. Он даже утверждает, что «...общая конструкция КВ была заимствована у более ранних немецких танков»?! [458]
Это у каких же танков было заимствование, позволительно спросить автора? Как известно, ранние немецкие танки в отличие от советских не имели ни противоснарядной брони, ни дизеля, ни торсионной подвески. В 1941 – 1942 годах фашистские танки все до одного оказались слабее танков КВ-1.