Чтение онлайн

Съемочная группа здорово приуныла. Все двигались неслышно, на цыпочках, как родственники у одра умирающего.

И самой Ники действительно было смертельно плохо в студии. Она поняла, что это крах, конец. Ей не удастся подменить последний выпуск, потому что сегодняшний оказался хуже всех.

Потом она вдрызг разругалась с Люком, когда они поехали к нему домой и стали снова и снова прокручивать пленку. Он был уверен, что все в порядке, и не желал ничего слушать.

Впрочем, Ники не слишком старалась что-то доказать. Без толку. Она проиграла, сделав ставку на Люка. Диана оказалась права!

Но Ники и не особо страдала. У нее еще оставался самый надежный выход. Что ж, им и придется воспользоваться.

В конце октября Мэтью возвращался из Лос-Анджелеса со встречи с советом директоров, охваченный противоречивыми чувствами.

После премьеры «Шоу Люка Мерримэна» он первым предложил пустить в повторный показ «Пэта Уинстона», поскольку считал это полезным для дела. И от чистого сердца желал, чтобы старый сериал получил хороший рейтинг – как, впрочем, и случилось. Но с другой стороны, чем раньше «Шоу Люка Мерримэна» провалится – а в этом он не сомневался, – тем скорее Люк приползет к Диане. Особенно теперь, когда набирают популярность «Уроки улиц». Даже критики в один голос пели дифирамбы «Эбботт и Синклер», успешно вышедшим из тупика, в который загнал их уход Люка Мерримэна.

Да, Люк вернется как пить дать. Но примет ли его Диана?

Эти мысли терзали Мэтью. Он знал, на что идет, связав свою жизнь с Дианой, но любил ее с каждым днем все сильнее. Его решимость держать в стороне Андреа постоянно слабела, и Диана виделась с девочкой все чаще, отчего возникало множество проблем.

Энди мучилась от недоумения и ревности, и это было понятно, поскольку почти пять лет ей ни с кем не приходилось делить любовь отца. Если бы он сказал коротко и ясно: «Мы с Дианой поженимся. У нас будет одна семья», – Энди легче смирилась бы с ситуацией. К тому же Диана ей нравилась, и, как правило, они отлично ладили. Однако периодически Энди вновь проявляла недоверчивость и замыкалась в себе, опасаясь, что ей придется пережить новую утрату.

Да и сам Мэтью в известной мере разделял опасения дочери. Ах, как он надеялся, что Диана поймет наконец, кто ей нужен, и навсегда оставит Люка в прошлом.

Ожидание слишком затянулось. Да, они с Дианой стали по-настоящему близки, и Мэтью чувствовал, что она любит его. Но – и это было весьма существенно – Диана все еще не решалась на серьезный шаг. Значит, до сих пор сомневалась в своих чувствах.

Если бы не это, один взгляд на пресловутое шоу убедил бы Диану, что она связалась с пустышкой. Вне роли Пэта Уинстона Люк стал попросту смешон. Мэтью припомнил его первую пленку – когда Люк фотографировал прохожих в парке – и понял, что этот тип совершенно утратил обаяние, как только перестал прикидываться дружелюбным и общительным рубахой-парнем.

Теперь появился совсем другой Люк Мерримэн – наглый, спесивый сноб, неуклюжая пародия на его прежний облик. Но Диана, сразу уловившая фальшь в его шоу, так и не разглядела фальши в самом Люке.

Итак, Мэтью оказался перед жестоким выбором, но не мог винить никого, кроме себя.

Когда впервые за столько месяцев в телефонной трубке раздался голос Ники, Гвен чуть не упала с кресла – руки и ноги стали ватными, а на лбу выступила испарина.

– Я прекрасно пойму, Гвенни, если ты не захочешь больше видеть меня. Знаю, что вела себя по-свински, но прошу об одном – позволь мне все объяснить! Это была такая пытка! Я постоянно хотела позвонить тебе, но не смела из-за Люка…

– Здесь сейчас моя дочь, – наконец прохрипела Гвен. – Мы можем где-нибудь встретиться?

Ники предложила Гвен приехать к ней домой. Гвен положила трубку, ее била дрожь и бросало то в жар, то в холод.

– Лиз, меня не будет дома весь вечер. Не беспокойся, если приду поздно. Я даже могу заночевать у друзей.

– Ладно, – буркнула дочь, не поднимая глаз от книги.

Лиз на пару недель переехала к матери, пока в ее квартире шел ремонт. И Гвен с радостью согласилась на это. Одиночество сводило ее с ума. Она навестила сына в летнем лагере в Провинстауне, но не зашла там ни в один из знакомых баров, опасаясь встретить молодую красотку, которая разбила ей сердце.

После разрыва с Ники Гвен лучше узнала себя, и это отнюдь не прибавило ей оптимизма. Да, можно было прекрасно устроиться, связав жизнь со своей сверстницей.

Но она не хотела никого, кроме Ники. Воистину пословица «Седина в бороду – бес в ребро» относится не только к тем мужчинам, которые на старости лет начинают гоняться за молоденькими девчонками.

Войдя в ванную, Гвен увидела в зеркале свое стареющее лицо и задумалась о том, что заставило Ники искать встречи с ней. Она не сомневалась: девчонке что-то нужно.

Гвен видела «Шоу Люка Мерримэна». Идея, конечно, принадлежала ей, однако она полагала, что все должно быть расписано до точки: вопросы, ответы и прочее. Только дура могла позволить этому типу пороть отсебятину. Вероятно, это наконец дошло и до Ники, и теперь она хочет помощи Гвен. Вот только стоит ли на это идти? Не послать ли это крысиное отродье куда подальше? Наверное, так было бы правильно и даже приятно: для разнообразия не страдать самой, а причинить девчонке боль.

Надев розовый костюм, в котором выглядела гораздо моложе, Гвен тщательно наложила макияж. К счастью, в последнее время она исправно посещала Жоржетту Клингер, так что волосы были в порядке.

Гвен критически осмотрела свой нос. Ну, плох он или хорош – Ники все равно некуда деваться. Чудовищу не обязательно превращаться в принца, поскольку оно – источник идей.

Сидя в такси, Гвен решила, что не дрогнет, если Ники разыграет трогательную сцену. Ведь она поняла, что ее просто использовали. Да, сначала Гвен обвиняла во всем Люка, но после стольких месяцев полного молчания сообразила, что он и Ники стоят друг друга.

И вот Гвен стояла на лестнице перед дверью Ники. С каким воодушевлением она взбежала бы по ступеням еще совсем недавно! Но теперь все отболело, и в душе были только холод и пустота.

И все же при виде Ники решение Гвен подверглось серьезному испытанию. На кукольном личике не отразились недавние неприятности.

Ники была в коротком белом платье с низкой талией, смотрелась эффектно и шикарно. «Прямо-таки сама чистота и невинность!» – ехидно подумала Гвен. Молочно-розовая кожа, темно-рыжие волосы, васильковые глазки – букет осенних цветов в алебастровой вазе, да и только.

Квартирку, искусно освещенную несколькими канделябрами, украшали опавшие листья. Мягко играла музыка Вивальди – любимого композитора Гвен. Ники предусмотрительно сняла телефонную трубку и положила на столик.