Чтение онлайн

Питер заметил, какие у нее маленькие ножки, которые при ее малом росте смотрелись весьма изящно. Маленькими и тонкими были также ее руки – он заметил это, когда они пили чай.

Понятно, почему мисс Сюзанна Осборн относилась к нему с осуждением или даже с неприязнью. В ее мире все люди трудились. Несладко, наверное, думал Питер, быть сиротой, живущей за счет благотворителя в школе, где сейчас преподает мисс Осборн.

– Вам нравится преподавать? – поинтересовался он.

– Очень, – ответила мисс Осборн. – Если б даже передо мной открывалась масса возможностей, я из всех избрала бы именно эту стезю.

– В самом деле? – Он задумался, стараясь понять, говорит ли она правду или просто убедила себя в том, что это правда. – Что ж, вы даже супружество и материнство променяли бы на место школьной учительницы?

Последовала длинная пауза, и он уже пожалел, что задал этот вопрос. Кажется, он допустил неучтивость и, возможно, задел ее за живое. Однако делать нечего, слово не воробей.

– Даже воображая себе бесчисленное множество возможностей, – наконец проговорила мисс Осборн, – я бы постаралась приблизить их к реальности.

Помилуй Бог!

– А замужество для вас нереально? – удивился Питер. Он не сразу осознал, что его взгляд прикован к нежному изгибу ее шеи. Мисс Осборн так низко склонила голову, что, должно быть, ничего не видела, кроме своих ног. Проклятие, он и впрямь смутил ее. Обычно такт ему не изменял.

– Да, – ответила она. – Нереально.

Он, разумеется, все понял бы и сам, дай он себе труд задуматься. Часто ли ему доводилось слышать о вышедших замуж гувернантках? А ведь у школьной учительницы шансов встретить подходящего мужчину еще меньше. Как, интересно, графиня познакомилась с Эджкомом, внезапно подумал Питер. Он до сих пор даже не знал, что она когда-то служила учительницей. Должно быть, это очень интересная история.

В его мире у женщин была лишь одна дорога – замуж, и больше ничего. Сестры Питера считали, что их жизнь не может быть полноценной, пока они одна за другой в привлекательно юном возрасте, начиная со старшей, не предстанут перед алтарем с достойными женихами, доставив тем самым удовольствие себе и еще большее матери.

– Ну, – произнес он, – никто не знает наперед, что уготовано ему судьбой, не так ли? Когда-нибудь вы непременно расскажете мне, каково это – учительствовать, что в этом вас так привлекает. Однако не сейчас: мы, как я вижу, приближаемся к Баркли-Корту. А у нас с вами впереди еще две недели, будет время побеседовать об этом подробнее.

Мисс Осборн снова глянула на него украдкой, и Питер рассмеялся.

– Я просто вижу, как напряженно заработал в вашей голове механизм – вы лихорадочно пытаетесь придумать, как избежать этой участи, – сказал он. – Уверяю вас, это невозможно. Все без исключения соседи в деревне обречены постоянно общаться. Иначе как еще им не умереть от скуки? А я следующие две недели проведу в Харфорд-Хаусе, как и вы – в Баркли-Корте. Теперь я рад, что отложил свой отъезд.

Он говорил правду и сам этому удивлялся. Почему, ради всего святого, он вздумал продолжить знакомство с женщиной из чуждого ему мира, которая относилась к нему с неодобрением и неприязнью? Из-за того ли, что она красива? Или потому, что поддался необычному для него азарту, решив все же выманить у нее улыбку и доброе слово? Или все дело в том, что с ней он мог вести осмысленные беседы о ее жизни учительницы? Говорить о себе ему было скучно – его жизнь давно не представляла собой интереса.

– Думаю, – сказала мисс Осборн, – вы будете слишком заняты с мисс Рейкрофт и сестрами Калверт.

– Безусловно, – усмехнулся Питер. – Они очаровательные юные леди, а кто в силах устоять перед очарованием?

– Вряд ли, – проговорила мисс Осборн, – вы ждете от меня ответа на эти слова.

– Не жду, – согласился Питер. – Это был риторический вопрос. Но я не смогу проводить с ними все время, мисс Осборн. В противном случае мой интерес к ним могут истолковать превратно. И потом, находясь в их обществе, я не чувствую волшебства.

Он улыбнулся, глядя на ее шляпку.

– Я попрошу вас, милорд, – отчеканила мисс Осборн ледяным, как арктические льды, голосом, когда под их подошвами заскрипел гравий перед особняком Эджкомов, – не говорить со мной в таком фривольном тоне! Я не знаю, как отвечать вам. И более того – не хочу! Извольте в будущем не выделять меня каким-либо образом из всех. Сделайте милость!

Черт побери! Как же он не понял, что обидел ее?

– Будет ли мне позволено смотреть в вашу сторону, когда следующие две недели мы будем оказываться в одном обществе, или прикажете делать вид, будто я смотрю в пустоту? – спросил Питер. – Боюсь, в таком случае Эджком с женой сочтут подобное поведение непростительной неучтивостью. А посему всякий раз при встрече с вами я буду, раскланиваясь, восторгаться чудесной погодой или, напротив, сетовать по поводу ненастного дня, не проводя сравнений с вашей персоной. Вы согласны? Стерпите ли вы такое пристальное внимание к себе с моей стороны?

Мисс Осборн помедлила с ответом.

– Да, – наконец произнесла она, столь же лаконичным, как в начале беседы, ответом кладя конец разговору.

Эджком, должно быть, наблюдавший за ними из окна, с радушной улыбкой вышел из дома навстречу и теперь спускался вниз по лестнице в виде подковы.

– Как тебе удалось их заполучить, Френсис? – Положив ладонь на спину графине, он с теплой улыбкой скользнул по ней взглядом. – Как я рад тебя видеть, Рейкрофт! Уитлиф гостит у вас? Вот это мило! Входите же в дом, прошу вас. Как прогулялись, Сюзанна? Вы застали мистера и мисс Рейкрофт дома?

Он с дружелюбной улыбкой предложил мисс Осборн руку, и та охотно о нее оперлась.

– Мы встретили мисс и мистера Рейкрофт на развилке дорог, – ответила она. – Они прогуливались с сестрами Калверт. Мы вместе вернулись в деревню, а затем пошли в Харфорд-Хаус, где чаевничали с миссис Рейкрофт и, право, очень приятно провели время. Нет милее края, чем Сомерсет.

Голос ее звучал легко и радостно. Поднимаясь за ними по лестнице в дом, Питер горестно улыбнулся про себя. Графиня шла между ним и Рейкрофтом.

Когда они переступили порог дома, мисс Осборн, не оборачиваясь, уже направлялась к лестнице.

– Вам с мистером Рейкрофтом и лордом Уитлифом лучше расположиться в библиотеке, Лусиус, – сказала графиня. – Мы вам не будем мешать.

– Спасибо, – поблагодарил он и снова положил ей на спину ладонь. – Заходил викарий. Ты, полагаю, теперь уже знаешь об ассамблее, которая состоится через две недели?

– Разумеется, – ответила графиня.

– Я обещал приехать, если там будет объявлен хотя бы один вальс, – сообщил граф. – Викарий согласился проследить за этим.