Прощание
Шрифт:
* * *
Крик раздается одновременно из двух ртов.
— Да что это с тобой?
_____
Джейни все еще ничего не видит. Зато чувствует, что одежда на ней мокрая от пролитого пива.
Доротея толкает ее.
— Какого черта ты тут делаешь?
Джейни делает вид, будто ее видит. Глаза-то у нее, в конце концов, открыты.
— Я... я споткнулась.
— Нечего было сюда лезть — а то спотыкается на ровном месте! Никудышная...
— А ну прекрати!
Джейни полупьяная, растерянная и слепая. Но она чувствует, что с нее хватит.
— Прекрати так со мной разговаривать. Надоела! Чтобы я этого дерьма больше не слышала. «Никудышная»! Да не будь меня, ты бы давно на улице оказалась, сама это прекрасно знаешь, так что лучше заткнись.
Ее мать ошеломлена.
Да чего там мать, Джейни и сама в шоке от своей речи.
Повисает молчание.
Когда окружающий мир вновь обретает очертания, а сама Джейни — способность двигаться, она неуклюже встает на ноги и поднимает с пола банки.
— Вот ведь долбаная непруха, — бормочет она. — Сейчас вернусь.
Джейни возвращается с кухонным полотенцем и начинает вытирать разлитое пиво.
— Знаешь, мама, ты не умрешь, если мне поможешь.
После некоторой паузы мать Джейни и вправду опускается на пол и начинает ей помогать.
— Ты что, поддаешь? — кряхтя спрашивает она.
— А хоть бы и так? Тебе не все равно? — Джейни все еще не в себе, да и от увиденного сна не вполне отошла. — За что ты меня так ненавидишь?
Мать Джейни тянется к мокрому пятну на полу. Когда она отвечает, голос ее звучит мягче.
— Ничего подобного.
— Тогда что, блин, происходит? — раздраженно наступает Джейни. — Что за история с этим типом Генри? По-моему, я заслужила право знать.
Доротея отводит глаза. Пожимает плечами.
— Он твой отец.
— Да, ты уже говорила. Я что, должна теперь задавать наводящие вопросы, чтобы вытягивать из тебя каждое слово?
Доротея хмурится.
— Его зовут Генри Фингольд. Мы познакомились в Чикаго, когда мне было шестнадцать. Он учился в Мичиганском университете, а туда приехал домой, на каникулы. Подрабатывал в пиццерии Луи Малнати в Линкольнвуде. А я там тоже работала, официанткой.
Джейни пытается представить себе свою мать работающей, но получается плохо.
— Ну а что потом? Обрюхатил тебя и слинял? Вот такое он дерьмо? И как тебя занесло в Филдридж?
— Хватит. Я не хочу об этом говорить.
— Да ладно, мам. Где он живет?
— Без понятия. Где-то поблизости. Я бросила школу. Поехала с ним сюда. Мы пожили немного вместе, а потом он свалил, и больше я его никогда не видела. Вот и все. Довольна?
— А он знал, что ты беременна?
— Нет. Это не его дело.
— Но... Но как ты узнала, что он в больнице?
— Ну, у него были при себе документы, он их дал врачам «скорой» — и я там была указана как лицо, с которым следует связаться. Просто связаться, никаких обязательств по этой бумажке на меня не возлагается. Все это мне рассказала медсестра.
Джейни молчит.
Доротея продолжает, смягчив тон:
— Наверное, мне тоже стоит подписать такую бумагу. Чтобы тебе не пришлось мучиться со мной, когда у меня окончательно откажет печень.
Джейни отводит взгляд и вздыхает.
Чувствует себя так, будто от нее ожидают возражений. Но какой толк притворяться?
— Да, — говорит она. — Может, и стоит.
Доротея снова ложится на кровать. Отворачивается.
— Я так и сделаю. И не хочу больше об этом говорить. Сыта по горло.
Помолчав, Джейни встает, пошатываясь бредет в туалет и освобождает организм от нескольких банок дешевого пива и всего прочего.
— Больше никогда! — твердит она себе.
Затем она кое-как добирается до своей комнаты, закрывает за собой дверь, забирается в постель и проваливается в сон.
_____
2.12
Джейни бежит.
Бежит.
Бежит всю ночь напролет.
_____
Но до места ей не добежать.
СУББОТА
5 августа 2006 года. 8.32
— Да, — хрипит Джейни в свой сотовый телефон. — Что?
Она еще толком не проснулась.
— Джейни, у тебя все в порядке?
Джейни молчит. Вроде бы голос знакомый, но она почему-то его не узнает.
— Джейни? Это капитан. Ты слышишь?
— Ох! — спохватывается девушка. — Да, прошу прощения. Я...
— Прости, что разбудила. Я бы не стала звонить в такую рань, но Бейкер сообщил, что у тебя какие-то проблемы в семье и ты вернулась в город. Я звоню, чтобы узнать, все ли у тебя в порядке. И помочь тебе, если ты захочешь со мной поделиться. Я бы посоветовала тебе все мне рассказать.
— Я... хм, даже не знаю, — говорит Джейни.
Она перекатывается на спину. Ощущение во рту такое, будто она нажевалась туалетной бумаги.
— На самом деле все в порядке, но... Я хочу сказать, это долгая история.