Чтение онлайн

К первой реке вышли ещё утром. Остановились на опушке леса, минут пятнадцать осматривали окрестности в бинокли, но не обнаружили ни единой души, ни живой, ни мёртвой. Зато нашли следы коровьего брода в виде многочисленных следов и засохших лепёшек коровьего навоза. Следы и навоз были относительно свежими, стадо гоняли совсем недавно, может быть, пару дней назад. Какие выводы? Простые: надо быстро отсюда сваливать. Пересечь реку, затем широкий, заросший диким клевером луг и скрыться в лесу на той стороне. Ничего сложного, но хотелось бы проделать это не обнаруженным никем. Скрытность — наша лучшая защита.

— Вроде бы никого, — сказал Сергеич, опустив бинокль на грудь.

— Мне тоже так кажется, — согласился я.

— Это и странно. Стадо каждый день должны здесь гонять, а следы вчерашние, — заметил подкованный в сельских реалиях Василий.

— Хм… действительно, — пробормотал Сергеич. — Что это могло сегодня людей задержать? Пастух упился?

— Стадо и без пастуха собраться и на выпас уйти может, — сказал Васька. — Помрёт пастух — другие выведут. Так не бывает, короче.

Если чего-то не бывает, а оно есть, то по нынешним временам это плохой знак. Хороших знаков, если честно, вообще не осталось, все, какие ни на есть, хуже некуда.

— А где деревня-то? — спросил я, разворачивая карту.

Деревня оказалась совсем рядом, всего километрах в двух, на противоположном берегу. Минус нам. Расслабились. Населённый пункт — это источник опасности, а мы чуть не в него въехали, не глядя.

— Деревню доразведать придётся, — подвёл я итог своим размышлениям. — Хотя бы в познавательных целях.

— Это каких? — высунулся из люка Шмель.

— В простых, — слегка стукнул я его по шлемаку. — Есть ли в ней бандиты? Что делают? А если нет, то как часто появляются? И появляются ли вообще? Деревня-то из глухих.

— Не таких уж и глухих, мы к основной трассе на пятнадцать километров приблизились, — уточнил Василий.

— Всё равно. Как бандиты живут, мы уже видели. Теперь хочу выяснить, как обитают местные жители под их властью.

— Это с какой целью? — спросил Шмель.

— С познавательной, сказал же, — отрезал я. — Ладно, всем слушать боевой приказ и ни разу не возражать. Миш, рули во-о-он на тот «язык» леса, сразу после брода. И держись середины того овражка, видишь?

Я указал рукой на заросший травой пологий распадок, достаточной, впрочем, глубины для того, чтобы укрыть корпус бронемашины. Хотя бы частично.

— По овражку дойдём до той кучки кустов, от них рули правее, въезжай в лес и тормози. Там обсудим, что делать дальше. Сергеич, давай к башенным пулемётам. Если что подозрительное увидишь — долби по нему со всех стволов сразу.

— Вы тоже давайте с брони, — сказал Сергеич. — Когда по овражку поедем, вас издалека видно будет.

Я подумал и полез в люк. Можно было и за башней вытянуться, но придётся закрыть люки, и в случае обстрела из стрелкового оружия быстро забраться внутрь уже не получится, всё же два люка для такого экипажа — очень мало.

«Бардак» слегка качнулся на подвеске, рыкнул мотором, тронулся с места. Перед бронестеклом в обзорном командирском окне закачался пейзаж, я ухватился за гнутую металлическую ручку. Машина по песчаному, загаженному навозом пляжу скатилась к реке, с шумом врезалась в воду. Шмель включил нижний ряд трансмиссии, звук мотора изменился. Речка была неширокая, метров пятьдесят, не больше, в этом месте, поэтому уже через несколько секунд броневик карабкался на довольно крутой песчаный откос на противоположной стороне. Пару раз подбуксовав, мощные колёса с большими грунтозацепами вгрызлись в склон, машину вынесло наверх.

Я старался разглядеть окрестности в командирские приборы наблюдения, но там было тихо. Машина свернула правее, нырнула в ложбину, бывшую некогда или оврагом, или руслом ручья, но теперь расплывшуюся в стороны от времени и заросшую высокой травой. Трава хлестала по наклонному носу, броневик вновь сменил ряд трансмиссии на верхний и уже легко и бодро понёсся по естественному укрытию в сторону недалекого леса. Ещё пара минут, и мы вломились в густой подлесок, завиляли между стволов и остановились.

Сергеич, всё это время крутивший стволами пулемётной установки, выпрямил её по оси, и я откинул свой люк. Пока стволы пулемётов не смотрят строго вперёд или совсем уж в другую сторону, не знаешь, какой из люков удастся открыть.

— Чего встали? — спросил Васька.

— Отсюда сходим на деревню посмотреть. Собирайся, — скомандовал я.

— Сходим так сходим, — кивнул Васька и спрыгнул с брони.

Я ещё раз глянул на карту. Деревня была небольшая, это даже не село. Её, от самой околицы и до границы леса, окружали поля, тянувшиеся примерно на километр. Интересно, это раньше такая огромная поляна в лесу была, где деревню поставили, или постепенно вырубили лес вокруг себя? Деревни здесь всё больше старые, могли и вырубить. И место расчищали под пашню, и дрова были нужны.

— Ладно, проверяем связь — и пошли.

Связь держалась, можно было идти. «Бардак» потянулся следом за нами, потом, не доезжая пару сотен метров до опушки, остановился. Надо будет — подгоним его ближе, лес вполне позволяет.

Когда за осинами подлеска появились просветы, мы пригнулись, а ещё чуть позже вообще поползли на четвереньках. Сомнительно, конечно, что кто-то из глухой деревни будет в бинокль рассматривать опушки окружающего леса, но береженого сами знаете, кто бережет. А вдруг рассматривает?

К крайним кустам подобрались ползком, огляделись… и, как выяснилось, не зря ползли. Деревня была окружена и оцеплена, причём даже тактически относительно грамотно. На околице самой деревни выстроились БМП-1, «маталыга», три военных бортовых КамАЗа, пара «уазиков», обычный и «буханка». А ещё, что меня удивило, я заметил среди выстроившихся машин два «Водника». Тех самых, новёньких, с двумя пулемётами каждый и с заключённой в круг обоюдоострой секирой или буквой «Ф», на секиру похожей. «Фармкоровские», мать их за ногу!