Чтение онлайн

К 1527 году в Новом свете не осталось поселений белых – инки вырезали всех. Не пощадили они и индейские племена, служившие неудачливым колонизаторам. Разумеется, европейским монархам, точнее их шефу – Ватикану, такое очень не понравилось. И тогдашний понтифик, чьего имени цвет русской аристократии в лице Игоря Антошина тоже не смог вспомнить, объявил крестовый поход против краснокожих колдунов.

Предложение католиков мировое сообщество восприняло с огромным энтузиазмом. Их можно понять: военная добыча, безнаказанность, приключения. Всего-то и надо привести к повиновению горстку дикарей! На зов иерарха церкви откликнулись и цари, и авантюристы. Сотни кораблей с одарёнными устремились к новой земле, заочно считая себя победителями. И умылись собственной кровью по прибытии. Уцелели от силы пара десятков судов и несколько тысяч человек. Все остальные нашли свою смерть в бою или на каменных алтарях инков.

И вот тогда Европа психанула. Несколько монархов лично отправились в Америку и там, не осуществляя высадки, принялась бомбардировать земли Кровавой Империи царским даром. Джунгли и горные хребты вкусили весь арсенал высшей магии. Там были и Казни, и Топь, и Мор, и Небесный Пламень. Когда королевская кровь успокоилась, на континент вступили маги попроще, сопровождаемые огромным десантом обычных людей. Второй крестовый поход против инков вступил в завершающую стадию.

Католики вырезали народ под корень. Не щадили никого из племени, осмелившимся бросить вызов белому человеку: ни младенцев, ни стариков, ни женщин. “Дьявольскому роду”, как назвали инков паписты, было отказано в праве на жизнь. Как и их наследию – храмовые комплексы, города и малые поселения инков срывали до основания.

“А теперь, выходит, что вырезали не всех, – закончил рассказ двойник. – Представляешь, как обрадовался твой магистр?”

Я только молча кивнул. Слов не было. В горле стоял комок. Моя глупость или блок в голове от Доминика – неважно! привели к гибели последнего представителя древней цивилизации. Таким куском дерьма я себя никогда ещё не чувствовал.

“Вряд ли Доминик её убьёт, – словно подслушал мои мысли Игорь. – Сама по себе она не опасна, а её знания представляют огромный интерес. Скорее всего, её привезут к тебе, чтобы ты смог получить ответы на вопросы, а потом запрут, как и тебя, в каком-нибудь монастыре, и до конца жизни она будет переводить свои верёвочные письмена для папистов”.

“Утешил!” – буркнул я.

Двойник только плечами пожал, мол, и в мыслях не было.

“Поярковы, кстати, во втором крестовом походе участвовали,” – “вспомнил” вдруг Игорь.

Я посмотрел на него удивленно. На моём лице без всяких слов отпечатался вопрос: “Каким, интересно, боком, русских князей занесло в Америку?”

“Что тут скажешь – помотало нашего патриарха! – хохотнул Игорь. – Как ты думаешь нашему роду стол достался на Дальнем Востоке? Мы же от Кашинских род ведём – тверские князья, боковая ветвь. В конце пятнадцатого века Тверь силой присоединили к княжеству Московскому, вырезав основную линию. Даниил Поярков, основатель рода князей Благовещенских, сумел бежать, подался в лихие люди, фактически наёмники. Носился по Европе, рассчитывая добыть денег и земли службой европейским государям, но ничего у него не вышло. А потом этот крестовый поход – как тут было не поучаствовать? Видать, рассчитывал, что в Новом свете отхватит землицы, да свой род возродит”.

“И что?” – я увлёкся новой историей и поторопил замолчавшего двойника.

“Что-что! Дали ему там земли, ага! Нужны были европейцам русские на уже поделенных между собой территориях! Повоевал, крови полил – молодец! На тебе золота и вали обратно в свою глушь! С другой стороны, без той мошны, в Америке раздувшейся, не было бы у предка средств на организацию похода в Сибирь и на Дальний Восток. Говорят, но это не факт – так, преданье семейное – что одна из жён Данииловых из инков была. Мол, спас её наш герой, от всех утаил и домой привёз. Сказка, скорее всего. С другой стороны, в нашей крови столько народов отметились, что я бы не удивился, будь это правдой!”

Пропустив романтическое предание о спасённой принцессе мимо ушей, я задал более интересовавший меня вопрос:

“Я читал, что колоний европейских в Америках нет. Только страны со смешными названиями”.

“А их и нет, колоний-то. Они и были-то в основном по береговой линии, да по местам месторождений. В глубине континентов, говорят, до сих пор дикари полуголые бегают. Века до восемнадцатого захваченные территории просуществовали под прямым контролем Европы, пережив, в процессе, с десяток восстаний. Потом папская диктатура приказала долго жить, а в одиночку содержать и контролировать удалённые от метрополии анклавы стало накладно. Европейцы быстро пришли к выводу, что грабить местное население куда выгоднее, не содержа там гарнизоны. Дали тем независимость, посадили на царство лояльных людей, да и продолжили ресурсы сосать. Только теперь это называется “экономическим сотрудничеством” – смотри не перепутай в приличном обществе!”

В завершении реплики двойник хохотнул. Я же, узнав что хотел и даже больше, перевёл разговор на ментальный блок магистра.

“Без понятия! – отозвался Игорь. – Я не говорю, возможно это или нет – я про такое не слышал даже, но это же Ватикан! Исходить лучше из худшего: раз ты чувствуешь, что твои реакции нетипичны, значит, скорее всего, ты на крючке. Но как с этим бороться – не скажу”.

И тут тупик. Плохо! Попробовать через инфополе выяснить, что мне там в голову подсадили? Так себе идейка, прямо скажем, но другой-то нет!”

“Ты бы, к слову, тренироваться продолжил, раз тебе дар разблокировали, – обронил двойник, когда я уже попрощался с ним и собрался выйти из сна и поспать. – Потенциал у тебя мой, а реальные возможности на уровне слепого котёнка!”

Тут он был прав. Снова. Как события будут развиваться – неизвестно, но любой козырь в рукаве мне пригодится.

“Как ты себе это представляешь? – тем не менее, не иначе как из вредности спросил я. – Думаешь, Тень будет спокойно смотреть, как я совершенствуюсь?”

“Здесь тренируйся! – изобразив на лице гримасу, демонстрирующую его отношение к моим умственным способностям, отрезал он. – Я помогу”.

“А тут можно?” – зачем-то оглядывая отсутствие всего, удивился я.

“Практике – нет. Но теории – вполне”.

Не лишенная, кстати, смысла мысль! Желание уйти сразу пропало.

“Давай сразу и начнём! Я тут в местной библиотеке нашёл описание одной магической техники, называется “Биение сердца”. Мало что понял. Может ты прояснишь?”

Жизнь – удивительный махинатор, куда там Остапу Бендеру! Человек, с идиотских планов которого и началась моя жизнь в мире “меча и магии”, сидел рядом со мной в пространстве между мирами и растолковывал тонкости работы с жгутами дара. Да, я всё ещё держался с ним настороже, помня о его подвигах, но временный союз мы всё же заключили.

Не сказал бы, что в плену я стал смотреть на него другими глазами. Ссыльный боярин остался тем же человеком, которого князь изгнал из родного мира. То есть самолюбивый, заносчивый и, в отличии от меня прошлого, очень амбициозный. А ещё избалованный, точнее, с детства привыкший к своей избранности и не терпящий иной точки зрения. Жестокий – это да, но при этом не злой. Клубок противоречий, как, впрочем, и каждый из людей.

Зато консультант из него вышел отличный! Было бы странно, будь иначе – с его-то знаниями о здешней политике и боевой магии! Чувствовалось, что учили мужика на совесть. Не гугл, конечно, но технику, найденную мной в книгах католиков, он распознал на раз.