Чтение онлайн

Ночью в кровати ей не хватало Якоба, ей хотелось бы, чтобы он лежал рядом и держал ее за руку, вселяя уверенность в том, что все будет по-прежнему, так, как раньше. Но когда Марита позвонила в полицейский участок вчера вечером, ей сказали, что Якоб уехал с матерью. И она решила, что он остался ночевать у родителей. Конечно, она подумала о том, что Якоб мог бы и позвонить, но тут же осудила себя за эту мысль, потому что, наверное, хотела слишком многого. Якоб всегда поступал так, как лучше всего для них. И если ее саму так огорчил и вывел из равновесия обыск в их доме, можно только представить себе, что чувствовал Якоб, сидя взаперти в участке и отвечая на бесконечные вопросы назойливых полицейских.

Марита неторопливо убрала со стола после завтрака; она помедлила, подняла трубку и начала набирать номер свекра и свекрови, но попеняла себе за это и снова положила трубку. Наверняка Якобу сегодня надо поспать побольше, и ей не надо его беспокоить. Едва она положила трубку, телефон зазвонил, и она подскочила от неожиданности. На дисплее она увидела номер и нетерпеливо схватила телефон, уверенная, что звонит Якоб.

— Привет, Марита, это Габриэль.

Она удивленно подняла бровь. Марита едва узнала голос свекра, он казался очень усталым, стариковским.

— Привет, Габриэль, как у вас дела?

За своим оживлением она прятала беспокойство и с жадностью ожидала, что дальше скажет Габриэль. Внезапно ей пришла в голову мысль, что с Якобом могло что-то случиться, но, прежде чем она успела что-либо сказать, Габриэль спросил:

— Марита, а где Якоб, может быть, он дома?

— Якоб? Но ведь Лаине вчера его забрала; я думала, он остался ночевать у вас.

— Нет, здесь его не было. Вчера вечером Лаине высадила его перед дорогой к вашему дому.

В голосе Габриэля уже откровенно звучала паника, и Марита почувствовала то же самое.

— Но, боже мой, где же он тогда?

Марита прижала руку ко рту и изо всех сил старалась, чтобы ее страх не вырвался наружу.

— Он, должно быть… он, наверное, поехал…

Габриэль не договорил, что только лишний раз показало, насколько он встревожен. Если Якоб не появился дома и не ночевал у них, то других вариантов не оставалось. Пугающая мысль пришла в голову Габриэлю.

— Йохан лежит в больнице, на него напали и избили до полусмерти вчера возле их дома.

— О боже, как он?

— Неизвестно, выживет он или нет. Линда поехала в больницу, она позвонит, когда что-нибудь выяснится.

Марита тяжело опустилась на кухонный стул, сердце у нее сжалось, ей не хватало воздуха, словно что-то сдавило горло.

— Ты думаешь, что…

Она едва слышала голос Габриэля.

— Нет, этого просто не может быть. Кому могло…

А потом они оба одновременно поняли, что думают об одном и том же. Настоящий убийца все еще на свободе. При этой мысли тишина показалась оглушительной. Потом Габриэль сказал:

— Звони в полицию, Марита. Я скоро приеду.

Потом в трубке послышались короткие гудки.

Патрик опять неприкаянно сидел за своим письменным столом, пытаясь заставить себя чем-нибудь заняться, вместо того чтобы пялиться на телефон. Ему так хотелось как можно скорее получить результаты анализов ДНК, что он буквально чувствовал это нетерпение на вкус. Часы тикали немилосердно медленно. Патрик решительно вознамерился посмотреть обычную текучку. Через полчаса, ничего не сделав, он по-прежнему сидел и непонимающе смотрел на верхний лист. Усталость после беспокойной ночи напоминала о себе. Патрик придвинул к себе чашку, глотнул кофе и недовольно поморщился: кофе совсем остыл. Он поднялся и с чашкой в руке направился к кофеварке, когда внезапно зазвонил телефон. Он моментально бросился к трубке, остатки кофе из чашки пролились на стол.

— Патрик Хедстрём.

— Якоб пропал.

Патрик был настолько уверен в том, что звонят из судебной экспертизы, что ему потребовалось какое-то время, чтобы собраться с мыслями и начать что-то соображать.

— Извини, не понял.

— Это Марита Хульт. Моего мужа нигде нет со вчерашнего вечера, он пропал.

— Пропал?

Патрик по-прежнему ничего не понимал, от усталости мысли у него шевелились еле-еле и очень неохотно.

— Он не вернулся домой вчера вечером, и у своих родителей он тоже не ночевал. А после того, что случилось с Йоханом…

Вот теперь Патрик не понимал уже совсем ничего.

— Погоди, погоди, не так быстро, помедленнее. А что случилось с Йоханом?

— Так он же в больнице в Уддевалле. Его так избили, что непонятно, выживет он или нет. А если тот же самый напал на Якоба, может быть, он тоже лежит сейчас где-нибудь, истекая кровью?

Паника в голосе Мариты нарастала, но теперь мозги Патрика заработали. Если они ничего не слышали о нападении на Йохана Хульта, это значило, что, должно быть, этим делом пока занимаются коллеги в Уддевалле. Ему необходимо тут же с ними связаться, но самое важное сейчас — успокоить жену Якоба.

— Марита, наверняка с Якобом ничего не случилось, но я кого-нибудь попрошу к вам съездить, а сам немедленно свяжусь с полицией в Уддевалле и разузнаю у них насчет Йохана. Пожалуйста, не считай, что я легкомысленно отношусь к твоим предчувствиям, но пока, по-моему, нет особых причин для беспокойства. Иногда так бывает, и мы довольно часто с этим сталкиваемся, что человек по той или иной причине не хочет появляться дома. Может быть, после того как мы разговаривали вчера с Якобом в участке, ему понадобилось побыть одному, чтобы его никто не беспокоил. Вот что я думаю.

Марита встревоженно сказала:

— Якоб никогда бы так не сделал, он всегда меня предупреждал.

— Да, я понимаю, что ты хочешь сказать, и обещаю, что мы тут же этим займемся. Сейчас кто-нибудь подъедет и поговорит с тобой, о'кей? А ты, может, позвонишь пока родителям Якоба, чтобы они подъехали к тебе, чтобы можно было поговорить со всеми вами одновременно?

— Наверное, будет проще, если я поеду к ним, — сказала Марита, которой, казалось, стало легче, потому что сразу же начали происходить какие-то конкретные вещи.