Пропащие девицы
Шрифт:
– Это же неправда…
– Это то, что я чувствую сейчас, Робин, – он сдавленно улыбнулся. – Доброй ночи или приятного вечера.
Когда дверь его дома захлопнулась за спиной Робин, было уже слишком поздно, чтобы ехать к Патриции и донимать ее расспросами о том, что произошло между ней и Джаредом.
Пытаясь подавить это странное беспокойство, которое поселилось внутри после разговора с младшим Лето, Робби включила плеер, как только села в такси. В наушниках завывала Кристина Агилера. И это было последней каплей. Лбом уткнувшись в запылившееся стекло автомобиля, Робин почувствовала, как по ее щеке медленно катиться вниз слезинка-предатель. Плакать – последнее, что она могла себе позволить в ситуации, когда вокруг и без нее было достаточно страдальцев.
«Ты уехал всего несколько часов назад, а мне кажется, что прошла вечность» – Робин набрала сообщение для Томаса и улыбнулась.
Пожалуй, Берлин на Рождество не самая плохая идея.
– Нет, Анри, это ты меня не понимаешь, – Патти поднялась из-за стола, захлопывая крышку ноутбука. – Мне не нужны типичные вешалки из модельных агентств… Нет…
Девушка взглянула на часы. Разговор длился больше получаса. Патриция Бэйтман терпеть не могла долгие телефонные разговоры, и он сейчас испытывал ее ангельское терпение. На самом деле, все и каждый в гребаном офисе THR испытывали ее терпение с самого начала недели, будто сговорились. А теперь еще и Анри. Она обратилась к нему, потому что помнила по его прошлым фотосетам для журнала, и каждый раз на съемочной площадке он казался Патриции сообразительным малым с хорошими идеями и отличными фотографиями. Сейчас она готова была усомниться по крайней мере в его сообразительности.
– Мисс Бэйтман… – в двери протиснулась Минни с горой бумаг в руках. Чертовски не вовремя. Патти спешила на деловой ланч, и задерживаться ради кучи бумажной волокиты, с половиной из которой мог бы справиться нормальный ассистент, не собиралась. Люди, с которыми она встречалась, ждать не любили. А она сама не любила, когда из-за вот таких вот мелочей ставили под вопрос ее деловую репутацию.
– Положи на стол и зайди после обеда, – сказала она, прикрыв трубку рукой, и продолжила наставлять Анри. – Мне нужны модели, которые символизировали бы умную и успешную женщину.
Манро попыталась пристроить свою кучу бумаг поверх той, которая уже скопилась на столе у Патриции, и, благодаря своей врожденной рукожопости, умудрилась свалить со стола все. Бэйтман прикрыла глаза и про себя начала считать до десяти в обратном порядке. Если бы не трескотня фотографа, она, возможно, даже взяла бы себя в руки, но вместо этого смерила помощницу убийственным взглядом и, переступив через разлетевшиеся по полу бумаги, уходя, приказала разобраться со всем этим бардаком, пока вместо обеденного перерыва.
– Джоди Фостер – отличный пример, – согласилась Патти, выходя из кабинета. – Только нам нужен более бюджетный вариант, сам понимаешь, я не Марк Джейкобс, чтобы приглашать Шер для фотосессии в лукбук. Вот Джилл Трейси, например, очень хорошо вписалась бы в наш концепт.
В стране, где ипотеку можно оформить даже на кота своего соседа, казалось, чего б уж проще получить кредит на бизнес. Возможно, коту было бы действительно проще преуспеть на этом поприще, коту – да, но не кошке. Такое впечатление, что менеджеров высшего звена всех банков Америки отбирает Джек Уайт лично, и пока не убедится, что они полностью и искренне разделяют нацистское Kinder, K"uche, Kirche, не дает подписать с ними трудовой договор.
Очередная встреча с представителями очередного банка прошла так же провально, как и предыдущие три. В списке Патриции Бэйтман начали заканчиваться потенциально приемлемые банки и кредиторы, и все приближался разговор либо со знакомыми родителей, либо с самими родителями. А это совершенно не добавляло хорошего настроения, только усталости, неоправданной злобы, которая грозилась вылиться в депрессию, и головной боли.
И прежде чем вернуться в мир, который грозился стать вершиной всего ею достигнутого, Патриция решила продлить обед шоппинговой терапией в ближайшем молле. Типичная баба, которой нельзя доверять вести дела и крупные деньги, иначе она потратит все к хуям на шмотки и обувь. Бэйтман скептически хмыкнула и зашла в Gucci c твердым намерением уйти отсюда с парой какой-то яркой, жутко непрактичной, но красивой обуви.
– Мисс Бэйтман, – раболепно пролепетала Манро, как только двери лифта открылись перед Патрицией, и она впервые в жизни подумала о пользе брака. По крайней мере, тогда ее ассистентка будет насиловать своим писклявым голосом чужую фамилию.
– Не справилась с сортировкой документов? – презрительно бросила Патти, приподняв бровь.
– Нет, но…
Патриция открыла дверь своего кабинета, где застала в своем кресле Робби, делающую селфи в ее очках. В ее любимых Liteforce с дохуя дорогой и навороченной линзой, блядь.
– … мисс Уильямс не захотела ждать вас в приемной и…
– Я вижу, – отрезала Патриция, захлопывая перед ассистенткой дверь.
– Привет, Патти, – весело помахала рукой Робби, – слушай, я тут… – она хотела бы приступить к сути вопроса, по которому, собственно, и отправилась к подруге на работу, но, сняв очки, пригляделась к пакету в руках Бэйтман и воскликнула: – Nicholas Kirkwood?! Черт, я должна их увидеть. Я должна увидеть Патрицию Бэйтман в паре этих умопомрачительных туфель.
Патти покачала головой в знак неодобрения, но все же не смогла удержаться, чтобы не похвастать своей безумной покупкой. Ядовито-розовые в черный горошек лодочки с крупной жемчужиной у основания каблука были слишком сногсшибательны, чтобы оставить их в коробке.
– Они с Джеем одной расцветки!
После того как Патти похвасталась обновкой, а Робин сделала десяток селфи на рабочем месте подруги, пришло время начать разговор, который Уильямс оттягивала, будучи не вполне уверенной в том, с чего начать.
Когда Патриция наконец прогнала Роббс со своего кресла, та уселась напротив и начала крутить в руках ежедневник, который лежал на столе. Бэйтман настороженно посмотрела на девушку из-под очков и тихонько спросила:
– Что, блядь, случилось?..
В ответ Уильямс нервно хихикнула и отложила блокнот в сторону. Испытывающий взгляд Патти был совершенно беспощадным. Закинув ногу на ногу, Робби с досадой причмокнула и сказала:
– Я вчера была у Джея…
– И?.. – пытаясь сохранить самообладание, которое начало испаряться после упоминания имени младшего Лето, Бэйтман захлопнула крышку своего «макбука».
– И?!. – возмущенно передразнила ее Робин. – Да он просто сам не свой, Патти! Представь, что он Шерлок, ты Ирэн Адлер, а я…