Чтение онлайн

В этот момент зазвонил телефон, и Брэндон снял трубку.

— Хэлло, шериф Брэндон слушает, — сказал он.

Несколько секунд он молча слушал, потом произнес:

— Отлично, мы вас ждем. Звонил Карр, — сообщил шериф, опустив трубку на рычаг. — По междугородному. Говорит, что сможет быть у нас в половине второго дня и представит обещанное вещественное доказательство.

Ровно в половине второго Альфонс Бейкер Карр вошел в офис Рекса Брэндона.

— Добрый день, шериф! Как поживаете, майор Селби? — сказал он, повернувшись к окружному прокурору.

— Дуг Селби, — поправил его прокурор.

— Да, да. Вы всегда тщательно следите за тем, чтобы я не употреблял вашего звания. Это, конечно, ваша привилегия, но военный титул вам к лицу. — Карр сел, закинул ногу на ногу, вынул из кармана портсигар, достал сигарету и, постучав ею о край крышки, продолжал: — Совершенно случайно, джентльмены, я наткнулся на тот факт, что нож, которым убила себя Ева Даусон, вероятно, был приобретен в провинциальном городке Хайдейле. Это, знаете, небольшое местечко милях в пятидесяти или шестидесяти от Фресно. Едва я осознал всю важность моего открытия, я сразу подумал, что это вещественное доказательство может иметь для вас определенную ценность. И хотя так сложилось, что мы стоим на противоположных полюсах, я с радостью воспользовался шансом помочь вам. — Видя, что окружной прокурор и шериф молчат. Карр протянул Селби длинный предмет, завернутый в бумагу: — Прошу, джентльмены.

Селби разрезал липкую ленту, развернул бумагу и осмотрел нож. Это был такой же экземпляр, какой он уже видел. На его лезвии тем же химическим карандашом были выведены те же буквы «ТЕМ» и цена «7.65».

К ножу была приложена квитанция на имя Альфонса Бейкера Карра, датированная вчерашним числом и подписанная Томом Киттсоном.

— Забавное совпадение, не правда ли? — спросил Селби.

— В чем? — удивился Карр.

— В том, что вы совершенно случайно наткнулись на единственный в штате магазин, который торгует подобными ножами.

— Отчасти, — с обезоруживающей улыбкой заметил адвокат, — я тоже вижу здесь совпадение. Впрочем, когда откроются все факты, случайность может оказаться закономерностью.

— И в чем заключаются эти факты? — снова спросил Селби.

— А факты заключаются в том, — ответил Карр, — что мать Евы Даусон живет в Хайдейле. Я отправился повидать ее. Оказавшись там…

— С какой целью вы отправились к миссис Холленберг?

— Откровенно говоря, я хотел пресечь распространение дешевых сенсаций. Мне необходимо защитить своих клиентов, имен которых я предпочел бы не упоминать, от нежелательной огласки.

— Итак, вы направились навестить эту женщину?

— Совершенно верно.

— А какое она имеет отношение к нежелательной огласке?

— Ну-ну, — улыбнулся Карр. — Я не на свидетельской трибуне… Но поскольку спрашиваете вы, я отвечу.

Мой клиент — заядлый яхтсмен. Однажды он с компанией друзей отправился на своей яхте в плавание. Там же оказались две девушки, о присутствии которых он не был заранее извещен. К сожалению, у одного из его друзей оказался фотоаппарат. Сделанные им снимки могут повредить репутации моего клиента, поскольку их легко представить в неверном свете.

— Вот как! — саркастически воскликнул Брэндон.

— Поэтому я подумал, — ровным голосом продолжал Карр, — что целесообразно связаться с матерью мисс Даусон и узнать, не посылала ли ей дочь эти фотографии.

— Но это долгая дорога.

— Я с удовольствием прокатился, джентльмены. Иногда от однообразной работы страшно устаешь. А обратно я ехал кратчайшим путем по пустыне.

— Вы были раньше знакомы с Евой Даусон? — спросил Селби.

— Был.

— А с девушкой по имени Элеонора Харлан, с которой Ева делила квартиру?

Карр в задумчивости поджал губы и затем ответил:

— Да, я знаю мисс Харлан.

— Вы очень облегчили бы нам работу, если бы вовремя сообщили, что знали Элеонору Харлан, знали, где жила Ева Даусон, и рассказали историю погибшей девушки, — с упреком заметил Селби.

— Но, джентльмены, — расплылся в широкой улыбке Карр, — у меня своя профессиональная этика, и я имею определенные обязательства перед своими клиентами. Мое кредо как адвоката заключается не в экономии времени судебных чинов, а в защите интересов клиентов.

— Это уж точно! — ехидно заметил Брэндон.

— Вы меня удивляете, шериф, — упрекнул его Карр. — Я проехал столько миль, чтобы вы быстрее получили то, что я лично считаю исключительно важным вещественным доказательством.

— А как у вас оказалось это исключительно важное вещественное доказательство? — спросил Селби.

— Как я уже говорил, — непринужденно продолжал адвокат, — я попал в Хайдейл по делам. Случайно заглянув в скобяную лавку, я бросил взгляд на прилавок и увидел нож, очень похожий на тот, которым убила себя Ева Даусон. Вы не поверите, но на нем имелись те же отметки, что и на орудии самоубийства, которое я видел на фотографии. Представьте мое удивление, джентльмены, когда я обнаружил их полную идентичность.

— Не смешите меня, — буркнул Брэндон.

— Я установил, — с упреком взглянув на шерифа, продолжал Карр, — что владелец лавки реализовал целую партию этих ножей — не менее сорока штук. Между прочим, мне достался последний. Я, разумеется, сразу сообразил, какую ценность он представляет для вас, и тут же приобрел его. Кроме того, мне было ясно, что открой я хозяину лавки причину моего интереса к его товару, вы бы могли справедливо поставить мне это в упрек… Таким образом, — добродушно улыбнулся адвокат, и голос его зазвучал мелодично, подобно низким нотам органа, — я прикинулся обыкновенным покупателем, приобрел этот нож и во избежании каких-либо сомнений относительно его происхождения попросил хозяина магазина подписать чек.

— Ваш таинственный клиент, я полагаю, не относится к нашей конторе с предубеждением? — спросил Селби.

— Ну конечно нет, — охотно согласился с мнением окружного прокурора Карр. — Напротив, заверяю вас, он просил меня оказывать вам всемерную поддержку.

— Ну что же, тогда для начала скажите нам, где вы были в час ночи 28 числа этого месяца?

— Где я находился?

— Да.

— О Господи, джентльмены, как связаны мое местонахождение и проблема, которую мы обсуждаем?

— Мы все же хотели бы знать.