Прогулка
Шрифт:
– В таком случае напечатайте какое-нибудь письмо.
На тротуаре стоял человек с американским флагом. Вокруг собралась небольшая толпа. Человек был старый, с красным морщинистым лицом. Он говорил:
– Я хочу вам поведать о мире мертвых, они ходят по земле рядом с нами. Что вы на это скажете, а?
– Лично я, - заметил Хол, - вынужден согласиться, потому что рядом стоит старая седовласая женщина в астральном теле с высохшей рукой.
– Боже мой, это, наверное Этель! Она умерла в прошлом году, мистер, и с тех пор я пытаюсь с ней связаться. Что она говорит?
– Цитирую: "Герберт, перестань молоть чепуху и иди домой. Ты оставил на плите яйца, вода уже вся выкипела, и через какие-нибудь полчаса твоя жалкая обитель сгорит дотла".
– Точно Этель!
– воскликнул Герберт.
– Этель, как ты можешь называть чепухой разговоры о мире мертвых, когда ты сама - дух?
– Она отвечает, - доложил Хол, - что мужчина, который и яиц-то толком не сварит, не спалив свою квартиру, не вправе рассуждать о духах.
– Вечно она меня пилит, - посетовал Герберт и заторопился прочь.
– Мадам, не слишком ли вы строги с ним?
– спросил Хол.
– Он никогда не слушал меня при жизни и не слушает теперь. Разве можно быть слишком строгой с таким человеком?.. Приятно было поболтать с вами, мистер, но мне пора, - сказала Этель.
– Куда?
– поинтересовался Хол.
– В Дом Престарелых Духов, куда же еще?
– и она незримо исчезла.
Хол в восхищении покачал головой.
"Земля!
– подумал он.
– Какое прекрасное место!"
На Кафедральной аллее толпился народ - в основном, венерианцы, замаскированные под немцев, и обитатели созвездия Стрельца, прикидывающиеся хиппи.
К Холу подошел какой-то толстяк и спросил:
– Простите, вы не Хол Папазиан? Я Артур Вентура, ваш сосед.
– С Альдебарана?
– спросил Хол.
– Нет. Я, как и вы, из Бронкса.
– На Альдебаране нет Бронкса, - констатировал Хол.
– Придите в себя, Хол! Вы пропадаете почти неделю. Алина сходит с ума от беспокойства. Она хочет обратиться в полицию.
– Алина?
– Ваша жена.
Хол понял, что происходит. То был Кризис Совпадения Личности. Как правило, внеземные туристы с таким явлением не сталкивались. Кризис сулил Холу потрясающие впечатления. Если бы только они сохранились в памяти!
– Хорошо, - сказал Хол, - благодарю вас за информацию. Жаль, что я причинил столько волнений моей жене, моей дорогой Полине...
– Алине, - поправил Вентура.
– Ну да. Передайте ей, что я приеду, как только выполню задание.
– Какое задание?
– Мое задание заключается в выяснении моего задания.
Хол улыбнулся и попытался удалиться. Но Артур Вентура обнаружил уникальную способность роиться и окружил Папазиана со всех сторон, производя шум и предпринимая попытки силового воздействия. Папазиан подумал о лазерном луче и замыслил убить всех Артуров, но потом решил, что это не в духе происходящего..
Лица, одетые в форму, водворили Папазиана в квартиру, где он пал в объятия рыдающей женщины, которая тут же принялась сообщать ему сведения личного характера.
Хол заключил, что эту женщину звали Алина. Женщина считала, что она его жена. И могла предъявить соответствующие бумаги.
Сперва было даже забавно иметь жену, детей, настоящую работу, счет в банке, автомобиль, несколько смен белья и все остальное, что есть у землян, Хол до самозабвения играл с новыми вещами.
Почти каждый день Алина спрашивала его:
– Милый, ты еще ничего не вспомнил?
А он отвечал:
– Ничего. Но я уверен, что все будет в порядке.
Алина плакала. Хол привык к этому.
Соседи были очень заботливы, друзья - очень добры. Они изо всех сил скрывали от него, что он не в своем уме - чудик, дурик, псих ненормальный.
Хол Папазиан узнал все, что когда-либо делал Хол Папазиан, и делал то же самое. Простейшие вещи он находил захватывающе интересными. Мог ли альдебаранец рассчитывать на большее? Ведь он жал настоящей земной жизнью, и земляне принимали его за своего!
Конечно, Хол совершал ошибки. Он плохо ладил со временем, но постепенно приучился не стричь газон в полночь, не укладывать детей в пять утра и не уходить на работу в девять вечера. Он не видел причин для таких ограничений, но они делали жизнь интереснее.
По просьбе Алины Хол обратился к доктору Кардоману - специалисту по чтению в головах людей. Доктор сообщал, какие мысли хорошие и плодотворные, а какие - плохие и грязные.
Кардоман:
– Давно ли у вас появилось ощущение, что вы - внеземное существо?
Папазиан:
– Вскоре после моего рождения на Альдебаране.
Кардоман:
– Мы сэкономим массу времени, если вы признаете, что вас одолевают странные идеи.
Папазиан:
– Мы сэкономим столько же времени, если вы признаете, что я альдебаранец, попавший в трудное положение.
Кардоман:
– Тихо! Слушай, приятель, такое заявление может завести черт знает куда. Подчинись моим указаниям, и я сделаю из тебя пай-мальчика.
Папазиан:
– Тихо!
Дело шло на поправку. Ночи сменялись днями, недели складывались в месяцы. У Хола бывали моменты прозрения, доктор Кардоман это приветствовал. Алина писала мемуары под названием "Исповедь женщины, чей муж верил, что он с Альдебарана".
Однажды Хол сказал доктору Кардоману:
– Кажется, ко мне возвращается память.
– Хм-м, - ответил доктор Кардоман.
– Я вспоминаю себя в возрасте восьми лет. Я поил какао железного фламинго на лугу, возле маленькой беседки, недалеко от которой катила свои воды река Чесапик.