Прогулка под деревьями, Жакоте Филипп

Прогулка под деревьями

на обложку

Жакоте Филипп

Шрифт:

ЦЫГАНЕ Костер у темных деревьев слушай: тихо он говорит с народом спящим у въезда в город. А мы все бродим по темным стогнам бренные души смерти боясь твоей, неумолчный шепот тайного света. КВАРТИРАНТ Франсису Понжу Мы в доме воздушном живем — на высоте эмпирей тут стены из ветра, стоит он на сияющих сваях и так здесь светло, что порой о годах забывая мы в небе скользим, в анфиладах прозрачных дверей. Внизу зеленеет мир травы и сплетенных ветвей утром он ярок, а к ночи гаснет, мерцая, а даль, в дыхании гор растворяясь для взгляда прозрачней становится, легче, светлей. Постройка над бездною — свет мерцает, дрожит так будем любить этот шаткий приют неверный ведь скоро он рухнет в облаке пыли серной и вот мы повержены наземь, разбиты, во прахе лежим О служанка, под землю неси квартиранта скорей! во дворе мы нашли его мертвым, в крови… ты, его посвятившая в тайны любви, постели ему ложе во влажном доме корней НЕРАВНАЯ БИТВА В криках ноябрьских птиц, в пламени ив, вижу везде — Знаменья, ведущие нас от беды к беде. Даже в облачных скалах блещут проломы, зиянья, Между лозой и лавандой тоже читаю посланья. А после свет стекает под землю, и день утих другие губы просят пространств иных. Стоны женщины, пламя любви, зажженное в темной спальной — здесь начинается ночи пункт перевальный. Будем вдвоем блуждать в ущельях ручьистых со смехом, вздохами, в смешении веток и листьев навек неразлучны вьющихся два растенья если рассвет озарил наших волос сплетенья. * (Это словно среди тонких тростинок скрываться когда звезды небесные наземь начнут осыпаться…) РАССТОЯНИЯ Армену Любену Чертят стрижи круги в небесных высотах: а выше над ними кружатся звезды незримо. А скроется день за крайним пределом земли — вспыхнут эти огни на просторах темных песков… Вот так и мы живем в областях подвижных среди расстояний; и так же сердце перелетает от дерева к птице, от той — к звезде отдаленной, а от звезды — к любимой. И так любовь в доме живет за засовом, работает и возрастает труждающихся служанка, несущая лампу в руке.

________________

Перевод А. Кузнецовой

Из книги «МОТИВЫ»

(1967)

Из ветра нашу жизнь соткали.

Жубер

Из цикла «Конец зимы»

Ах, ничто не умаляет страх — вдруг место потеряет в мире странница-душа Но, ища пути иные, не стремясь к дороге дальней легкостью дыша не она ль поет хрустально расстояния земные

* * *

Слез самосев сменившийся лик сверканья пора бурление рек и горе земли — овраг старческий век — на вершинах тающий снег

* * *

Тени прозрачней трав в траве, оставшейся с лета смиренных, робких лесов — это тихая, верная это и пока незримая смерть И всегда в круговерть маня овевает нас легкий ветр И вечен в лугах дневных аспидный сланец могил

* * *

Правда, ложь — миг един — и исчезли, словно дым Мира чудеса прейдут как и красота желанной жить в нем — значит воспевать серый пепел осиянный Правда, ложь — на миг блеснут, взвейся, прах благоуханный ЛУНА НА ЛЕТНЕЙ ЗАРЕ Воздух светлей, светлей и в нем блистает слеза тихое пламя в стекле а над дремотой гор пар золотой встает останься же и замри здесь у весов рассвета между слезой жемчужной и углем грядущей зари. ЗИМНЯЯ ЛУНА Чтобы проникнуть во тьму возьми это зеркало, где догорает ледяного огня отраженье придя в средоточие ночи узнаешь как тихо светит овечий источник крещенья ПОСЛЕДНЯЯ ЧЕТВЕРТЬ НОЧИ Дивной покидая дом — роз жаровня и лобзаний — показал беглец: смотри, Рысь, Цикута, Орион! — тени, спутнице скитаний А с утра опять в сверканье вместе с жизни утасаньем сквозь зенит и до земли ранний горлинок разгон.

* * *

Так высоко вознесен вершина, миру конец (там бродит в сиянье сон и его не видит Творец) меж грезой и горной грядой снег: горностай молодой

* * *

О печальника подруга, слушай, слушай шепот пепла чтобы легче стать огнем: как нахлынет половодье подступая к травам, к скалам как восславят птицы день день, что с каждым мигом дольше свет, что с каждым мигом ближе

* * *

В древесной ограде зимой ты, не входя, обретешь свет, отраду очей: это не жаркий костер, и не фонарь средь ветвей сверкающая кора любви рассеянный след или божественный свет который сильней топора?

________________

Перевод А. Кузнецовой

Из цикла «Птицы, цветы и плоды»

Соломинка где-то высоко в заре это легкое дуновенье у самой земли: что так перебегает от тела к телу? Родник, беглец из колыбели гор, головня? Не слышно птиц среди этих камней только, совсем далеко, молотки

* * *

Каждый цветок только ночи внушенье будто она придвинулась ближе Но туда откуда запах его восходит я не могу, не надеюсь войти потому он так меня мучит и держит как на часах перед этой закрытой дверью Всякий цвет, всякая жизнь рождается там, где взгляд цепенеет Этот мир не более чем гребень невидимого пожара

1 2 3 4 5 6 7 8-91