Чтение онлайн

Заросшие камышом острова стали появляться все чаще и чаще, Река, распадалась на множество рукавов и протоков, до краев наполненных жизнью. Вскоре 'Отважный' осторожно двигался меж двух высоких зеленых стен, а впередсмотрящие внимательно вглядывались в воду боясь пропустить плавающую корягу или бревно. Носились в воздухе стаи гнездящихся здесь водоплавающих птиц, в воде плескалась рыба, а вместе с ними появилась напасть в виде комариных туч, от которой путешественники до сих пор были избавлены. И это днем - страшно представить, что тут будет твориться вечером и ночью.

Погода стояла хорошая, через высокие перистые облака неярко просвечивало солнце, встречный легкий юго-западный ветерок морщил морскую гладь, волнуя верхушки зеленых камышовых зарослей. С приближением полудня стало тепло, если не сказать жарко, температура воздуха поднялась градусов до двадцати пяти не меньше. В этих краях ледник уже не имел такой власти, постепенно уступая влияние теплым атлантическим течениям.

Потом прилив закончился и сменился отливом, течение воды снова ускорилось и вместе с ним 'Отважный', тарахтя мотором и лавируя в лабиринте протоков, заспешил к не такому уж и далекому теперь морю. Час сменялся часом, нетерпение нарастало, а камышовые заросли все никак не кончались. Но вот еще один поворот протока, огибающего крупный, поросший камышом и ивами остров, и вот впереди открылась огромная масса темно-синей воды, простирающаяся до самого горизонта и склоняющееся к нему покрасневшее солнце.

– Море, - устало сказал Петрович, никому не доверивший управление за время путешествия через дельту и весь день бессменно стоявший у штурвала, - мы дошли.

– Ура-а-а!
– завопили на баке Лиза и Ляля, подпрыгивая от восторга, - Море, море, море, море!

Услышавшие шум близнецы, тут же выскочили на палубу, не понимая что происходит, и увидев море сперва замерли, а потом завизжали, указывая на него пальцами. Итак - танцуют все.

Петрович тут же вспомнил соответствующую сцену из мультфильма про капитана Врунгеля.

– Только не макать!
– серьезно сказал он обступившим его ребятам, - и не бросать в воздух. Уроните. Я тяжелый.

Андрей Викторович сменил Сергея Петровича у штурвала.

– Куда править, Петрович?
– спросил он.

– Курс двести десять, - ответил Сергей Петрович и добавил, - Эй, там, на баке! Прекратить танцы и не зевать. Впереди еще могут быть мели.

– Есть, не зевать - крикнула Ляля и, дернув за рукав Лизу, стала смотреть вперед по курсу.

Мели, конечно, впереди были, но для 'Отважного', имеющего осадку в метр двадцать они просто не считались. У Петровича была мысль поднять паруса и попробовать полавировать против ветра, но он от нее отказался. Пока отказался. Лавировать тут, вблизи берега на небольших глубинах, с не имеющей опыта командой было занятием весьма рискованным, а риск хоть дело и благородное, но в данном случае неоправданное. Так и шли на моторе, имея по обоим бортам расходящиеся в стороны берега залива, в который в этом времени превратился Ла-Манш. По левому борту была французская Бретань, а по правому британский Корнуолл. Оба берега крутые, обрывистые и изрезанные, вблизи них можно было подозревать наличие множества каменистых отмелей и подводных скал. Приближаться к такому берегу, не имея ни малейшего представления о подводном рельефе, было бы просто самоубийством. Об этом Петрович и рассказал своей команде. Возражений не последовало и 'Отважный' продолжал тарахтеть мотором при спущенных парусах, все дальше и дальше удаляясь от дельты Великой Реки!

Антон-младший вытащил свою удочку и тут же, одну за одной, начал таскать на нее довольно крупную трех-четырех килограммовую треску. Мужчина. Добытчик. Дара и Мара, которых Сергей Петрович отрядил в помощь юному рыболову, едва успевали поддевать рыбин подсачником и оттаскивать в кают-компанию на растерзание Марине Витальевне, не забывая при этом испуганно коситься в сторону моря. Треска же, которая сама буквально прыгала на крючок, оказавшись на палубе, в недоумении разевала рот и пучила глаза, пытаясь сообразить - каким образом ее выхватили из родной стихии. Несколько раз попадались и довольно крупные селедки, а один раз, длинный, как веревка, скользкий черный угорь. Писку было, когда Дара и Мара решили, что Антон поймал и вытащил на удочку из воды какую-то морскую змею.

Писк писком, но сестрам уже давно было понятно, что в этом принявшем их странном клане отнюдь не голодают. Даже у мальчишки рыба буквально сама прыгает из воды им в руки, только успевай хватать и тащить. Обычная женская работа, мужчины добывают дичь, а женщины ее перетаскивают и готовят. Правда, когда число выловленных рыб превысило число пальцев у них на руках и ногах, вождь Петрович остановил эту охоту. Угорь и треска сразу пошли на сковородку, а селедки были выпотрошены, присыпаны специями и засолены. Соленое сестры любили. Должен был получиться настоящий деликатес.

– На завтра, - коротко объяснила Марина Витальевна и, как не странно, Дара и Мара ее поняли. Они, родившиеся и выросшие в голодное время в голодном краю, уже научились получать от еды удовольствие, а не просто набивать живот всякой протухшей дрянью, потому что завтра может не быть и того, что есть сегодня. Много ли надо для счастья человеку каменного века? Надежный клан и собственная семья, отсутствие склок и скандалов, умные вождь и шаман - управляющие людьми без криков и побоев, опытная мудрая женщина - лечащая заболевших, теплая и удобная одежда, сытная еда каждый день. Все это теперь у них было, а другими вопросами эти молодые женщины и не задавались. Им было не важно - куда плывет эта деревянная пещера, и что их ждет в конце пути. На все это есть вожди - пусть они и думают.

На закате ужинали жареной треской с картошкой и луком, и пили чай прямо на свежем воздухе, рассевшись на расстеленных на палубе одеялах, глядя на опускающееся в море багровое солнце. Первое возбуждение уже спало, наступило некоторое умиротворение, и тихие разговоры совершенно не заглушались звуком работающего мотора. Лишь Дара и Мара испуганно жались к Валерке, настороженно поглядывая по сторонам. Расстилающаяся вокруг водная стихия их все еще откровенно пугала.

Когда стемнело, Петрович не лег в дрейф, а продолжил движение под мотором на юго-запад, держа курс по компасу. Глубина на сонаре превысила уже отметку в двадцать метров, так что внезапной мели он не опасался. Ночные вахты на штурвале мужчины стояли посменно, впередсмотрящих с бака убрали. А зачем они там нужны, ведь все равно ничего не видно, да и плавающих коряг в море тоже не предвидится, как и айсбергов. Не 'Титаник' чай.

Задачей 'Отважного', как считал Петрович, было за ночь обогнуть крайнюю западную точку Бретани, после чего можно будет делать поворот на юго-восток в сторону устья Гаронны.

Всю вахту вместе с Петровичем рядом простояла Ляля. Ничего не просила, ни о чем не говорила, просто стояла позади, крепко обняв его руками за пояс, и глядя на раскинувшееся над головой черное небо с яркими точками звезд. Собственница, как есть собственница.

– Петрович, - тихо сказала она ему на ухо, когда время вахты почти истекло, - спасибо тебе, что не поддался на мои провокации. Дашка и Машка с Валеркой они как хотят, а у нас с тобой все должно быть по возможности красиво. Ты у меня самый лучший.

OV Spb, o050279, Thanai и 20 других изволили поблагодарить

Поблагодарить

Руссобалтъ: Михайловский Александр

Имя или Цитата

Жалоба

#20 Михайловский Александр

Ведущий аналитик

Пользователи

Cообщений: 8 361

Поблагодарили: 44 739

Ташкент

Пол:Мужчина

Интересы:Политика, литература

Отправлено 20 марта 2016 - 11:29:37

Популярное сообщение!