Чтение онлайн

И первой, испуганно озираясь и сжимая в руках маленькую дорожную сумку со всякими мелочами, из автобуса вышла никто иная, как мадмуазель Люси. После того как она прекратила сопротивляться и перечить, ей больше ничего не угрожало. За ней, один за другим, со своими вещами в руках, наружу стали выходить ученики и ученицы, и самой последней вышла единственная арабофранцуженка в этой поездке - Камилла бин Азиз, очень умная девочка, дочь алжирца, родившегося во Франции и француженки. Мальчишки из ее класса считали эту девочку откровенно страшненькой, хотя, на мой взгляд, она была довольно ничего. И хоть администрация школы тщательно следила за тем, чтобы не было никакой дискриминации, жизнь у Камиллы была очень нелегкой и я даже боюсь подумать о том, что будет здесь, где такие суровые правила. Единственное, что мне внушает оптимизм - так это темные жены вождей, которые не чувствуют себя хоть в чем-то ущемленными и выглядят полностью счастливыми. Может, и арабской девочке тут тоже найдется немного счастья, и тогда я порадуюсь за ее устроившуюся судьбу.

– Значит, так, - сказал Сергей Петрович, когда все вышли, - теперь необходимо откатить автобус хотя бы на метр назад, для того чтобы снять вашего водителя с его деревянной булавки. Если он мусульманин, как я предполагаю, то мы должны будем похоронить его еще до захода солнца. Итак, навалимся все вместе, на 'раз, два - взяли' - и тогда никакой автобус не устоит перед нашими общими усилиями.

Сначала я не поверила, что люди своими руками смогут стронуть с места двадцатитонный автобус, но потом, когда мы облепили его, как муравьи червяка (причем вожди прикладывали усилий больше чем остальные), автобус вздрогнул, качнулся туда-сюда на 'раз, два - взяли', а потом, провернув свои колеса, действительно сдал примерно на метр назад, после чего окончательно застрял, еще больше перекосившись в размокшем после дождей глинистом грунте склона. Но главное было сделано - тело водителя оказалось освобождено от пришпиливавшей его к сиденью окровавленной деревянной булавки, и теперь могло быть извлечено из кабины для перевозки в поселение клана Огня и последующих похорон.

Глядя на то, как несчастного Алена абд аль Рашида, не прожившего в этом мире и нескольких секунд, вытаскивают из кабины и кладут на импровизированные носилки, я ощутила давно забытое в Европе чувство скорби и раскаяния по тем, кто погиб, спасая нашу жизнь. И пусть спасение жизней было преувеличением, и водитель просто попал в одну с нами историю (но куда мене удачно, чем все остальные), я все же думаю, что в какой-то мере эта смерть носила определенную сакральную роль - ведь это именно он выбирал дорогу, привез нас сюда - и сразу же после этого погиб, трагически и случайно. Его тело, уложенное на импровизированные носилки, было доверено нести четырем парням: уже известному вам Роланду, его сверстнику Оливье, и пятнадцатилетним ученикам третьего класса - чистокровному французу Максимилиану и выходцу с Мартиники Бенджамену, чья кожа имела цвет кофе с молоком.

Вообще-то на его месте должен быть Николас (то есть Николай) - сынок удравшего из России казнокрада, но тот сказал, что у него болит рука, и вообще он себя плохо чувствует, чем вызвал по отношению к себе неприязненные взгляды как со стороны своих сотоварищей (особенно девиц), так и со стороны местных вождей, сразу оценивших по достоинству этого лживого, наглого и ленивого подростка. Я уже догадывалась, что к таким тут особо нетерпимы. Не знаю за остальных, но скорее уже мадмуазель Люси будет честно отрабатывать свой хлеб, чем этот скользкий говнюк.

Я даже попробовала поговорить на эту тему с Сергеем Петровичем, но тот сказал, что никаких превентивных расстрелов в их клане не будет. Так уж у них заведено с самого начала. Прежде чем человек будет подвергнут наказанию, он сперва должен совершить что-то предосудительное - от этой практики он, вождь, отступать не собирается. Если Николас будет уклоняться от работы и симулировать болезни, то его ждет самое суровое наказание, практикуемое в каменном веке - изгнание из клана, и тогда за его жизнь никто не даст и ломанного евроцента. Такое уж тут сейчас идет суровое время...

o050279, Thanai, wlad.knizhnik и 21 других изволили поблагодарить

Поблагодарить

Руссобалтъ: Михайловский Александр

Имя или Цитата

Жалоба

#6 Михайловский Александр

Ведущий аналитик

Пользователи

Cообщений: 8 361

Поблагодарили: 44 739

Ташкент

Пол:Мужчина

Интересы:Политика, литература

Отправлено 02 апреля 2017 - 11:06:54

Популярное сообщение!

1 октября 1-го года Миссии. Воскресенье. 07:00. Промзона Дома на Холме.

Марина Жебровская

Марина лежала на набитом сухой травой матрасе и впервые в жизни мысленно благодарила своего папа за то, что он с самого детства заставлял ее учить русский язык, а также за то, что по понедельникам, средам и пятницам в доме Жебровских говорили только по-русски. За переход на французскую мову, как выражалась мама Марины, в такие дни полагался штраф: взрослые клали в общую семейную кассу по пять евро, а детей за это в обед лишали сладкого.

Как она проклинала все эти порядки, считая их ненужными и окостеневшими, ведь даже после крушения в России коммунизма, которое произошло еще до ее рождения, сперва дедушка, а потом и папа Марины отказывались даже ногой ступать на русскую землю, пока на ней снова не будет восстановлено монархическое правление династии Романовых. Эдакое тихое помешательство мужской половины ее семьи, никому не мешающее, если не считать того, что к дедушке, а потом к папе, постоянно ходили разные единомыслящие личности, для которых эта тема была предметом каждодневного обсуждения.

– Да сколько же можно, Господи?!
– восклицала мысленно Марина каждый раз, когда к ее папе в гости заявлялись очередные политические единомышленники.

Представьте себе, что с вами некто каждый день по несколько часов желает разговаривать о пиве и только о пиве - и так на протяжении всей вашей жизни, особенно если пиво как таковое вы вообще не пьете и даже на дух не переносите, а потребляете исключительно только красное вино или яблочный сидр. Или вообще исключительно минеральную воду, как один художник-неудачник. Это вовсе не значит, что у Марины были какие-то иные политические пристрастия, чем у ее папы. Таких пристрастий у нее совсем не было и она хотела держаться как можно дальше от политики, и как можно ближе к деньгам, размышляя кем ей стать в будущем: юристом или экономистом.

К политике, судьбе России и прочей белиберде Марина была полностью равнодушна. Целью ее жизни было получить хорошее образование и занять в обществе подобающее место, что во Франции довольно сложно, не имея в кармане тугого кошелька. Бесплатное образование там одновременно еще и непрестижное, а чем престижнее, тем дороже. Для того, чтобы найти по-настоящему хорошую и высокооплачиваемую работу, Марине нужно было закончить не университет, где образование бесплатное, а частную высшую школу, а перед этим отучиться в таком же частном и платном лицее.