Чтение онлайн

– Буду! – возразил Стас. – Пари принято!

– Зачем?! – Вика посмотрела на Стаса большими глазами. – Я-то думала, ты умнее! Хочешь все потерять?

Стас беззаботно рассмеялся – сейчас он чувствовал себя вторым после бога:

– Посмотри на него – иначе все равно не отвяжется!

– Принято! – поймал на слове Дима.

Вика нахмурилась, внимательно глядя на Диму:

– А что ты такой подозрительно довольный? Опять схитрил?!

Дима со смехом развел руками:

– Нет, Вика, все честно!

– Признавайся сам: в чем подвох?!

– Говорю: все по-честному!

– Что ж ты тогда так светишься?!

– Потому, что Стас проиграет.

– С чего ты это решил? – поинтересовался Стас.

– Рассказывай, раз начал! – нажала Вика. – Что там тебе наобещал папочка?

– Ну, хорошо, хорошо! – захохотал Дима. – Мне пообещали, что я получу собственную группу, как только по моей наводке выйдут на третьего сетевого преступника.

– А на двух других уже вышли? – понимая теперь, что угодил в западню, насупился Стас.

Дима подмигнул:

– Ты догадлив!

– И сколько у меня времени?

– Недели две!

– Мда…

– Ладно, не отчаивайся, – Дима снизошел до сочувствия. – У тебя будет шанс. Скажу правду. Поначалу мне повезло. Дальше может пойти не так гладко. Может, у тебя будет месяц, может, и больше – кто знает? Так, что Вика сдуй щеки – пари честное.

– А как это – «по твоей наводке»? – заинтересовалась Вика.

– Работаешь стукачом? – поддел Стас.

– Хотите знать, что я делаю? – понял Дима. Внимание друзей доставляло ему явное удовольствие. – Ладно, объясню. Вы все пользуетесь Сетью. В Сети установлены свои правила. Куда-то можно войти, куда-то нет. За что-то нужно платить, что-то дадут просто так, а что-то не дадут ни за какие деньги. Есть информация бесплатная, есть доступная за энную сумму, есть секретная, которую не положено знать. В Сети хранятся базы данных предприятий и государств, удостоверения личности граждан, счета банков, программы управления всевозможным оборудованием от пылесоса до спутника. Пользуйся на здоровье, но… в пределах дозволенного! А наш народ не может ограничиться доступным ему пространством – обязательно кто-нибудь да проникнет в запретную зону. Каждый умник думает, что лично на него запреты не действуют. Знаете, сколько у нас в стране хакеров? А какой уровень сетевой преступности? Вот! А догадываетесь, что каждый вход в Сеть протоколируется? И каждый ваш шаг оставляет след? Оступился – специальное ПО автоматически заводит уголовное дело. Данные о твоем правонарушении подаются для анализа одному из многочисленных следственных отделов, после чего человечка находят на раз, два, три. Во-первых: сетевые адреса присваиваются нэтфону только по удостоверению личности покупателя. Во-вторых: в протокол заносится не только время входа в Сеть и сетевой адрес, но и координаты нэтфона в пространстве – мы всегда знаем, где был преступник во время совершения противоправных действий. В-третьих: повсюду разбросано бесчисленное количество видеокамер, используемых разными программами управления городом; спутники сканируют местность, в целях помочь там, где недостает камер – в восьмидесяти из ста случаев мы имеем не только описание и адрес, но и изображение преступника. Так, что шансы избежать правосудия стремятся к нулю… Угадайте теперь, кого это останавливает?

– А причем здесь ты? – неприязненно поморщился Стас, показывая, насколько брезгливо он относится к подобному роду деятельности. – Ты же учился на нейропрограммиста, а не на следователя?

Дима кивнул:

– Элементарно, Уатсон! «Международный департамент по борьбе с сетевым терроризмом» находится на самой вершине этой пирамиды. К нам поступают сведения об особых случаях. Когда речь идет о преступлениях, имеющих последствия в мировых масштабах. Которые совершают по глупости. И, в отличие от остальных ведомств, мы работаем с профессиональными хакерами, с парнями, которые знают, на что идут, и что им за это светит.

– Да ты-то при чем?! – повторила вопрос Стаса Вика.

Дима заулыбался – очевидно, подошел к самой приятной для него части рассказа:

– Когда не остается другого способа вычислить нарушителя, прибегают к помощи нейропрограммиста.

– Первый раз слышу, чтобы программисты «вычисляли нарушителей»! – признался Стас.

– Если хорошенько подумаешь, сообразишь! – возразил Дима. – Поведение человека укладывается в некоторую схему, которую можно описать математически. По набору поступков можно построить модель поведения, а, получив модель, предсказать дальнейшие действия подозреваемого. Нарушители закона всегда выдают себя. Как бы ты не изворачивался, если знаешь, что напрашиваешься на наказание, в психологии твоего поведения это проявится. Информация лежит на поверхности, ее нужно только считать. Кому еще этим заниматься, если не нам, программистам?

– Ничего я не поняла! – призналась Вика. – Что именно ты делаешь?

– Например, есть несколько преступлений – я могу определить, являются они серией правонарушений, совершенных одним человеком, или просто схожими фактами, не имеющими между собой ничего общего. Есть подозреваемый, отслеживаемый отделом на протяжении некоторого времени. Мне приносят данные об этом человеке, его личной жизни, о том, что он ест, где и с кем спит – я строю схему и подставляю в нее преступления, в которых того подозревают. Если преступления не укладываются в схему – человек не виновен. Есть преступления, но нету обвиняемого – я могу предсказать, когда и как состоится следующее. Это – нейропрограммирование в чистом виде! Теперь ясно?

– В общем и целом – да, – скривился Стас. – И тебе это нравится??

– Конечно! – Дима даже удивился вопросу. – Как в сетевой игре – азарт, динамика, живой противник… Супер!

– Ясно. С тобой все ясно. – Стас откупорил еще одну бутылку, чтобы «запить» рассказ Димы. – Вика, ты-то, надеюсь, не за кем не охотишься?

Вика хихикнула:

– Пока нет.

– Рассказывай! – потребовал Дима. – Помню, жаловалась, что работа скучнейшая. А теперь смеешься.

– Мне понравилось, – призналась девушка.

– Понравилось что? – спросил Стас.

– Мы изучаем модели поведения масс. Как и Дима, я рассчитываю схему поведения некоторого слоя общества, чтобы затем определить наиболее вероятную реакцию этого слоя на произвольный «раздражитель»… – Вика улыбнулась подобранному ею самой слову. – Моя работа – определить, вызовет ли резонанс новый закон Думы, будет ли принят на «ура» новый автомобиль, привлечет ли внимание реклама, вызовет ли интерес фильм, будут ли носить такое платье…

– И что здесь интересного? – не понял Дима.

– Я опережаю время! – Глаза Вики засверкали от нахлынувшего на нее воодушевления. – Я раньше всех узнаю, какие тенденции предстоят в моде, какое кино будут снимать в следующем году, каких ждать неприятностей от правительства… Я имею возможность проверить собственные идеи: мне нравятся расклешенные брюки, нравятся ли они кому-нибудь еще в Москве, в России, в мире? Если да, посылаю сообщение в любимый Дом Моды (как аналитик «Центра исследования общественного мнения» имею на это право и официальное разрешение!), а в благодарность – мне приходят брюки из самой новой коллекции!

Парни переглянулись в некотором недоумении.

– Что ж, – после паузы подытожил Стас. – Каждый получил то, что хотел!

– Однозначно! – подтвердил Дима.

– Да, наверное, – согласилась Вика.

…Пиво допивали, слушая музыку и глядя клипы – оставаясь в своих лежаках, все трое вошли на сайт коллективного, синхронного просмотра записей. Музыка полилась к ним в уши из динамиков на дужках нэтфонов, изображение передавалось на стекла очков, и всем троим казалось, что действие клипа разворачивается прямо здесь, сейчас, во дворе дома Стаса. Ребята видели и друг друга, и бассейн, и ящик с пивом и… прогуливающихся между лежаками певиц известной поп-группы, и «зажигающей» где-то там, над водой бассейна, профессиональной «подтанцовки»…