Чтение онлайн

— Мне говорили, что в подобных местах тебя достает не то, что удается разглядеть. — Карденас осторожно отогнул в сторону молодое деревце, росшее прямо в центре тропы. — А достают те, кого не разглядишь. Например, пиявки. Клещи и блохи. Разносящие лейшманию мухи. Жуки, которые…

— Суть уловил, — оборвал его напарник. — Я лично был готов вернуться на улицы Ногалеса, как только наш челнок приземлился в Сан-Хосе. Всегда предпочитаю толстые стены и твердую мостовую.

— И кофе с круассанами в кафе «У Росы». — В голосе Карденаса явственно засквозила тоска. — Блинчики с опунциевым джемом и взбитыми сливками. Сопапиллы [54] с брусникой.

— Я же тебе сказал, — заворчал на друга Хаяки. — Суть я уловил.

— Вот, должно быть, и оно. — Узкая тропа вывела их на небольшую поляну, и Карденас увеличил шаг, радуясь возможности убраться из-под кустов. Перед ними на фоне внушительной листвы высилось здание, не похожее ни на одно из встретившихся им в поселении Сьюдада. Сооруженное большей частью из местных материалов, оно выглядело архитектурным напоминанием о давних временах. Покоящееся на вогнанных в землю сваях, одноэтажное строение было достаточно просторным, чтобы содержать под крытой пальмовыми листьями крышей три-четыре комнаты приличных размеров. Двадцать сработанных из расколотых бревен ступенек составляли широкую лестницу, ведшую к крытому переднему настилу, с которого обитателям открывался отличный вид на окружающие джунгли. Не было видно никаких проводов, характерных для современных построек.

Карденас первым поднялся по лестнице. Никаких стекол не было; и окна и двери закрывали только сетчатые ширмы. Периодическое шипение невидимого электронного фумигатора указывало, что сооружение оборудовано по меньшей мере одним образчиком современной технологии. Очевидно, склонность жильцов податься назад к природе не обязательно включала и стремление ее кормить.

Карденас немного удивился, найдя дверь-ширму незапертой. Переглянувшись, они вошли. В помещении было удивительно прохладно и сухо, явно благодаря бесшумным стараниям скрытых приборов для кондиционирования воздуха и поглощения влаги. Медленно двигаясь по коридору и глядя направо, он воззрился на уютную гостиную. Сработанные из ротанга и других местных материалов кушетки и кресла с завезенными из внешнего мира подушками скучились вокруг вездесущего вита. На полу сплетенные из кокосового волокна циновки перемежались с декоративными подушечками, сработанными из пальмовых волокон. Что же касалось украшавших стены и покоящихся на деревянных столиках картин, барельефов и цветоползов, то он поймал себя на попытках догадаться, сработаны ли они человеческими руками — или руками, принадлежавшими ближайшим родственникам человека.

— Кто это? — спросил с противоположной стороны коридора сильный женский голос. — Надеюсь, вам удалось найти какой-то…

Обернувшись на голос, Карденас оказался лицом к лицу с немного приземистой и безусловно привлекательной женщиной лет тридцати с небольшим. Белокурые волосы длиной до плеч были стянуты на затылке в конский хвост, в высшей степени разумную прическу для горных тропиков. Какой-либо макияж или косметика на ее лице отсутствовали. Вся одежда состояла из просторного халата, на котором преобладали изображения бугенвиллий, уместные скорее в южной части Тихоокеанского бассейна, чем в Центральной Америке. Ногти на пальцах маленьких босых ног оставались некрашеными. Единственной уступкой современным обычаям был изящно вписанный в ее правое ухо аудио муз-плейер.

— Сурци Моккеркин? — Карденас сунул было руку во внутренний карман рубашки с короткими рукавами, собираясь показать свой идент-браслет. — Я…

Кровь, казалось, так и отхлынула от ее лица.

— Роджер! — завопила она.

Прежде чем инспектор и его спутник смогли объясниться подробней, в комнату ворвался, чуть задев испуганную женщину, красно-оранжевый комок мускулов и бросился к паре визитеров. Крепко сжатое в одной руке тяжелое мачете, запачканное древесным соком, ударило сперва по Хаяки, обрушившись с достаточной силой, чтобы отсечь руку от плеча. Удивительно гибкий для столь рослого человека, привыкший иметь дело со всякими противниками, сержант метнулся в сторону и ударил нападающего, когда тот проносился мимо. Достаточно мощный, чтобы свалить едва ли не любого человека, удар не остановил фигуру с большим ножом.

Но впрочем, та и не была человеком.

Круто развернувшись, разъяренный орангутан еще раз с размаху ударил по сержанту, который метнулся за ротанговую кушетку и схватил для защиты кресло. Оранг, куда более сильный, чем любой человек такого же веса, одной рукой поднял кушетку и отшвырнул ее прочь. Покуда красновато-оранжевая обезьяна скрадывала Хаяки, Карденасу удалось броситься к женщине. Поскольку вся ее поза отражала ужас, он поспешил успокоить ее. И, сунув руку за пазуху, все ж таки достал свой идент.

— Сурци Моккеркин? Инспектор Анхель Карденас и сержант Фредозо Хаяки, Севамериканская Федеральная Полиция. Я говорил с вами в Ногалесе. Мы здесь с целью помочь вам. — Он показал на двух бойцов с мрачными физиономиями. — Отзовите своего охранника.

Напряжение в какой-то мере покинуло ее, но выражение лица оставалось настороженным. Не сводя глаз с Карденаса, она, не оборачиваясь, приказала:

— Роджер! Все в порядке, это полиция, а не матарос.

Державший мачете над головой, оранг медленно опустил длинные мощные руки. И только когда лезвие приблизилось к полу, Хаяки начал ставить на место кресло, которое держал перед собой для защиты. Орангутанг моргнул большими обманчиво детскими глазами.

— Сурци уверен?

— Пока да, — уведомила она его. — Подожди снаружи, на крыльце. — Тон нес в себе угрозу, когда она продолжила, адресуя слова стоящему рядом с ней человеку: — Я позову, если ты мне понадобишься. И прежде чем уйдешь, поставь на место кушетку.

Снова пустив в ход лишь одну руку, оранг послушно перевернул небрежно отброшенную мебель обратно на ножки, поставил ее на прежнее место и бросил подушки туда, где им надлежало быть. Одарив Хаяки и Карденаса предупреждающим взглядом, он просеменил вон из комнаты, по-прежнему стискивая зловещий длинный клинок.

— Ваш друг? — Карденас жестом указал на выходящего примата.

— Мой телохранитель. Его дала мне ассоциация Симиано. Я расплачиваюсь за защиту и убежище. — Выражение ее лица чуть смягчилось. — Телохранителей сменяют по очереди. Им всем не особенно нравится находиться в человеческом обществе. Но дело свое они знают.

Поставив плетеное из прутьев и ротанга кресло на прежнее место, Хаяки опустился на него. При высокой влажности короткое физическое упражнение вызвало водопады пота на лице и верхней части тела.

— Не стану спорить.

Она поколебалась еще с миг, прежде чем наконец сделала жест в сторону мебели.

— Итак, вы здесь. Я ничего не могу с этим поделать. Так что вполне можете присесть.

Заняв кресло около кушетки, Карденас сложил руки на груди и с серьезным видом подался вперед.

— Вы сказали, что платите здешним, гм, жителям, за убежище для вас. А где Катла?

Сурци Моккеркин, казалось, съежилась. В другое время, в другом месте, она была бы исключительно привлекательной и, вероятно, жизнерадостной женщиной, подумал Карденас. Тропики низводили внешность всех людей к одному низкому потному общему знаменателю.