Чтение онлайн

Я с облегчением вздохнул. Спустя 26 секунд во дворе появился Мовик с блестящей лысиной, но в трусьях, шлепнул хулиганствующую девицу пару раз по голой заднице, сгреб ее в охапку и утащил в дом — процесс этого сопровождался взвизгиваниями и болтанием ногами.

В 00.20 из-за дома вырулила «БМВ», приняла на борт блондинку, провожаемую до дверцы хозяином, покинула территорию усадьбы и скрылась в неизвестном направлении.

В 00.30 свет во всем доме погас, а в 00.45 «БМВ» благополучно прибыла на «базу».

Аналогичная ситуация повторилась через день: «БМВ» туда-сюда, тени в окнах, женский смех — только в этот раз обошлось без порчи клумбы.

Через пять дней я сделал вывод, что более ничего интересного для себя в жизни клиента не наблюдаю. Теперь я мог с точностью до пяти минут, не глядя в трубу, сказать, что творится на подконтрольном подворье.

А еще я обнаружил, что схватил насморк, питаюсь всухомятку и нехорошо пахну. Так вот, утром шестого дня подготовки акции я наплевал на должностные обязанности, натаскал в баню воды, растопил печь и заложил в нее почти все оставшиеся запасы дров. А потом отправился прошвырнуться по городу и немного развеяться. По моим подсчетам, баня должна была нагреться до нужной кондиции часа через три.

Гуляя по полупустынным улицам и заходя в совсем пустые магазины, я соображал, каким образом лучше всего ухайдакать моего Мовика.

В первый же день, как только я увидел, чем товарищ занимается со своими гадинами, я оправился от потрясения и пришел в состояние эйфории.

Вот оно! Мне надо будет покусать его змеей — и все дела. Так просто! Скоро эйфория исчезла, и после некоторых рассуждений (в ходе последующего наблюдения) я сделал вывод, что малость погорячился.

В школе изучали и это, разумеется, но довольно поверхностно. Слишком экзотическим для нашей страны был подобный вид смерти. Вы слышали когда-нибудь, чтобы кого-то в офисе покусала гадюка? Я, например, не слышал.

Чтобы состоялось «покусание клиента», необходимо было несколько условий. Общее условие — гада надо было обязательно раздражить, сам он, по собственной инициативе, кусать клиента не станет.

Так вот, предварительно раздражив гада, его надо было:

А) подбросить жертве (в постель, комнату, лифт, кейс, сейф, уборную, ванную и т. д.);

Б) ткнуть в жертву змеей при личном контакте, накручивая гадине хвост и держа ее так, чтобы самого не цапнула;

В) с помощью обмана привести жертву в то место, где эта раздраженная гадина сидит и дожидается, кого бы ей укусить.

Все три способа в данном случае не подходили по ряду причин. Во-первых, Мовик прекрасно знает змеиные повадки и сразу может определить, что змея раздражена, — в условиях хорошего освещения. А проникнуть в дом ночью, судя по обстановке, было довольно проблематично.

Едва ли не большую проблему представляло выполнение общего условия — каким-то образом раздражать змею, перемещать ее с места на место и вообще брать в руки, даже используя какие-то защитные средства. Я панически боюсь змей.

И последнее обстоятельство, которое в совокупности с предыдущим делало эту идею малоосуществимой: из более чем двух тысяч змей, существующих на нашей планете, ядовиты лишь около трехсот видов. Из них смертельно опасны для человека только не более десятков видов — судя по информации, которую мне выложили в школе.

При укусе любого гада из этой категории человек мгновенно не умирает. Чтобы околеть от хорошей дозы нейротоксика, нужно не менее двух часов. Не менее. Выходит, что жертву нужно укусить гадиной и минимум два часа держать взаперти, не давая возможности обратиться за квалифицированной помощью или самому вколоть себе солидную порцию сыворотки.

Существуют, конечно, некоторые нюансы. Если жертва получит полную дозу, допустим, в шею или в область сердца, тогда действие яда происходит гораздо быстрее. Но змея в любом случае кусает, делая выпад, не превышающий одной трети длины своего тела. она не прыгает с дерева, как некоторые предполагают, потому что может сломать ребра, и потому большая часть укусов приходится в район голени или чуть выше.

А предположить, что Мовика может укусить любая из этих малоподвижных гадин, которых он содержит, в тот момент, когда хозяин возьмет ее в руки, практически невозможно — повторяю, он слишком опытен, чтобы ошибиться в намерениях змеи… Хм. Да уж.

В общем, идею с гадами, как ни привлекательна она казалась на первый взгляд, пришлось с большим сожалением отложить в сторону и заняться чем-нибудь попроще.

Я прошвырнулся по обширному малолюдному базару, прокручивая в голове варианты наиболее подходящих несчастных случаев, и отметил, что ничего хорошего пока на ум не идет. Так же я отметил, что, пожалуй, в доэсэнгэвский период в это время года приморские города были гораздо богаче приезжими людьми.

Мне посчастливилось разок попасть с родителями на побережье в конце бархатного сезона — по официальной версии я тогда болел дизентерией и валялся в изоляторе детской поликлиники. Да, тогда товарищи массово отдыхали — имели возможность, хотя демократии, которая принесла нам всем свободу от чего-то, еще не было.

На базаре я купил всякой всячины: пиво, зелень, хорошую копченую колбасу, фрукты и кусок свежего мяса — решил сварить борщ, которого бы хватило на оставшийся период пребывания в этом тоскливом месте.

Затем я вырулил на пустынную набережную и прогулялся по ней немного. Вспомнил Визбора: «В Ялте ноябрь…» — и легкая грусть заполнила мое очерствевшее нутро. Ноябрь, конечно, еще не наступил, но желтые листья вместе с грязными пакетами и прочим летучим мусором ветер уже вовсю гнал по набережной. Волны ударялись в парапет, шипя, словно стадо гадов, или стая — чего там у гадов?

В этом году осень довольно ранняя. Погода с каждым днем портилась. С утра небо заволокло серыми сплошными облаками, понемногу моя легкая грусть тяжелела, и вот у меня уже было препаршивейшее настроение. Потому я очень скоро походя обидел мужика лет сорока пяти, который торговал мороженным и ни в чем не был виноват.

Он одиноко сидел на набережной возле большого пластмассового ящика с изображением айсберга, пингвина и еще чего-то в этом роде. Верхняя крышка ящика была прозрачной, и под ней аккуратно лежало красивое импортное мороженое.