Чтение онлайн

Преждевременную смерть Пахана.

Эта белизна напомнила мне, что раны всё равно заживают.

Хотя у Пахана была красивая могила - расчищенное место на вершине холма в окружении стройных берёз - близость к нему я ощущала именно здесь.

На его похоронах присутствовало много любивших его людей.

Севастьян не позволил себе при всех как-то проявить своё горе. Но вечером того же дня наедине со мной по его щеке скользнули две слезинки, что для такого, как он, означали тысячи пролитых слёз.

С каждым прошедшим днём нам было уже не так тяжело вспоминать Пахана. Я была рада, что смогла провести с ним, пусть даже так мало, времени. В течение нескольких недель он изменил мою судьбу навсегда.

Его предсмертное желание исполнилось: моя жизнь, благодаря ему, стала лучше.

Я оглянулась и увидела, что ко мне шёл Севастьян, вокруг его ног обвивалось длинное чёрное пальто; от одного его вида моё сердце забилось быстрее. Я знала, что так будет всегда.

Когда он приблизился, его лицо поймало луч зимнего солнца. Наблюдая сейчас за ним, я могла сказать, что он в какой-то мере обрёл внутренний покой. Он казался моложе, и та усталость, которую я сначала почувствовала в нём, рассеивалась. Он чаще улыбался, и я могла даже заставить его иногда рассмеяться.

Готова вернуться?
– Он предложил свою руку, и мы отправились в большой дом. Мы переделали моё крыло для нас двоих, перевезя его вещи из отдельного здания.

Да, - я положила на его руку, затянутую в перчатку, ладонь, взглянув на его горящие щёки и ясные глаза, не удержала вздох.

За месяц, прошедший с нашего возвращения, Севастьян смог полностью вывести активы Пахана из под влияния мафии, а потом вступил в права воровского авторитета, хотя и не в полном объёме. Теперь он сосредоточился на защите территории Пахана и его людей.

И, чёрт возьми, работа защитника Севастьяну очень шла.

Из Бучеллатти сегодня прибыли подарки для Джессики и твоей мамы.

Коробочки с экстравагантными ювелирными изделиями.

Ладно-ладно, я быстро переменила отношение к деньгам.

На Рождество мы с Севастьяном планировали отправиться в Небраску. Можно было только догадываться, как моя семья и друзья отнесутся к моему экс-боевику.

Спасибо, что сказал мне о подарках, - с улыбкой ответила ему я. Я была уверена, что иногда он говорил только для того, чтобы мысленно выполнить определённую "словесную норму". Я всё время его этим подкалывала.
– Ты уже подумал о своих братьях?
– Я предложила Севастьяну пригласить их на Рождество, чтобы это послужило началом чего-то большего.

Я... ещё ничего не решил. Ведь Максим может подумать, что я склоняюсь к его предложению.

Тоже верно. Пока я вела речь о простом праздничном телефонном звонке, Максим уже планировал объединиться с Севастьяном и завоевать, типа, всю Россию. Севастьян пока ни на что не согласился, но его противники уловили ветер потенциального альянса и значительно отступили. Что значительно сократило объём работы.

Может, весной он сможет покинуть свой пост и отправится со мной в путешествие?

Или, может, я поступлю в местный университет.

Неудивительно: я ещё ничего не решила.

Но в чём я была уверена? Я твёрдо решила, что эта зима станет для него другой, чтобы у него она ассоциировалась с теплом нашей постели, безумными занятиями любовью и надеждами на будущее.

О, пока не забыла, Джес уже имеет виды на твой старый дом. Хочет после праздников вернуться сюда с нами.
– И, возможно, пообещает никогда не уезжать. Как она выразилась: "Если я получу собственный мини-дворец, то точно превращусь в стерву-борщепоедательницу."

Пусть приезжает, - сказал Севастьян, удивив меня.
– До тех пор, пока ночи ты будешь проводить со мной.

Ты сам это предложил, Сибиряк, - впервые в жизни он наслаждался длинными ночами. Мы плавали вместе, читали вместе, играли у камина в шахматы. Ну, или пытались. Вчера вечером все фигурки разлетелись по комнате, когда он опрокинул меня прямо на стол.

Никогда ещё королева не была так счастлива уступить.

Часто мы допоздна разговаривали, когда он был готов поделиться ещё какой-то частью своей ноши. И всякий раз я поражалась, каким любящим и благородным он стал человеком. Он также рассказывал мне о Пахане, и я чувствовала в нём направляющую руку часовщика.

В Севастьяне по-прежнему жила тень, но теперь это была наша тень.

Что касается меня, я училась быть более терпеливой. Для этого я начала ремонтировать папины часы. Это искусство требовало терпения.

Под порывами ветра Севастьян сказал:

Иди сюда.
– Притянув ближе, он закрыл меня своим большим телом. Он всегда так делал, также как и грел мои руки, когда они замерзали.

Я прижалась к нему, мне было тепло в роскошном кашемировом пальто и свитере, к которым я подобрала джинсы и грубые ботинки.

Я пыталась сохранить саму себя; Натали вернулась - надеюсь, немного более терпеливой и понимающей. И может быть, только может быть, чуть более мудрой...?

Когда наперерез нам выскочил белый зайчик, я пробормотала:

Здесь так красиво.

Подожди, пока не увидишь всё это летом.
– Он начал говорить о будущем, обретая уверенность, что я никуда не уйду.

Наверное, потому, что мы так быстро сблизились.

Да, может, к тому времени мы как раз избавимся от Джесс.

Он весело на меня посмотрел.

Чего же нам не хватало? Он так и не сказал, что любит меня. Хотя доказательства этого я видела каждый день, и он, конечно, убедил меня в этом в Париже, мне все равно нужно было услышать слова. Однако прямо спросить об этом я не могла, он должен был постепенно сам к этому прийти...

Завтра стоит отправиться в баню, - когда он взглянул на меня, солнце упало на его глаза, отчего они вспыхнули.

Расплавленное золото: мой новый любимый цвет.

Согласна. Это важно. Для здоровья.