Чтение онлайн

— Да. Сделаем стену и заживем спокойно, — я указал вдаль. — Сегодня ночью мне показалось, что где-то далеко что-то то ли гремит, то ли взрывается.

Содер насторожился.

— Показалось?

— На грани слышимости. Вполне может быть, что это местные звуки. Землеройка или ящерка какая под землей роет, а мне удалось это расслышать.

— Я бы на это не списывал, — нахмурился Содер. — Так можно сослаться и на шум в ушах. Давай-ка лучше стену построим.

— Поддерживаю. После обеда проведем построение, поставим задачу. Всех недовольных прижмем, — я шагнул к нашей палатке, которую, как главнокомандующие, мы занимали только вдвоем.

Ширяй, наш добровольный повар из простолюдинов, успел расставить обед на расстеленное на земле покрывало. Оно заменяло нам стол. Дождавшись, пока мы не усядемся, сел у края покрывала сам. Ел Ширяй вместе с нами.

— Поговаривают, что все четыре оставшихся декады просто так простоим, — прожевав первую ложку каши, тихо заметил он.

— Кто говорит? — откусив от куриной ножки изрядный кусок, промямлил Содер.

— Многие. Кто-то пустил слух, что вы договорились с кордами, и те поставили нас туда, где нежити нет.

— Так пусть радуются, — пожал я плечами, с удовольствием сделав глоток трутового отвара. — Живыми домой вернутся.

Ширяй вздохнул, покачав плешивой головой и по привычке несколько раз часто моргнув белесо-голубыми глазами. Такое бывает у людей, имевших легкое неровное расстройство из-за пережитых стрессов. А их, как я теперь точно знал, выпало на долю Ширяя немало. За сорок с небольшим лет он многое испытал и через многое прошел. Один только тюремный срок в Альской тюрьме чего стоил. Самая страшная тюрьма королевства, где в отношении заключенных практиковались пытки. Причем не ради получения информации, а так, для развлечения тюремного начальства. Отмотал там четыре года.

Честно говоря, я поначалу думал, что его подослал к нам Хромой. Проверили. Оказалось, что нет. Сам пришел. Выяснилось, что Ширяй до недавнего времени был у руля мелкой банды, державшей маленький городок в Левобережной северной провинции, и его угораздило выйти на тропу войны с людьми Сиплого. Тот активно подминал провинцию под себя. Естественно, моментально проиграл и вынужден был бежать.

Понимая, что отныне его жизнь будет находиться в постоянной опасности, Ширяй принял решение примкнуть к Ударному экспедиционному отряду. Вернее, лично к нам. Волчье чутье ему подсказало, что после похода, если ему посчастливиться вернуться живым, мы его на растерзание псам Сиплого не отдадим.

— Это вы так рассуждаете. А они совсем не радуются. Наоборот, пальцы гнут, что не для того сюда шли, чтобы просто так сидеть. Хотят непременно нежить бить. Тетка де Лангир всем задвигает, что ее сынуля способен в один лоб стаю костяных драконов под шконарь запинать. Ну… образно говоря.

— Неужели? — скептически хмыкнул Содер.

— Зуб даю, начальник!

— Ширяй! — одернул я повара. — Я тебе что говорил?

— Зуб даю, господин капитан, — нисколько не смутившись, поправился Ширяй. — Остальные тоже в ту же дудку поют. Особенно знатные. Друг перед другом хвосты пушат. Вон тот потлатый, с душком изо рта, обещал лича собственными руками порвать, как Тузик пирожок.

Потлатым Ширяй называл сира де Баскеса, среднего сына барона де Баскеса. В отряде присутствовало немало представителей знати, кого называли сир или сиресса. Это были младшие дети аристократов, кому не досталось земельных наделов и у кого отсутствовал магический талант. Таких во всех королевствах было много, но мы с ними, по понятным причинам, близко столкнулись только сейчас.

Мне в голову внезапно пришла мысль, показавшаяся занятной.

— Содер, мы сегодня не будем строить стену, — изрек я.

— Почему?

— Потому что будут споры. Мы будем гнуть это стадо через колено. Убеждать в чем-то. А оно нам надо? Нервы у меня одни и я ими дорожу.

— Что предлагаешь? — Содер отодвинул тарелку в сторону и вопрошающе уставился на меня.

— Я предлагаю сделать так, чтобы они сами прибежали к нам с просьбой построить эту чертову стену, — понизив голос, тихо выдал осенившую меня идею. — Сейчас мы отлучимся из лагеря. Якобы на разведку. Там наловим всяких скорпионов, ящериц, сусликов и прочую фауну. Сделаем из нее нежить и ночью приведем в лагерь. Пусть повоюют.

Американец с сомнением взьерошил волосы.

— Из всякой мелочи и нежить маленькая получится. Никто не испугается.

— Так мы с тобой постараемся! — я проникновенно заглянул другу в глаза. — Очень постараемся. Соединим мелкие тушки в одно целое. Сделаем уменьшенную копию пиеры! Мне по шею, — провел я рукой по указанной части тела. — Даже двух. И выпустим. Как тебе?

— А сможем ли? — продолжал сомневаться Содер. — Мы такую тварь только в лаборатории делали. Под присмотром де Никоруса. Нежить серьезная, среднего класса. Может, костяного голема слепим? Большого и страшного.

— Мы столько сусликов и ящериц тут не соберем, — я покосился на соседнюю палатку, где обедали пять девушек.

Довольно симпатичные магессы. Специально заняли место рядом с нами и все пять дней проводили артиллерийскую подготовку, стреляя в нашу сторону заинтересованными взглядами. Мы с Содером не поддавались, сохраняя со всеми членами отряда исключительно деловые отношения. Исключением стал только Ширяй.

Не добившись желаемого взглядами, вчера девушки решили пойти в решительное наступление и пригласили нас вечером к своему костру. Посидеть, пообщаться. Мы их огорчили. Отказались, сославшись на усталость. Она у нас и на самом деле имелась, поскольку все это время мы не проводили в праздности — укрывшись в палатке, мы погружались в Астрал и занимались там интенсивными тренировками. А сегодня ходили на разведку, отойдя от физических тел на несколько километров.

На большее расстояние не рискнули — вокруг водили хороводы множество духов. Сразу чувствовалось, что местные одаренные очень продолжительное время баловались общением с ними. Попробовали парочку поймать, имея целью попытаться их приручить, но не вышло. Духи погибли в наших путах. Приняли окончательную смерть.

Я в тот момент вспомнил о прошлогоднем походе в Проклятые земли. Если точнее, о шаманах. Искренне пожалел, что не попросил их провести урок по приручению бестелесных.

— Куда прешь, скотина??? — привычный рев воспитанной и скромной тетушки де Лангир сотряс лагерь. — Не видишь, тут мама сидит???