Пробка
Шрифт:
Удовольствие ведь можно получать и от других вещей. Например, их дом был самым богатым в коттеджном поселке, а участок земли самым большим. Просуществовав десятилетие и преодолев последствия кризиса девяносто восьмого, фирма теперь процветала. Денег было полно.
В чем-то Юрий Греков был прав: стреляться у Михаила Одинцова не было причин.
…— Но последнее время его болезнь обострилась, — сказала Алина, после того как выдала Грекову предысторию своих отношений с Михаилом Одинцовым.
— Болезнь? Какая болезнь? — спросил Юрий.
— Его фобия. Боязнь врачей.
— Но вы же сказали, что успешно ее преодолели.
— Видите ли, Миша подвергался сильным нервным стрессам — он был главой крупной фирмы. Для людей с такой психикой это опасно. И еще… Он ведь лечился от бесплодия, но безуспешно. Получилось следующее… — Алина замялась, но все-таки продолжила: — Тогда, девять лет назад, я сумела убедить мужа, что ничего опасного у него нет, никаких заболеваний с риском для жизни. Но мы ведь тогда не знали, что он не может иметь детей!
— А разве это опасно для жизни? — усмехнулся Юрий Греков.
— Нет, конечно, но это может создать определенный комплекс. Если честно, мне бы не хотелось выносить сор из избы, но последнее время с ним творилось что-то ужасное, — тихо сказала Алина и сделала внушительный глоток «Маргариты». — Особенно последний месяц… Извините. Мне трудно об этом говорить… Я столько пережила…
— А вы попробуйте, — сказал Греков, и в его голосе она вновь уловила иронию.
— Как вы жестоки! У меня муж трагически погиб!
— Обстоятельства его смерти весьма странные. Он застрелился ночью. В своей спальне. Лежа в постели. Проснулся, протянул руку, вынул из тумбочки пистолет и выстрелил себе в висок.
— Вот именно. Так оно и должно было случиться.
— Это почему же?
— Да потому! Именно ночью с ним происходило что-то странное…
ВТОРЫЕ ПОЛЧАСА В ПРОБКЕ
… — Значит, доктор К° — это моя жена, — после напряженного раздумья сказал Юрий Греков.
— Не совсем так, — поправил его Петров. — Это целый коллектив. Творческая группа. Но Нина играла там первую скрипку: она поставляла идеи.
— Погоди… — Греков наморщил лоб. — У нас дома книг десять, никак не меньше. Экранизация. Тиражи… Сколько же у нее было денег?
— Не беспокойся, не так много. Во-первых, она работала над проектом не одна. Во-вторых, не ее имя стояло на обложке. В-третьих, Нина не умела торговаться…
— Дура! — не удержался Греков.
— В-четвертых, многим помогала. В-пятых…
— Да что там такое?! — взорвался вдруг Юрий. — Почему стоим?!!
— Погоди-ка… Я погромче сделаю.
И Петров протянул руку к магнитоле. До сих пор друзья не обращали внимания на то, что происходило в эфире. Магнитолу Греков включил, но звук приглушил, поскольку разговор складывался самым неожиданным образом и был достаточно напряженным. Теперь же Володя Петров уловил что-то и прибавил звук. И оба услышали голос ведущего новостей.
— …огромная пробка на внешней стороне МКАД. Опрокинулся грузовик и перекрыл движение по всем полосам. Сейчас его пытаются убрать с проезжей части. Но уже скопилась многокилометровая пробка, из-за которой движение будет парализовано в течение нескольких часов…
— Что-о?! — не выдержал Греков. — Нескольких часов?!
— Да что ты так переживешь?
— Выпить я хочу — вот что. У меня нервы.
— У всех нервы.
— Иди ты к черту! — огрызнулся Греков.
— Так мне продолжать? — И Володя Петров вновь приглушил звук. — Ты ведь хочешь знать, куда твоя жена тратила деньги?
— Ах, она их все-таки тратила! — с ненавистью сказал Юрий Греков. — Уж не на себя ли любимую?
— А что тебя так удивляет? Нина любила драгоценности, и у нее был хороший вкус.
— Да они ей шли, как корове седло!
— А вот тут ты ошибаешься. Твоя жена была не только умницей, но и очень красивой женщиной.
— Нинка была о… Ха-ха!
— А ты посмотри на это.
И Петров полез за пазуху, откуда достал пачку цветных фотографий, и кинул их на колени Юрию. Тот с некоторой опаской взглянул на первый снимок:
— Что это?
— Твоя жена. Разве не узнаешь?
— Нет, это не она.
— А ты посмотри повнимательнее.
— Я что, слепой? Или не знаю своей жены? То есть я хотел сказать, не знал. Нина носила очки, и никаких кудрей у нее…
Греков вдруг осекся и внимательнее посмотрел на фотографию: вот это красавица! Тонкая талия, высокая грудь, маленькая голова гордо посажена, длинные русые волосы эффектно рассыпались по хрупким плечам. Определенно, в чертах лица этой дамы есть сходство с его женой. Но эта женщина — не его Нина!
— Это не моя жена, — покачал головой Юрий Греков.
— Она просто сменила очки на контактные линзы и распустила волосы. Только и всего, — тихо сказал Володя. — Остальное — работа визажиста. Макияж, и все такое. Согласись, что Нина была эффектной женщиной.
— Ах, работа визажиста! Работа визажиста…
Юрий жадно схватил фотографии и стал поспешно их просматривать, кидая на колени одну за другой. Пара снимков упала на пол, но он этого не заметил. Греков все смотрел и пытался сообразить: где это она? Зачем так разоделась? И для кого?
Вот Нина в кругу нарядно одетых мужчин и женщин. В руке у нее бокал шампанского. Она улыбается. А вот — у роскошной машины. Откидывает волосы, прежде чем сесть в нее. На другом снимке — Нина под руку с человеком, лицо которого кажется Юрию Грекову знакомым. Ну, конечно! Он видел его на обложках книг! Доктор К°!