Шрифт:
Глава 1
— Я получила работу! — с такими словами Катрина Митчелл Джордан ворвалась в маленький уютный магазинчик и протанцевала мимо книжных полок, заставленных старинными фолиантами в кожаных переплетах.
— А я никогда и не сомневалась ни в твоих способностях, ни в том, что ты рано или поздно получишь работу, — пробормотала Грэйси Эплгейт, элегантным жестом поправляя пучок своих серебристых волос.
— Да? Спасибо. А я вот очень даже сомневалась.
Не последуй я вашему совету, то до сих пор целыми днями названивала бы по газетным объявлениям и гадала, как раздобыть денег, чтобы заплатить за квартиру. — Внезапно Катрина замолчала и, едва сдерживая слезы, без сил опустилась в мягкое кресло. Шутка ли, несколько месяцев сидеть без работы, немудрено, что все ее скудные сбережения подошли к концу! — Не знаю, откуда вы узнали про это место, но вы сотворили чудо, и я перед вами в неоплатном долгу. Большущее вам спасибо!
Грэйси отмахнулась, показывая, что для нее это не составило никакого труда.
— Что за глупости, детка, совсем наоборот. Это строительная корпорация Блэйна должна благодарить меня за то, что я порекомендовала им превосходного работника, на которого они всегда смогут положиться. Уверена, что Марта, моя подруга из отдела кадров, безусловно, согласится со мной.
— Интересно, сыщется ли в Лос-Анджелесе хоть один человек, которого бы вы не знали лично?
— Думаю, что кое-кто наверняка ускользнул из моего поля зрения, но ведь среди любителей антиквариата, в частности редких книг, так много представителей высшего света, интеллигенции, богемы да и просто приятных людей. Кстати, если уж мы заговорили о них… — и, бросив на Катрину заинтересованный взгляд, она наполнила ее чашку травяным чаем, — у тебя была возможность познакомиться с главой компании?
— С мистером Блэйном? Нет, странная история вышла. — Катрина покачала головой. — Как я поняла, его менеджеры заключили какой-то выгодный контракт и, чтобы отпраздновать это событие, он пригласил всех на обед.
— Очень любезно с его стороны. Так что же тебя удивляет, дорогая?
— Дело в том, Грэйси, что обед он вздумал устроить в Сан-Франциско. Посадил всех в арендованный самолет, а сам уселся за штурвал. — Катрина поморщилась. — Зачем так глупо сорить деньгами? Богатые люди всегда раздражают меня. У меня есть сестра Лора, так вот она совершила большую ошибку, выйдя замуж за богача. Он разрушил ее жизнь.
Конечно, она сама тоже изредка мечтала о Прекрасном Принце, но сказка — это сказка, а жизнь — это жизнь.
Грэйси покачала головой и, нахмурившись, погрозила Катрине пальцем.
— Нет-нет, дорогая. Нельзя всех стричь под одну гребенку. И потом, если Рик Блэйн настолько богат, как о нем говорят, то почему бы ему не нанять пусть хоть целую эскадрилью, чтобы отпраздновать очередную выгодную сделку?
Катрина не могла не улыбнуться.
— Да, я полагаю, вы правы. Почему бы и нет?
Грэйси Эплгейт тоже улыбнулась, и в уголках ее губ появились многочисленные морщинки, выдававшие добрый нрав. Катрина обожала ее, ведь, помимо доброты, в ней счастливо сочетались такие замечательные качества, как материнская мудрость и заботливость, озорное веселье и женская загадочность, которой хватило бы на десятерых…
Внезапно внимание Катрины привлек тихий голосок ребенка, и она поспешила вытащить малышку из манежа, стоявшего позади Грэйси.
— Так, так, дорогуша, все ли у тебя хорошо?
Спутанные волосики девочки были влажными.
Она потянулась, засопела и протянула ручонки к лицу Катрины.
— Бабуска Гэйси дава ме ябоко, — доложила малышка.
— Неужели? — Катрина широко раскрыла глаза, притворно удивляясь такому важному событию. — А ты сказала «спасибо» бабушке Грэйси?
Хизер кивнула. Катрина благодарно посмотрела на остановившуюся в дверях пожилую женщину.
— Что еще мне остается делать на старости лет?
С тех пор как мой сын заявил, что навсегда останется холостяком, мне приходится пускаться на всякие хитрости, чтобы услышать это замечательное слово «бабушка». Я надеюсь, ты не возражаешь?
— Конечно, нет. Для каждого ребенка счастье иметь заботливую, любящую бабушку. Моя мать умерла несколько лет назад, а дедушка и бабушка Хизер со стороны отца живут в трех тысячах миль отсюда.
— Да, это не очень удобно.
— А может быть, оно и к лучшему. Они неплохие люди, только никогда не напрашивались моей дочери в няньки, не заявляли своих прав на нее. У меня создалось впечатление, что они были рады избавиться от забот о собственном сыне, а теперь совсем не жаждут растить других детей, будь то даже их родные внуки. — Она подхватила дочку на руки и, прижавшись щекой к нежной коже, с неизъяснимым блаженством вдохнула аромат, исходивший от малышки. — Впрочем, один раз они пытались попробовать себя в роли дедушки и бабушки. Именно с тех пор я благодарна судьбе за то, что они больше к этому не стремились.
Грэйси рассмеялась, однако ее глаза остались грустными.
— Да, молодой человек, который завоюет такую умную женщину, как ты, должен обладать поистине выдающимися качествами, иначе ты его просто не заметишь.
Катрина заметно напряглась, она слишком хорошо помнила свой развод — он был ужасен. Событие, оставившее саднящую рану в ее сердце.
— Дэн всегда был мрачным, неудачливым холериком. Я думала, что смогу его изменить. Но так и не смогла.
Отвернувшись, она так сильно прижала Хизер к себе, что малышка даже всхлипнула в ее руках.
Женщина ослабила объятия, зашептав утешительные слова девочке, и та тотчас успокоилась, засунула большой палец в рот и принялась сосать. Катрину вдруг захлестнула волна сожаления и неуверенности, которые всегда охватывали ее при мысли о том, чего Хизер будет лишена в жизни, ведь и сама она никогда не знала отцовской любви и заботы.
Отец оставил их семью, когда ей исполнилось всего лишь пять лет. И эта потеря преследует ее всю жизнь. Теперь та же проблема будет стоять и перед ее любимой доченькой. Ведь Дэн не настаивал даже на ежемесячных свиданиях с собственным ребенком.
Как выяснилось позднее, ему и жена-то была не нужна. Ему требовалась кухарка-нянька-прачка, ну и плюс удобная постельная принадлежность.
Катрина услышала за спиной мягкие шаги и почувствовала легкое прикосновение руки к своему плечу — это подошла Грэйси.
— Надо пережить несчастье, чтобы принять и в полной мере оценить то счастливое время, которое обязательно у тебя наступит.
Катрина всхлипнула, покачала ребенка, погладила светленькую головку и смахнула непрошеную слезу со своей щеки.