Чтение онлайн

— Нет, все в меру. Я взял только то, чем по-настоящему проникся. Показать?

Я, конечно, знала, что он купил — автопортрет в отражении стекла витрины, где больше видно заведение внутри, чем мое отражение, и картину “Прыжок”.

— Покажи. Покажи, как ты это видишь. Своими глазами… — попросила я.

давно не любовались на красавцев, исправляемся...

быть ли сближению, как думаете, ммм?

Глава 48

Глава 48

Марфа

Я придвинулась еще немного, повела пальцами вниз, по локтю, к ладони, осторожно прокралась по жестким, уверенным линиям и сплела свои пальцы с его.

Замерла от того, как комом к горлу подкатило сердце, забилось рвано и слишком быстро. Мои пальчики слишком тонкие и маленькие, по сравнению с пальцами мужчины. Моя рука буквально утонула, словно нежась на разгоряченной бетонной плите.

Я едва дышала, скользя пальцами по его ладони, слегка сжимая его пальцы и снова отпуская, не в силах отпустить надолго. Даже на секунду! Снова и снова возвращалась.

Подняв взгляд, поняла, что и Дубинин едва дышал, наблюдая, и тяжело сглотнул. С губ сорвался тяжелый, горячий выдох.

— Меня ни разу так не соблазняли, как ты сейчас это делаешь. Чувствую себя размотанным. В край. В хламину, — прикрыл глаза, чуть-чуть двинул пальцами, поймал и сжал мои, накрыл второй ладонью руку. — Можно?

Дрожь прошила тело насквозь. Мы застыли почти на проходе, и кое-какие люди все могли видеть, наблюдать этот легкий танец рук, но такой цепляющий.

Я будто заново искала дорожки к Росу и осторожничала, ступая на тропки. И, судя по его деликатной реакции, он это понимал. Понимал и не торопил, хотя ему очень-очень хотелось большего — и по затуманенному взгляду ясно, и по частому, прерывистому дыханию и… ширинка, чего уж там, оттопыривалась, выдавая желания.

— Спасибо, что пришел. Мне стало так спокойно с появлением тебя.

— Что, правда? — обрадовался Дубинин.

— Да. Правда. Очень спокойно, уютно как-то. Мне этого не хватало.

— Мне тоже.

Дубинин бросил на меня взгляд, его глаза сильно покраснели за какие-то несколько мгновений.

— Проводишь меня? — попросила я. — Я отпустила друзей, они поехали в больницу.

— А что стряслось?

— Ничего серьезного, Павлуша, что называется, допизделся. Получил за дело. Я бы на месте Сени за ним даже не поехала, но она добрая душа.

— Ага, не поехала бы ты. Конечно, — усмехнулся Рос, чуть крепче сжав мою ладонь. — Погулять хочешь? Или…

— Я так устала, — призналась. — Целый день на каблуках. Больше всего хочу их снять и поваляться в ванной. Выпить чего-нибудь, немного расслабиться под легкую музыку. Никакого телека, телефона, звонков. Только музыка, выпивка... Подбросишь меня до дома?

— Да, конечно. Только работы твои с водителем отправлю.

***

Выставку покинули вдвоем. В машине молчали. Дубинин осторожничал, ничего не говорил. Он едва дышал, словно боялся спугнуть меня. Но при этом бросал на меня краткие, но выразительные взгляды, окуная в кипяток.

Его непривычная сдержанность, рвущие внутри эмоции будоражили меня, пьянили.

Он проводил меня до двери.

— Спасибо и… спокойной ночи, Рос.

— Спокойной ночи, — закивал.

Так и не сделает шаг? Ох, Рос… Он берег меня так, что сам чуть не подыхал на расстоянии, едва держался. Во мне все забурлило, когда я прижалась к нему и привстала, едва дотронувшись до губ.

— Не хочешь проверить, все ли у меня в порядке дома? Я не была здесь несколько дней. Там может быть…

— Все, что угодно, — рыкнул. — Открывай!

Едва за спинами захлопнулась дверь, синхронно потянулись навстречу. В памяти вспыхнули все другие разы, когда мы набрасывались друг на друга, буквально с порога. Сейчас было почти то же самое, но иначе. Дубинин поднял меня на руки, прижал к себе, прошел в гостиную и сел со мной в кресло. Я сверху, на его бедрах. Он меня обнял и не отпускал, уткнулся носом в шею, вдохнул шумно. С губ мужчины сорвался какой-то приглушенный всхлип, плечи дрогнули. Большие ладони Роса осторожно гуляли по моей спине, нежили меня.

— Дай минуту, хорошо? — прогундосил. — Мне нужна минута. Я так боялся, что ты больше не захочешь меня видеть.

Я вцепилась пальцами за его плечи, погладила по коротким волосам.

— Я тоже этого боялась. Хотела и боялась, даже уехать планировала. Далеко-далеко… С этой чертовой дырой в сердце. Почему там дыра, Рос? Зачем ты его забрал, верни?

— Да если бы я только знал, как…

Его плечи дрогнули.

— Если бы я только знал…

Я отстранилась, глаза выдавали потоки слез, за мутными водами было все плохо видно, лицо Роса дрожало. Но глаза стали еще более красными, влажными.

— Иди сюда. — попросила я, сжав ладонями его щеки, пробежалась пальцами по широким скулам. — Поцелуешь?

— Конечно, — мгновенно метнулся ко мне, распахнув рот.

Едва коснулся моих губ, я расклеилась окончательно от нежности и порывистости этого касания, от жара его рта, сильного тела, запаха. Словом, от всего.

— Иди ко мне. Пореви. Со мной можно, моя хорошая. Со мной тебе можно все. Все-все, не говори. Просто будь со мной, хорошо?

— Да-да, буду. Хочу… Хочу быть с тобой, — призналась, начала целовать.

Дубинин со стоном ответил, наши губы и языки заплясали, прикосновения и поцелуи были обоюдными, жадными. Внезапно Рос стиснул меня за талию.

— Притормози, иначе я… Сорваться могу.

— Не сдерживайся, — предложила ему и сама дернула за ремень на его брюках. — Я хочу тебя. Прямо сейчас хочу, Рос!

— Не сдерживаться? Опасные вещи предлагаешь, Одуван. Ты хорошо подумала?

— Нет. Не хочу думать. Хочу чувствовать. Тебя в себе… Много-много!

— Заказ принят!

Глава 49