Чтение онлайн

— Это дочка миссис Болд.

— О, мой отец мне не рассказал, что миссис Кларк живет в доме с матерью, я очень удивлена. Я, собственно, ожидала, что приеду на виноградник, а не в город.

Лицо маори помрачнело.

— Могу себе представить, что там наплели вашему отцу! И миссис Кларк больше не миссис Кларк, потому что вновь вышла замуж. За некоего доктора Томаса. Так что теперь ее зовут миссис Томас.

— О, я думала… Ну конечно, я знала, что у дяди моего отца есть жена, иначе бы не было никакой миссис Кларк, то есть… кузины отца, в общем, не было бы миссис Томас. Мы, правда, думали, что она уже давно… — Ева, покраснев, запнулась — как раз вовремя, чтобы не наговорить лишнего.

— Говорите смело! Меня вы этим не шокируете. В какой-то мере вы правы. Она хоть и в добром здравии, но предпочитает помалкивать об этом. — Маори схватилась за чемодан Евы. — Ух ты, это чудище нам нужно втащить на гору? Почему вы не позвали Джоанну или Адриана?

— Я… Я не спрашивала, потому что по телефону ее голос показался мне недовольным.

Женщина маори снова громко рассмеялась.

— Ну, тогда вам стоит познакомиться с хозяйкой дома лично.

«Это прозвучало не очень ободряюще», — подумала Ева, схватившись за ручку чемодана. Вдвоем его тащить было значительно легче.

— Кто такой Адриан? — спросила Ева после того, как они немного прошли вверх.

— Внук Люси, сын Джоанны, то есть миссис Томас, и мистера Джона Кларка. Джон был славным малым, но уж очень слабым для этого мира. Адриан — мой крестник. Отец его, к сожалению, умер слишком рано.

— А сколько ему лет? Я имею в виду Адриана.

— Двадцать исполнилось. Он отличный парень, был бы фантастическим виноделом, если бы все не пошло прахом. Теперь его больше интересуют старые дома…

Ева слушала маори краем уха. Она удивленно разглядывала дома, показавшиеся впереди. Девушка слишком мало знала о стране и о людях, живущих здесь, но этот архитектурный стиль был ей знаком до мельчайших деталей. Чем ближе они подходили, тем роскошнее выглядели строения. Деньги Ева зарабатывала с младых ногтей и сейчас очень жалела, что незадолго перед отъездом пришлось отдать книгу об архитектуре викторианской эпохи. Так решил отец: он предпочел продать все ценные вещи, чтобы насобирать больше денег на дорогу.

— Мы пришли! Или вы спите с открытыми глазами?

— Простите, нет, меня просто впечатлили дома. Я люблю этот стиль, хотя он старомодный. Но у всего этого есть шарм. Взгляните только на эти изукрашенные фронтоны…

— Адриан точно обрадуется. Он ни о чем больше не говорит, как о старых домах. Вы правы. Можно что угодно говорить о пакеха, но они уже жили в красивых домах, когда у нас были хижины без окон.

— Пакеха? Кто это?

— Вы, например. Вы — одна из пакеха. Белая. Мы так называли первых белых переселенцев, а со временем это слово прочно вошло в обиход…

Маори умолкла, когда внезапно распахнулась дверь и к ним поспешил молодой черноволосый человек.

— Тетя Ха, она ждет тебя с таким нетерпением! — радостно воскликнул он. — Она ничего не может поделать с суматохой в доме. Ты же знаешь, медицинскому искусству врачей она не доверяет. Она позволяет лечить себя только тебе…

Молодой человек запнулся, заметив наконец Еву. Взглянув на ее чемодан, он лукаво произнес:

— А вы, наверное, та самая неизвестная кузина, из-за которой мне пришлось лишиться комнаты. В таком случае мне будет не так больно осознавать, что я расстаюсь со своим независимым царством в конце коридора. — И протянул Еве руку: — Меня зовут Адриан.

Ева слегка покраснела от волнения. Она и не подозревала, что молодые люди могут быть такими милыми. В Баденхайме за ней ухаживали многие мужчины, но ни один деревенский парень не вызывал в ней интереса. И ни у кого не было таких манер и такой располагающей улыбки.

Его рукопожатие оказалось приятно крепким.

— Да, я та самая кузина из Германии, но я не претендую на вашу комнату. Я думаю, мы могли бы поменяться.

— Пойдемте, давайте ваш чемодан. Надеюсь, в этом гиганте есть несколько летних платьев. Или вы в нем спрятали вашу матушку? Если я правильно помню, мы ведь ждем вас обеих.

Ева прикусила губу, чтобы не заплакать. Но потом все же ответила:

— Моя мать умерла по дороге. — Ее голос звучал сдавленно.

— Но почему вы сразу не сообщили об этом, дитя мое? — заметила тетушка Ха, тронутая до глубины души.

— Простите мою глупую шутку. Подозреваю, ваша мать стала жертвой гриппа. Об этом даже в газетах писали. На вашем корабле разразилась настоящая эпидемия.

Ева предпочла промолчать о том, что Марта даже не кашляла, а свела счеты с жизнью с помощью веронала из медпункта.

— Что ж тут поделаешь, — вздохнув, сказала девушка. — Моя мать еще до путешествия сильно болела.

— Для начала вам нужно перекусить, выпить и поспать. — В голосе Адриана звучала обеспокоенность.

Ева еще никогда в жизни не испытывала подобного: мужчина заботится о ней! Дома, в Германии, девушка все время сама старалась хлопотать об отце и брате.

Ева прошла в дом вслед за Адрианом и тетушкой Ха. Девушка удивленно озиралась по сторонам. Не только здание было построено в викторианском стиле, вся мебель внутри тоже соответствовала эпохе.

— Бабушка питает страсть к предметам викторианской эпохи, — с улыбкой заметил Адриан.

— Я зайду к ней на минутку, иначе она рассердится. — Тетушка Ха поспешила к лестнице, ведущей наверх.

— Ее на самом деле зовут Ха? — спросила Ева, когда ее шаги стихли.

Адриан улыбнулся.

— Ее настоящее имя Харакеке, но я смело его сокращаю. Маори любят всевозможные скороговорки. Есть тут поблизости гора. Я намеренно выучил ее название: Тауматавхакатангихангакоауауотаматеатурипукакапикимаунгахоронукупокаивхенуакитанатаху.

— И что это означает?

— Выступ горы, где таматеа, мужчина с большими коленями, поскользнулся, взобрался и поглотил гору, потом ехал по земле и играл для своей любимой на флейте.

Адриан дружелюбно взглянул на Еву.

— Как хорошо, что вы снова улыбаетесь! Пойдемте, я покажу вам вашу комнату. Лучше всего будет, если вы прямо сейчас ляжете и поспите. Я разбужу вас к ужину.

Ева последовала за ним, удивленно рассматривая обои и мебель в коридоре. Все было настолько прелестно старомодным, что складывалось впечатление, будто они оказались в той эпохе. Ева была в восторге. Она с нетерпением ждала возможности познакомиться с женщиной, которая собрала здесь все в единый стилистический ансамбль. Но почему ей никто не рассказал об этом доме и о бабушке?