Шрифт:
Ночь. Улица. Фонарь…
Бз-з-здынь!
Нет фонаря. Сноп ярких искр от взорвавшейся лампочки уличного светила догорел и пустынная дорога, проходящая через промзону, погрузилась в кромешную темноту. Ну и как мне теперь тут пройти, не переломав каблуки?! Это, конечно, не лабутены, но тоже не дешевые туфли. Помнится, я выложила за них в прошлом месяце половину оклада.
Эх, была-не была!
Я сняла туфли и дальше шла уже босиком, тихо шипя сквозь зубы, когда острые камушки впивались в ступни. Но всяко лучше, чем рухнуть в темноте на условно проезжую часть с высоты десятисантиметровых шпилек и полуметрового поребрика.
Следующий фонарь показался на горизонте спустя пять минут. Глаза уже привыкли к темноте, а ноги к непривычному массажу, поэтому шла я уже довольно бодрой походочкой от бедра. Летний теплый ветерок развевал мои светлые кудри, периодически я встряхивала волосами и пританцовывала, напевая привязчивый мотивчик песни, которую сегодня крутили в клубе.
Эх! А Инга с Илонкой сейчас там. Танцуют, с нетерпением ждут обещанный концерт какой-то московской молодежной знаменитости и празднуют. Мой день рождения, между прочим! А мне завтра на работу. И почему все люди как люди, и только у меня шестидневка?! Но ничего, если все пойдет по плану, то настроение я себе сейчас подниму. Не зря же через эту чертову промзону короткой дорогой поперлась.
Сзади мою фигуру осветил яркий ксеноновый свет, бросив длинную тень мне под ноги. Кого-то черт несет на ночь глядя. Если и этот придурок резко тормознет и спросит, сколько, ей богу, туфлями по башке огрею! Я что, на путану так похожа?! Да, макияж клубный, но не яркий, и одета я более чем скромно: длинная в пол широкая зеленая юбка и такого же цвета шифоновая кофта без рукавов и без декольте. Фигура у меня хорошая, но в этом одеянии она скорее угадывается, чем просматривается, оставляя место для полета фантазии.
Визг тормозов раздался резко, но, увы, ожидаемо. Я уже занесла для удара туфли, как вдруг услышала совсем иной вопрос.
– Где в этом чертовом захолустье Арбузная, 18? – довольно нелюбезным тоном вопросил молодой человек из-за опущенного стекла черного мерина.
Представлял собой этот молодчик именно тот тип мужчин, который я терпеть не могла – золотая молодежь. Этакий вылизанный, залаченный папенькин сыночек, который салон красоты в неделю посещает чаще, чем я за всю свою жизнь. Такие мальчики обязательно ходят в качалку, и их нельзяграм пестрит фотками у зеркала. «Это я в суши, это я в море, это я с бицепсом, это я с триппером». Тьфу, одним словом!
Конец ознакомительного фрагмента.