Чтение онлайн

— Леди, мир вообще суровое место, — сказал Вэн. — Прошу прощения, но мне кажется, вы повидали не так уж много. Ну что ж, значит, скоро увидите больше, и, боюсь, вам это совсем не понравится.

Силэтр ничего не ответила. Джерин так и не понял: то ли она не согласилась с Вэном, но из вежливости промолчала, то ли, наоборот, согласилась, но не захотела это признать. Однако его мнение по поводу ее здравомыслия возросло. Так или иначе, она придержала язык, чтобы не продлевать спор, могущий поставить чужеземца в неловкое положение.

В тот же день после полудня они выехали на элабонский тракт. Увидев знак Байтона на камне-ориентире, Силэтр радостно воскликнула. Но, вспомнив, что произошло в Айкосе, вновь помрачнела.

Джерин сказал:

— Мне жаль, что камень напомнил вам о храме, но должен признать, вы отлично держитесь.

— Полагаю, это потому, что в какой-то степени все случившееся там до сих пор кажется мне невероятным, тем более что я была без сознания и не пережила это сама, — ответила девушка. — Большую часть жизни я провела в деревне, очень похожей на ту, через которую мы проезжали. Я знаю, какой суровой может быть жизнь.

Вэн погнал лошадей по каменным плитам. Стук их копыт, теперь разительно отличавшийся от приглушенного топота, который те издавали, вминаясь в податливый грунт проселка, привлек внимание девушки. Она удивленно воскликнула:

— Вот чудо! Кто мог подумать, что можно покрыть дорогу камнями и ездить по ней круглый год? Здесь совсем нет грязи.

— Для этого ее такой и сделали, — согласился Джерин. — Вы быстро все схватываете.

— Сколько же труда понадобилось, — сказала Силэтр. — Далеко ли ведет эта дорога?

— От гор Керс до реки Ниффет, — ответил Лис. — Люди все могут и все исполнят, только отдай им разумный приказ. — Он прикусил язык, вспомнив, как сложно было ему заставлять своих крепостных мало-мальски подлатывать часть тракта, проходившую по его земле.

— Сдается мне, капитан, — заметил Вэн, — что каждый раз, мирно перемещаясь на север — в сторону твоих владений, мы попадаем в жуткие передряги. В прошлый раз мы попали прямо в лапы разбойников-трокмуа, а теперь нам на пятки наступают те… существа из Айкоса.

— Уж лучше нам держаться чуть впереди них, — сказал Джерин. — Иначе мы не доберемся до Лисьего замка. — Он указал на лошадей. — Нужно выжать из них все возможное, но так, чтобы не загнать окончательно. Если мы застрянем где-нибудь по дороге, то попадем в весьма затруднительное положение.

— Это ты еще мягко выразился, — сказал Вэн.

Джерин надеялся, что к ночи им удастся добраться до поместья какого-нибудь мелкого лорда. Мысль о ночлеге за высокими стенами, через которые нелегко перебраться, неожиданно приобрела новую, учитывая обстоятельства, привлекательность. Но закат застал наших путников в тех местах, где поблизости ни одной крепости не наблюдалось, а вот крестьянская деревушка имелась. Лис с мрачным видом купил там цыпленка и погнал лошадей дальше, пока первые стоны призраков не заставили его остановиться, хотя и неохотно.

— А вот завтра с утра мы проедем мимо сразу трех крепостей, — проворчал он, обращаясь к Вэну, который орудовал зажигательной дужкой. Чужеземец, по обыкновению, мастерски разжег костер. Джерин убил птицу, выпустил из нее кровь в дар духам, затем выпотрошил тушку и торопливо ощипал, прежде чем разрезать на кусочки для жарки.

— Так устроен мир, капитан, ничего не поделаешь, — согласился Вэн.

Он повернулся к Силэтр.

— А, спасибо, леди. Вы нашли базилик?

— Да. — Она положила траву на землю, чтобы он мог взять ее и натереть ею мясо.

Джерину выпало дежурить первым. Силэтр свернулась калачиком в его одеяле и на этот раз заснула почти мгновенно. Когда она начала похрапывать (Вэн упоминал об этом, но Лис все равно никак не ожидал, что особа, приближенная к божеству, может исторгать столь приземленные звуки), чужеземец резко сел. Джерин встревоженно дернулся.

— Я думал, ты тоже заснул, — с упреком сказал он.

— Да я и заснул… почти, — сказал Вэн, — но тут вдруг мне в голову пришла мысль, от которой сон как рукой сняло. Заметь, Лис, я ничего не хочу сказать по поводу твоих действий с момента землетрясения. Пойми меня правильно. Но…

— В чем дело? — спросил Джерин подозрительно.

Тот, кто предварял свою речь замечаниями типа «я вовсе не собираюсь тебя осуждать», в итоге все сводил именно к этому.

— Вот что, капитан. Конечно, здорово, что мы спасли Сивиллу, даже несмотря на то, что она не позволяет дотронуться до себя таким, как мы. Прекрасно, более чем прекрасно, что ты нашел для нее занятие в Лисьей крепости, если она выучится грамоте, как ты надеешься. Но получается, что мы привезем с собой девчонку молодую и весьма миловидную. И что на это скажет нам дорогая Фанд?!

— О, отец Даяус. — Джерин мог, конечно, сказать, что все как-нибудь утрясется, однако стоило ему представить реакцию рыжеволосой красавицы, как у него заломило в висках, — Она решит, что кто-то из нас задумал выгнать ее из крепости, и будет стоять на своем, пока мне действительно не захочется от нее избавиться, даже если такая мысль до сих пор не приходила мне в голову.

— Как раз об этом я и думал, капитан. Вряд ли у тебя может вызвать желание женщина, которая боится соприкоснуться с тобой пальцами, когда ты протягиваешь ей куриную ножку, но разве можно объяснить это Фанд? Вот о чем я тебя спрашиваю. Можно?

— Не думаю.

В деревне Безанта имелся хороший гончар. Что-либо поизящнее у него не очень-то выходило, однако кружки и кувшины он лепил просто мастерски. И Джерин уже подозревал, что работы ему вскоре прибавится. Фанд в негодовании обожала бить глиняную посуду. Он бросил сердитый взгляд на товарища.

— Спасибо тебе огромное, друг. У меня и так полно забот, не дающих мне спокойно спать во время вахты. А теперь я вообще не знаю, удастся ли мне когда-нибудь смежить веки.