Шрифт:
С удовольствием посвящаю сказку моей семье.
Чья вера и любовь поддерживают меня
и служат источником вдохновения
В те незапамятные времена, в одной далекой деревушке жила-была маленькая девочка, которая очень-очень любила сказки. Бывало, сидя на берегу пруда в лесу, который раскинулся неподалеку от той самой деревни, мама расчесывала ее длинные светлые волосы и рассказывала ей разного рода сказки, но обязательно со счастливым концом. В этих сказках храбрые юноши побеждали страшных драконов, люди чудесным образом исцелялись от всех болезней, дурачки на поверку оказывались умниками, а лягушки превращались в прекрасных принцев и влюблялись в прекрасных девушек.
Особенно ей нравилась сказка про лягушонка, который превратился в прекрасного принца после того, как его полюбила и поцеловала девушка. Эту сказку она могла слушать бесконечно. И вот в один из тех дней, когда мама девочки, расчесывая ее длинные прекрасные волосы, в очередной раз пересказывала ей сказку про лягушонка, из пруда на берег вылез самый обыкновенный лягушонок, и прыгнул на камень неподалеку от того места, где сидели мама с дочкой. Лягушонок настолько увлекся рассказом, что забыл обо всем, у него даже рот приоткрылся, да так и не закрылся, настолько удивительные вещи он услышал.
И тут он вообразил: а что если он и есть тот самый принц, который по какому-то глупому стечению обстоятельств или величайшему недоразумению, вдруг оказался в этом самом пруду, среди самых обыкновенных, ничего не смыслящих в настоящей жизни лягушек? То-то он всегда чувствовал какой-то подвох. Он всегда знал, что он не такой как все, его всегда тянуло к красивым вещам: то камушек красивый увидит и утащит к себе на дно пруда, то красивую кувшинку.
В общем, жизнь в пруду или в болоте до конца его лягушачьих дней совсем его не устраивала. Это пусть другие лягушки, у которых не хватает воображения на что-то большее, продолжают жить своей никчемной лягушачьей жизнью. И эта мысль настолько увлекла его, что он и в самом деле поверил, что он и не лягушка вовсе, а самый настоящий принц. Только заколдованный! И с тех самых пор, как он это «понял», кто он есть на самом деле, он уже не мог вернуться к своей прежней жизни. Все было ему не в радость. Вот, бывало, пролетит какая-нибудь жирная муха или прожужжит прямо над самым ухом комар, а радости от этого уже никакой. Даже рот открывать нет желания, чтобы заглотить мошкару, которая так и роится вокруг.
Мама лягушонка, а у него, как и у всех других живых существ на земле, тоже была своя мама, очень его любила. Так вот, его мама, видя неимоверные страдания своего сыночка, однажды не выдержала и спросила, что же его так гнетет. И лягушонок рассказал ей про подслушанную когда-то сказку, и про то, что на самом деле он вовсе не лягушонок, а самый настоящий принц, только заколдованный. И вот теперь, пока он вновь не станет принцем, нет ему никакой радости в этой жизни. И в этом болоте он тоже оставаться больше не собирается.
Что же оставалось делать матери, сердце которой просто разрывалось на части от таких слов? Сердце матери чувствовало, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Но как тут быть, когда собственное дитя не ест, не спит, а только и делает, что мечтает уйти из родного болота и превратиться в принца?! Что тут прикажешь делать?
И тут он вообразил: а что если он и есть тот самый принц, который по какому-то глупому стечению обстоятельств или величайшему недоразумению, вдруг оказался в этом самом пруду, среди самых обыкновенных, ничего не смыслящих в настоящей жизни лягушек? То-то он всегда чувствовал какой-то подвох. Он всегда знал, что он не такой как все, его всегда тянуло к красивым вещам: то камушек красивый увидит и утащит к себе на дно пруда, то красивую кувшинку.
В общем, жизнь в пруду или в болоте до конца его лягушачьих дней совсем его не устраивала. Это пусть другие лягушки, у которых не хватает воображения на что-то большее, продолжают жить своей никчемной лягушачьей жизнью. И эта мысль настолько увлекла его, что он и в самом деле поверил, что он и не лягушка вовсе, а самый настоящий принц. Только заколдованный! И с тех самых пор, как он это «понял», кто он есть на самом деле, он уже не мог вернуться к своей прежней жизни. Все было ему не в радость. Вот, бывало, пролетит какая-нибудь жирная муха или прожужжит прямо над самым ухом комар, а радости от этого уже никакой. Даже рот открывать нет желания, чтобы заглотить мошкару, которая так и роится вокруг.
Конец ознакомительного фрагмента.