Чтение онлайн

Пока их товарищи падали вокруг изодранными кучами, двое последних дикарей взревели в темное небо. Первый мотоцикл прошел между ними на большой скорости, спровоцировав обоих нанести оптимистичный удар. На них предсказуемо спланировали второй и третий Белые Шрамы, и изогнутые цепные клинки завизжали, поражая чудовищ. Голова одного из зеленокожих повисла на лоскуте, второй схватился за выпадающие внутренности, и работа Белых Шрамов завершилась.

Развернувшись и подъехав к месту бойни на малых оборотах, Шрамы спешились. Сняв шлемы, воители Хана выпустили на волю свои роскошные длинные волосы и усы, а затем вынули короткие кривые клинки и начали колоть павших орков, чтобы убедиться, что чудовища и впрямь мертвы.

Лишь один из троих — несомненно, воин с поистине орлиным зрением — заметил на склоне вулкана что-то не то. Возможно, очертания, которые казались не на месте? Отступив к мотоциклу, он вынул из седельной сумки магнокуляры и поднес их к темным пронзительным глазам. Белый Шрам либо окликнул бы прячущегося на усыпанном щебнем склоне закованного в броню Альфа легионера, либо, что более вероятно, предупредил бы братьев, однако он не смог сделать ни того, ни другого, когда у его горла оказался клинок Сетебоса, и сержант Альфа Легиона схватил его за волосы.

Внезапно осознав, что их атакуют, двое оставшихся Белых Шрамов устремились к своим реактивным мотоциклам. Первый увидел, как к нем приближается Бракс — он выдернул из тянувшихся вдоль машины ножен зазубренный цепной клинок и с резким боевым кличем описал им кружащуюся дугу. Браксу пришлось бросить инструмент и скользнуть по гальке на бок, но Белый Шрам быстро выпрямился. Однако на него налетели Аркан с Чармианом, один из них врезался в космодесантника выпуклым наплечником, а другой потянулся к оружию.

Когда третий Белый Шрам добрался до мотоцикла, Исидора не оказалось поблизости. Вместо того, чтобы тянуться к оружию, Шрам подпрыгнул и оседлал машину. Маневр был исполнен с изяществом и уверенностью рожденного в седле, и прежде, чем Альфа легионеры смогли что-либо сделать, Белый Шрам пригнулся и развернул ускоряющийся мотоцикл обратно к скалистой горловине.

Клинок Сетебоса с легкостью прошел сквозь глотку сопротивляющегося пленника.

— Исидор, заглуши его передачи, — рявкнул сержант, указывая окровавленным острием ножа. Исидор скользнул мимо двух легионеров, которые все еще боролись с противником на базальте, и подобрался к коммуникаторам мотоцикла.

— Есть! — крикнул он.

Сетебос наблюдал, как уходящий мотоцикл мчится на волю. Зантин поднял болтер, но сержант положил на ствол оружия керамитовую ладонь. Никаких удобных, но неблагозвучных перестрелок с характерным звучанием обоюдного болтерного огня, которое выдаст присутствие на Фемусе IV других космодесантников. Как всегда, Альфа Легион останется неслышимым, незримым и неизвестным.

— Крайт!

— Да, сержант.

— Давай.

Детонаторы сработали. Установленные в стене кратера сейсмические заряды разнесли огненный камень на стеклянистые обломки. Со склона вулкана посыпался щебень, который подпрыгивал и дробился, катясь в ущелье. Спасающийся мотоциклист заметил опасность. Он попытался повернуть, но там банально было недостаточно места. Космодесантник сжался сбоку и соскочил с седла, с лязгом заскользив броней по вулканическому сланцу. Реактивный мотоцикл врезался в растущую стену из расколотых камней и падающих обломков, превратившись в краткую вспышку света, звука и перекрученных осколков.

Сетебос увидел, как Белый Шрам пополз по черной гальке и поднялся на ноги. Он побежал уверенными механизированными шагами, давя песок под ногами.

Разлитая магма приближалась.

Взрыв, который был организован так, чтобы прозвучать, как любое другое жестокое извержение вулкана, открыл раскаленные шлюзы. Поток светящейся смерти хлынул по склону в направлении Белого Шрама. Альфа легионеры наблюдали, как вздувающаяся лава поглотила скат, а затем затопила горловину, как и задумывали Крайт с Исидором.

Поток захлестнул пораженного космодесантника, сбил его с ног и швырнул наземь плечом и лицом вперед. Какую-то секунду Белый Шрам бился, его незапятнанный керамит горел, а потом все — ранец и остальное — скрылось под чавкающей поверхностью со вспышкой энергетического разряда.

Чармиан поглядел на сержанта.

— Сэр?

Теперь они втроем прижимали оставшегося Белого Шрама лицом к дну ущелья.

— Давай быстрее, — прошипел Сетебос, и указал остальным членам отделения на слегка более легкий откос на противоположном склоне.

Белый Шрам выкрикивал пленителям яростные оскорбления, однако они продлились недолго. Чармиан с двух сторон взялся механизированными перчатками за голову космодесантника и резко крутанул ее вбок. Раздался хруст перелома, сопротивление Белого Шрама сменилось безвольным оседанием, и легионеры отпустили его.

Отделение «Сигма» двигалось вверх по скалистому склону, а каньон позади них светился. На смену месту краткой битвы пришла извергнутая река пламенной погибели, которая стерла с лица планеты все свидетельства присутствия Альфа Легиона.

— Стоп.

Сетебос внезапно замер. Легионеры заняли позиции, высматривая на почерневшей местности новых зеленокожих.

— Еще Шрамы? — обратился к сержанту Исидор, но Сетебос прижимал перчатку к боку шлема, прикрываясь от грохота вулканических извержений, который прокатывался по истерзанной земле.

Через мгновение он снова повернулся к ним.

— Нас отзывают. Что-то особенное. Меня снабдили координатами точки эвакуации.

Исидор утвердительно кивнул, но прочие лишь посмотрели на сержанта невыразительной оптикой шлемов.

— Давайте двигаться. Если нам повезет, то через час мы уберемся с этой скалы.

Оператус Гидра-Пять: Истекшее время?3/-633.19//ДРУ Мир-улей Друзилла — улей Хорона.

Мать назвала ее Ксалмагунди. Подземная каста назвала ее Погибелью — за те бедствия, которые она навлекла на людей. Пришедшие за ней сучьи иномирцы называли Ксалмагунди «духовным топливом» и «ведьмовским отродьем». Ее противоестественный дар убил их всех.

Смерть погнала ее наверх. Она оставила позади подулей, заваленный щебнем и телами. В бытность маленькой девочкой она слабо представляла, как контролировать свои аномальные способности — предметы вокруг нее, казалось, двигались по собственной воле. Буйно, если таково было ее настроение.