Приманка
Шрифт:
Мадди была босиком – свои туфли она потеряла еще в гараже, – так что у нее не было никакой защиты от корней, камней, шишек и еще чего-то мягкого и склизкого, что пряталось под иглами, – она даже не хотела думать, что бы это такое могло быть.
Они нашли небольшую речушку, которая текла по склону, параллельно тропе. Голова у Мадди раскалывалась, ее тошнило. Но она сконцентрировалась на том, чтобы просто передвигать ноги. И бежала все вперед и вперед.
Пока наконец не остановилась.
– Все, я больше не могу, – сказала она, чихая и сгибаясь вдвое от боли в боку. Сэм тоже остановился.
– Я понесу тебя.
– Нет.
– Только до тех скал. Они, может быть, ищут нас сейчас в очках ночного видения. Нам надо найти какое-то укрытие.
Она распрямилась, поставив руки на бедра:
– Хорошо.
Ей показалось, что он усмехнулся, но было слишком темно, она не разглядела. В любом случае ей было не до того. Все, чего она хотела, – немного передохнуть.
В конце концов ей удалось это сделать, после того как она перелезла через множество огромных камней, которые торчали из дна речушки. В болотистой ложбине за скалой, которую Сэм счел безопасной, она рухнула.
Под сосновыми иглами было что-то мягкое и пружинящее. Мадди решила для себя, что это была трава. Или мох. Да. Мох. Бархатистый. Зеленый мох, толстый, как ковер.
А если это был не мох, она даже знать об этом ничего не хотела.
Она растянулась на спине, закрыла глаза и просто дышала. Через минуту она открыла глаза, глубоко вздохнула и увидела, что над ней расстилается небо с мириадами звезд.
– Сэм, – тихо позвала она. Ей очень хотелось поделиться с ним этой красотой.
Никакого ответа. Она оглядела их небольшое укрытие, которое выглядело так, будто какой-то великан откусил кусок от основания скалы. Сэма не было. Застонав, она села и еще раз осмотрела все вокруг. Эта ложбина в форме полукруга была совсем небольшой, около трех метров в глубину и двух с половиной метров в самом широком месте. Сэма там не было. Не было и Зельды.
Паника опять охватила Мадди, ей уже начало казаться, что это ее обычное состояние.
И тут он появился на самом краю ложбины. Под мышкой у него был маленький сверток, Зельда устало плелась за ним.
– Ты до смерти меня напугал, – сказала она. – Куда ты ходил?
– Возвращался назад. Мне показалось, что мы проходили мимо старого лагеря. Так оно и оказалось. Посмотри, какие сокровища я нашел: одеяло, – он протянул ей какую-то старую тряпку, – и куртку, – она выглядела как мужская потрепанная ветровка.
– Сэм?
– М-м-м? – Он посмотрел ей в глаза.
– Ты думаешь, здесь безопасно?
Он поморщился:
– Настолько безопасно, насколько это возможно в этих обстоятельствах. Даже с очками ночного видения сквозь камни ничего не разглядишь. Приборы, отслеживающие излучение тепла, тоже им не помогут.
Он замолчал. Она снова посмотрела на звезды.
– Ты сегодня два раза спас мне жизнь. Спасибо.
– Я просто делаю свою работу, – сухо сказал он. Для него нет пути назад.
– Да, я знаю, – проговорила она и снова посмотрела на звезды. В горле у нее стоял ком. – Но все равно, спасибо.
Она уголком глаза увидела, что он повернул к ней голову.
– Знаешь, я тебе тоже многим обязан. Ты могла бы оставить меня пристегнутым наручниками к бамперу этого пикапа, – сказал он.
Улыбка задрожала в уголках ее губ.
– Но мне же надо было на нем ехать.
– Да, конечно, про это я и забыл.
Он тоже слегка улыбнулся. Мадди опять почувствовала, как у нее заныло сердце. Правда изменила все – за исключением той связи, которая, кажется, по-прежнему существовала между ними.
– Сэм… – Она не знала, что хочет ему сказать.
Он перебил ее:
– Послушай. Почему бы тебе немного не поспать? Как только взойдет солнце, нам надо будет опять отправляться в путь. Вот, возьми одеяло, куртку, устраивайся.
Она в нерешительности на него посмотрела:
– А ты?
– Дорогая, я агент ФБР. Мне не привыкать бодрствовать по ночам.
«Дорогая» и его шутливый тон опять разбередили ей сердце. Стало трудно дышать. Она хотела смеяться. Она хотела плакать. Она хотела…
…того, что было невозможно.
Поэтому она взяла одеяло и расстелила его рядом с ним, потом взяла куртку и свернула ее вместо подушки. Стараясь не думать о том, какое это все, наверное, грязное, она легла на это лежбище, повернулась на бок и постаралась заснуть.
До нее доносилось журчание речушки. Она слышала тихое сопение Зельды. Она считала про себя, сколько раз вдохнет и выдохнет Зельда, когда уснула.
Чуть позже она опять увидела этот сон.
Во сне она лежала на короткой, узкой кровати в чужом доме со связанными руками и ногами, дрожа от ужаса. Мужчина – она видела только его темный силуэт – наблюдал за ней, стоя в дверях.
Он собирался убить ее…
– Мадди!
Она проснулась от голоса Сэма, чувствуя, как он закрывает ей рот рукой.
– Мадди? Боже, что с тобой?
Сэм осторожно отнял руку от ее рта, и она увидела, какое у него серьезное лицо и обеспокоенные глаза.
– Я что… стонала?
Мадди ничего не могла с собой поделать. Ее голос задрожал.
– Я бы скорее сказал, что ты кричала.
– О боже. – Ее всю трясло, она все еще была во власти ужаса, как всегда после этого кошмара. – Думаешь, кто-нибудь услышал?
– За этими камнями мало что можно расслышать, – покачав головой, сказал он.
– Господи, спасибо Тебе за эти камни.
Мадди закрыла глаза. Она попыталась унять дрожь. Попыталась отогнать от себя эти ужасные картины.
– Плохой сон?
Она кивнула. Он провел рукой по ее плечу и замер.
– Ты вся дрожишь.
– Это на самом деле очень страшный сон, – с трудом выговорила она. – В нем происходит то, что случилось со мной когда-то давно.
Она почувствовала, как из глаз у нее хлынули слезы.