Чтение онлайн

– Вы предполагаете самоубийство? Но почему Розалин должна была покончить с собой?

Ему ответил не Пуаро. Спокойный оустширский голос принадлежал появившемуся в дверях суперинтенденту Спенсу.

– Предположим, что вечером в прошлый вторник миссис Клоуд была не в Лондоне, а в Уормсли-Вейл. Предположим, что она пришла к человеку, который ее шантажировал. Предположим, что в приступе отчаяния она убила его…

Дэвид повернулся к нему. Его взгляд был гневным и суровым.

– Во вторник вечером моя сестра находилась в Лондоне. Она была в своей квартире, когда я пришел туда в одиннадцать часов.

– Да, – кивнул Спенс, – вы так утверждаете, мистер Хантер, и будете на этом настаивать. Но я не обязан вам верить. Да и в любом случае уже несколько поздно. – Он указал на кровать. – Это дело никогда не дойдет до суда.

– Он ни за что не признается, – сказал Спенс, – но, думаю, ему известно, что она это сделала. – Сидя в своем кабинете в полицейском участке, он смотрел через стол на Пуаро. – Забавно, что мы тщательно проверяли его алиби, почти не думая о Розалин Клоуд. А ведь нет никаких подтверждений тому, что в тот вечер она была в своей лондонской квартире. Полагаемся лишь на слова Хантера. Мы все время знали, что только у двух человек был мотив для убийства Ардена – у Дэвида Хантера и Розалин Клоуд. Я гонялся за ним, а ее совсем упустил из виду. Она выглядела такой кроткой, даже немного придурковатой… Но, думаю, это многое объясняет. Очевидно, по этой причине Дэвид Хантер и отправил ее в Лондон. Он видел, что Розалин в панике, и знал, что в таком состоянии она может быть опасна. Интересно, что я часто видел ее в оранжевом платье, – это был ее любимый цвет. Оранжевое полосатое платье, оранжевый шарф, оранжевый берет… Но даже когда старая миссис Ледбеттер описала молодую женщину с оранжевым шарфом на голове, я не подумал, что это может быть миссис Гордон. Мне кажется, что девушка была немного не в себе – не вполне отвечала за свои действия. Судя по вашему рассказу о встрече с ней в католической церкви, она совсем потеряла голову от раскаяния и чувства вины.

– Розалин Клоуд действительно сознавала свою вину, – подтвердил Пуаро.

– Должно быть, она напала на Ардена в приступе ярости, – задумчиво продолжал Спенс. – Наверно, застигла его врасплох – едва ли Арден опасался такой хрупкой женщины. – И, помолчав, заметил: – Одно мне непонятно. Кто вовлек в это дело Портера? Вы говорите, что не миссис Джереми? Но я готов держать пари, что это она!

– Нет, – возразил Пуаро. – Это была не миссис Джереми. Она поклялась мне, и я ей верю. Конечно, я был глуп. Мне давно следовало догадаться, кто это был. Майор Портер сам мне сообщил.

– Сам сообщил?

– Конечно, косвенно…

– Ну и кто же это был?

Пуаро наклонил голову набок:

– Вы позволите сначала задать вам два вопроса?

– Спрашивайте что хотите.

– Что собой представляли снотворные порошки, найденные у кровати Розалин?

Суперинтендент выглядел удивленным.

– Они абсолютно безвредны. Бромид успокаивает нервы. Она принимала их ежедневно – по одному перед сном. Разумеется, мы отдали порошки на анализ. С ними все в порядке.

– Кто их прописал?

– Доктор Клоуд.

– Когда?

– Некоторое время тому назад.

– Какой яд убил ее?

– Ну, мы еще не получили заключение экспертизы, но вряд ли тут могут быть сомнения. Морфий, и в солидной дозе.

– А в доме нашли морфий?

Спенс с любопытством посмотрел на него:

– Нет. Куда вы клоните, мсье Пуаро?

– Перейдем ко второму вопросу, – уклончиво отозвался тот. – Дэвид Хантер звонил Линн Марчмонт из Лондона во вторник вечером в пять минут двенадцатого. Вы говорили, что проверили все телефонные разговоры в квартире в «Шепердс-Корт». Звонили только оттуда или и туда?

– В четверть одиннадцатого был звонок из Уормсли-Вейл. По телефону-автомату.

– Понятно. – Несколько секунд Пуаро молчал.

– Новая идея, мсье Пуаро?

– На звонок ответили? Я имею в виду, телефонист получил ответ из лондонской квартиры?

– Теперь я понимаю, о чем вы, – медленно произнес Спенс. – В квартире должен был кто-то находиться. Это не мог быть Дэвид Хантер – в то время он возвращался в Лондон поездом. Значит, это была Розалин Клоуд. А если так, Розалин не могла находиться в «Олене» несколькими минутами раньше. Вы ведете к тому, мсье Пуаро, что женщина в оранжевом шарфе не была Розалин Клоуд. В таком случае она не убивала Ардена. Но тогда почему она покончила с собой?

– Ответ на это очень прост, – сказал Пуаро. – Она не покончила с собой. Розалин Клоуд была убита!

– Что?!

– Убита преднамеренно и хладнокровно.

– Тогда кто убил Ардена? Мы ведь исключили Дэвида…

– Это был не Дэвид.

– А теперь вы исключаете Розалин. Но, черт возьми, эти двое – единственные, у кого имелось хотя бы подобие мотива!

– Да, – кивнул детектив. – Мотив. Это и сбило нас со следа. Если у А есть мотив для убийства В, а у Б – мотив для убийства Г, кажется бессмысленным предполагать, что А убил Г, а Б убил В.

– Полегче, мсье Пуаро, – простонал Спенс. – С вашими А, Б и В я вообще перестаю что-либо понимать.

– Дело выглядит запутанным, потому что перед нами два различных типа преступления, – пояснил бельгиец, – и, следовательно, должны наличествовать два различных убийцы. Входит Первый убийца, и входит Второй убийца.

– Не цитируйте Шекспира! [28] – взмолился Спенс. – Это вам не драма елизаветинских времен.

– Но ситуация в самом деле шекспировская – в ней присутствуют все человеческие эмоции, которыми так упивался Шекспир: зависть, ненависть, быстрые, отчаянные действия. Есть и надежда на удачу. «В делах людей прилив есть и отлив. С приливом достигаем мы успеха…» Кто-то на это рассчитывал, суперинтендент. Поймать шанс и использовать его в своих интересах. Именно это блестяще осуществили под самым вашим носом!

Суперинтендент раздраженно почесал нос.

– Если можете, Пуаро, объясните внятно, что вы имеете в виду.

– Постараюсь быть прозрачным, как кристалл. Перед нами три смерти. Вы с этим согласны, не так ли? Умерли три человека.

– Не стану спорить, – усмехнулся Спенс. – Вы ведь не собираетесь заставить меня поверить, что один из них еще жив?

– Нет-нет, – успокоил его Пуаро. – Все они мертвы. Но как они умерли? Как бы вы, так сказать, классифицировали их смерть?

– Что до этого, мсье Пуаро, то вам известна моя точка зрения. Одно убийство и два самоубийства. Но вы считаете, что последнее самоубийство в действительности является еще одним убийством.

– Я считаю, – отозвался детектив, – что мы имеем дело с одним самоубийством, одним несчастным случаем и одним убийством.

– С несчастным случаем? Вы полагаете, что миссис Клоуд приняла яд случайно? Или что майор Портер случайно застрелился?

– Нет, – ответил Пуаро. – Случайной была смерть Чарльза Трентона – он же Енох Арден.

– Что за вздор! – взорвался суперинтендент. – Если человеку размозжили череп несколькими ударами – это несчастный случай?

Ничуть не тронутый горячностью Спенса, Пуаро спокойно ответил: