Чтение онлайн

— Графиня, вас мне послало само провидение!

— Возможно, возможно, — довольно стрельнула глазками женщина.

Нырнула обратно, в глубь кареты.

— Вольдемар, не стойте, садитесь и рассказывайте, что у вас стряслось.

Взобравшись внутрь, я плюхнулся на сиденье, помотал очумелой головой, а затем протянул Злотане оба предмета.

— Вот, прочтите, так будет проще, потому, что я и сам до конца не понимаю.

Та приняла пергамент из моих рук, развернула и принялась читать. По мере чтения брови её поднимались всё выше и выше, пока, наконец, она не взглянула на меня со смесью удивления и восхищения.

— Вольдемар, вернее, господин барон, позвольте вас поздравить. К тому же род Марнгаузе…

— Да-да, — покивал я, — меня уже просветили, что это один из родов основателей города.

— Большая честь, — кивнула графиня, — род давний, а знатность определяет не только титул, но и количество благородных предков, а у вас их достаточно, чтобы в любом дворянском обществе не чувствовать себя чужим.

— Злотана, — отбросил я этот высокопарный тон.

Подался вперёд, заглядывая ей в глаза и касаясь лежащей на сиденье ладони:

— Ты же понимаешь, что я к этому Марнгаузе не имею совершенно никакого отношения. Это какая-то ошибка. Я не могу быть его наследником. Да я даже не знал о нём до этого момента, как и он, уверен, не знал обо мне.

Графиня нахмурилась, ещё раз взглянула в документ, затем серьёзно произнесла:

— Нет, Вольдемар, никакой ошибки. Это печать Имперской Канцелярии, а она не ошибается. Ты действительно, теперь барон Локарис-Марнгаузе, полноправный владелец всего имущества рода и причитающихся ему привилегий.

— Значит, знатный и богатый? — хмыкнул я, пытаясь освоиться с новым статусом.

— Насчёт первого, — определённо, а вот со вторым… — графиня вздохнула, отведя взгляд.

— Я, почему-то, так и подумал, — вздохнул в ответ, — вот почему всё всегда, кроме денег?

— И вот это оно?!

Выбравшись из кареты, я уставился на ржавые узорчатые ворота, одна из створок которых уже явственно успела покоситься, и на такой же ржавый забор увитый разросшимся плющом.

По сравнению со стоящими рядом респектабельными участками, где чувствовалась рука садовника, доставшийся мне, смотрелся как гнилой зуб среди здоровых. Даже возвышавшийся над забором и вымахавшими деревьями дом был мрачным, тёмным логовом вампиров или ещё каких привидений. По крайней мере в кино показывали именно такие.

— К сожалению, да, — произнесла выбравшаяся следом графиня, — старый барон, будем честны, спустил всё своё состояние задолго до смерти и жил на пенсионное обеспечение отставного офицера Легиона. Его он тоже пропивал, поэтому дом и сад в таком запущенном состоянии.

— Как только дом не пропил, — буркнул я, подойдя и осторожно дёргая ворота, — желающих, что-ли, не нашлось?

— Желающих было бы достаточно, — оглядела зорким взглядом улицу Злотана, — только родовое гнездо неотделимо от рода. А то были разные мошенники, пока императорский эдикт не вышел.

Я прошелся вдоль забора, в просветах между зеленью густо увесившей ржавые решётки пытаясь разглядеть двор. Преуспел мало, потому что заросло всё капитально. Вздохнул, какое-то шестое увство настойчиво уговаривало внутрь не заглядывать, но, похоже, надо.

Графиня оказалась куда деятельней меня и когда я вернулся, то увидел как она настойчиво пытается отпереть массивный висячий замок, ключом со связки.

— Заело, — расстроено произнесла она, прекратив бесплодные попытки, — давно не открывали.

Затем посмотрела на свои ладони и вскрикнула, те были все рыжие от осыпавшейся с замка ржавчины. А потом вскрикнула ещё громче, когда перевела взгляд на платье, тоже ставшее в рыжую крапинку.

— Так, давайте-ка лучше я.

Решительно подойдя, взялся за ключ и принялся его проворачивать в замке. То в одну, то в другую сторону. Тоже сразу же извозился весь, но первой машиной у меня были Жигули шестой модели, поэтому простой ржавчиной меня было не испугать.

— Ничего-ничего, — с натугой произнёс я, по миллиметру продавливая механизм замка, — ты у меня откроешься, как миленький.

Постепенно удавалось провернуть всё больше, плоскость ключа уже была поперёк замка, когда всё вдруг встало намертво. Ни туда, ни сюда. Я и обратно его пытался выкрутить, и дальше вперёд, но закусило капитально. Я поднажал ещё, во всю, от божественных щедрот, даренную физическую мощь, но ключ вдруг с хрустом и звоном обломился, оставив в моих руках только головку с торчащим из неё стержнем сантиметров пяти длиной.

— Сволочь! — в сердцах произнёс я, швыряя бесполезный обломок наземь.

Рассвирепев, отошел на пару шагов а затем, с вытянутой ладони врезал по нему струёй пламени, пытаясь расплавить гадскую железку. И даже добился некоторых результатов. Правда, совсем расплавить не вышло, замок просто спаяло в цельную металлическую болванку, которая, намертво прикипела к воротам.

Посмотрев на светящийся малиновым металл, я вновь вздохнул. По всему выходило, что стало только хуже.

— Ой, что теперь делать? — спросила Злотана растерянно глядя на дело рук моих.

— Да кто бы знал? — мрачно ответил я и, в сердцах, со всей дури засадил по воротам сапогом.

Но тут случилось непредвиденное. От удара, с резким щелчком, обломились держащие ворота петли и обе створки завалились внутрь двора, подняв облако из взвившейся в воздух ржавчины.

Мы немедленно отскочили назад, чтобы не замараться ещё больше, а графиня Честер, с восхищением на меня посмотрев, выдохнула:

— Вольдемар, ты такой сильный.

— Да, кхым, — кашлянул в ответ, не зная, радоваться этому факту и огорчаться, — это я умею.