Чтение онлайн

Наблюдая за этой картиной я невольно рассмеялся. Никогда не видел Машу такой. А лицо какое серьёзное! Точно не шутит!

– Не переживай. По нему уже видно, что остыл. А если понадобится, я и сам справлюсь.

Оказавшись на улице, я ещё сильнее убедился, что Фролов до крайности смущён.

– Сан Саныч, – несмело начал он, – я извиниться хочу. Дурак я. Какой же дурак…

Он опустил голову и сокрушённо спрятал лицо в ладонях.

– Сложно с этим не согласиться, – подтвердил я, чего скрывать.

– Люблю я эту змею, понимаешь?! – резко выпалил он, так, что сразу понятно, что это – крик души, – теперь знаю, какая она, но всё равно люблю. Тяжело это.

Я промолчал. И жаль его с одной стороны, а с другой, голову на плечах всё-таки нужно иметь.

– Я же с тех пор, как она впервые здесь работала, всё сох по ней, но держался. А потом в санатории решил, что сама судьба это. Не замечал ничего, слепой был.

Я понимал, что ему надо выговориться, так что просто слушал.

– А теперь вот… вот как всё вышло, – уклончиво закончил он, очевидно, всё ещё не желая прямо говорить о том, как сильно Наумова навредила нашему колхозу.

Я устало вздохнул и ответил:

– Петрович, ну ты же понимаешь, что мы с тобой после того, что ты устроил, работать вместе больше не сможем?

– Да понимаю, конечно! – расстроенно воскликнул он, стукнув кулаком по забору, – я, в общем, за этим и пришёл сюда. Не смогу я работать после такого. Как в глаза смотреть своим колхозникам?! Конечно, у меня есть недостатки. Но я ведь честный человек, на самом деле. У меня ОБХСС ни одного нарушения не нашли по финансовой части. Ни копейки себе лишней не брал никогда. А Лиза… – он махнул рукой, – она мне намекала всё, мол не обеднеет колхоз, если я чуть лучше жить начну. Но я и этого не замечал, дурак слепой! Хорошо хоть не прислушался к ней, но ещё чуть-чуть и…

Он снова ударил кулаком по забору так, что тот аж покачнулся.

– Давай спокойней только. Покалечишь себя ещё.

Не хватало только забор после его буйства чинить.

– Извини, – тут же ответил он, отойдя подальше от ограды, а затем снова заговорил, – в общем, уезжаю я. Лиза твёрдо намерена остаться, ну и пусть. Если хочет, пусть даже в моём доме живёт, всё равно. Я завтра же во Владивосток рвану, а может сразу на Сахалин. Короче, подальше отсюда, да и родственники у меня там рядом есть. Не знаю чем займусь, может рыбаком стану… как в детстве мечтал.

Я пожал плечами. Его выбор и не скажу, что самый худший. Да и ему хотя бы хватило духу от своей любви отказаться, когда понял, что она за человек. Надеюсь, не даст слабину через какое-то время.

– Езжай. Только оформи свой уход как следует, чтобы ни мне, ни себе ещё больше проблем не создавать на ровном месте.

– Сделаю всё как положено. Ещё раз прости, Сан Саныч. И Алле мои извинения передай. Я уж вряд ли ещё её увижу. Ну, оно и к лучшему. Андрей ведь тоже может не сдержаться.

Я не стал говорить, что Андрей, хоть и намного моложе, но явно в несколько раз благоразумней Виктора, и мы попрощались.

Вернулся домой я с некоторой долей облегчения. Теперь хоть об этом голова болеть не будет.

Но, к сожалению, и без разборок с Фроловым, головной боли оставалось предостаточно. Как минимум, мне пришлось ехать к Кандренкову. У меня накопилась к нему масса вопросов. И первый из них звучал так:

– Андрей Андреевич, вот сколько с вами работал, а никак не могу припомнить товарища Стародубцева. Что это за кадр такой и откуда он взялся?

Председатель обкома тяжело вздохнул.

– Это ты правильный вопрос задаёшь, Сан Саныч. Рекомендовали его из Москвы недавно совсем. И приехал он сюда, как ты уже догадываешься, с персональным заданием насчёт твоего колхоза.

– Ну, я надеялся, что это не вы его пригласили, – улыбнулся я в попытке слегка разрядить обстановку.

Но Кандренкову явно было не до смеха.

– Не я. И мои полномочия в этой вашей истории не так велики, как ты, возможно, думаешь. Так что, мой тебе совет, Филатов, если хочешь как-то повлиять на эту компанию явно развернутую против тебя, езжай в Москву. Но не в президиум к Подгорному, тем более, что ты у него уже был. А сразу к Косыгину.

Он замолчал, но, видя, что я явно жду пояснений, продолжил:

– По крайней мере, есть шанс, что вы найдёте с ним общий язык через Глушкова. И что он не из тех, кому ты не по душе.

– А кому я не по душе? – задал я главный вопрос.

Но Кандренков в ответ только развёл руками.

– Я в эти дела не лезу. И советы тебе даю просто исходя из здравого смысла, а не реального знания, кому ты дорогу перешёл. Но то, что это так – для меня очевидно.

– Понимаю. Спасибо, – поблагодарил я его.

– Не за что. Береги себя, Филатов. Меньше всего я бы хотел, чтобы тебя сняли с должности или ещё как-то выкинули из игры.

– Ну уж нет, – я ухмыльнулся, – от меня так просто не избавиться.

– И ещё кое-что, – добавил он пожимая мне руку на прощание, – я тебе ничего не говорил.

Я много размышлял о том кем мне заменить Фролова. Должность председателя сельсовета освободилась, и с этим надо было что-то делать.

Жаль, нельзя Мясова клонировать. Я бы с удовольствием порекомендовал его на новую должность, но тогда останусь без надёжного парторга. Это нам не подходит.

В конце концов, я решил переговорить с Ларисой Ивановной Рябовой. Тем более, что с появлением у нас планово-экономического отдела, бухгалтерскую работу тоже можно оставить на ребят из него.

Так что я пригласил её к себе в кабинет Моё предложение настолько застало её врасплох, что она не удержалась от удивлённого возгласа:

– Вы шутите, товарищ председатель?

– Совсем нет. Или вы считаете, что не справитесь?

Она быстро замотала головой.

– Нет, не то чтобы… просто я об этом и не думала никогда. Меня вполне устраивает моё место.