Предостережение
Шрифт:
Возникает вопрос: оказывалось ли какое-либо сопротивление в партии, в обществе антисоциалистическим силам, политике, направленной на разрушение страны, переводу ее на буржуазные рельсы развития? Бытует мнение, что народу до всего, что происходит в стране, нет дела. Народ безмолвствует и не оказывает сопротивления правящему режиму. Это не так.
В начале 1990 года делались попытки созвать внеочередной Пленум ЦК КПСС по вопросам единства компартии и территориальной целостности СССР. Требования о созыве такого Пленума поступали от многих коммунистов, партийных комитетов страны.
Пришлось обратиться с двумя письмами в ЦК КПСС. В этих письмах напомнил, что о проблемах единства партии и государства я говорил открыто, честно на Пленумах ЦК, совещаниях секретарей ЦК компартий союзных республик, крайкомов, обкомов, на заседаниях Политбюро, настаивал на проведении «расширенного Пленума ЦК с участием партийного актива страны» для выработки «мер по спасению Отечества как целостного государства, очищению рядов партии от тех, кто занимает позицию ревизионизма, социал-демократизма, национализма», организации «отпора антисоциалистическим силам».
Хочу сказать, что начиная с 30-х годов подобного в практике Политбюро, чтобы один из его членов требовал созыва внеочередного Пленума ЦК по кардинальным вопросам деятельности ЦК, не было. Однако Горбачев не пошел на созыв Пленума ЦК, понимая, какими последствиями для него и особенно для его окружения могло бы это обернуться.
Я выступал против осквернения советской истории, разрушения Советского государства, против идейного разрушения партии, отстаивал социализм, классовые интересы трудящихся. В ответ на это в конце 1988 года был отстранен от руководства Секретариатом ЦК КПСС. Сто членов ЦК было выведено из состава ЦК. С этого момента начинается сворачивание принципа коллективного руководства в высшем эшелоне партии. На XXVIII партсъезде в 1990 году почти весь состав Политбюро был заменен. Компартия теряла политическое лидерство в стране.
В эти годы были предприняты меры (и об этом я пишу впервые) по организации здоровых сил партии и общества для отпора оппортунизму, ревизионизму Горбачева и его команды, для защиты Советской власти.
В 1990 году организована Коммунистическая партия России (до этого парторганизации России входили напрямую непосредственно в КПСС); в 1989 году — Крестьянский союз СССР. В этом я принимал самое непосредственное участие. Создание партии и союза было ответом на многочисленные требования с мест. Проекты постановлений и записок в Политбюро с обоснованием формирования российской компартии и Крестьянского союза приходилось продвигать с трудом, на это ушло немало времени. Лишь я, один из числа членов Политбюро, по собственной инициативе выступал на учредительных съездах Компартии России и Крестьянского союза (выступления опубликованы).
Кстати говоря, во время научной конференции, посвященной десятилетию начала перестройки, в Ленинграде в мае 1995 года Горбачев, обращаясь ко мне с трибуны, спросил:
«Зачем вам, Егор Кузьмич, нужна была Компартия России? Не для того ли, чтобы противопоставить ее мне?»
Я ответил из зала:
«Это было сделано для того, чтобы оказать сопротивление политике, которую проводили вы и ваше окружение».
Пришлось основательно поработать, чтобы к руководству российской компартии и Крестьянского союза пришли известные в стране политические деятели, твердо стоящие на позициях социализма, защиты Советской власти, интересов людей труда. Это И.К. Полозков, А.Г. Мельников, Г.А. Зюганов, В.А. Стародубцев, В.В Чикин, И.И. Кухарь и другие.
Разговоры о том, что создание российской компартии привело к развалу СССР, — чистый вымысел. Они нужны тем, кто несет ответственность за разрушение страны. Компартия России и Крестьянский союз, их руководители смело разоблачали «главных архитекторов» — ликвидаторов партии и государства во главе с Горбачевым, мужественно защищали власть народа, целостность Советского Союза. Они и сейчас в самых первых рядах борьбы с антинародным режимом.
И все-таки тогда, в 1989 — 1990 гг., нам не удалось сплотить, соорганизовать коммунистов для противоборства антисоциалистическим силам, своевременно распознать и предотвратить измену в руководстве страны. Мы были разрозненны, подвержены иллюзиям — «все образуется». Я лично не использовал все имеющиеся у меня возможности для того, чтобы дать отпор враждебным силам. Важно было вернуть партии средства массовой информации, где уже не было плюрализма мнений. Тут господствовал махровый диктат коротичей, баклановых и им подобных «демократов»-кликуш.
Многие люди были сбиты с толку, одурманены яростной антисоветской пропагандой. В этих условиях мы были обречены. Даже в середине 1990 года на XXVIII партсъезде Горбачев вновь был избран Генсеком. По просьбе многих делегатов из России, Украины, Белоруссии я дал согласие баллотироваться на пост заместителя Генсека в надежде, что, опираясь на актив партии, соберу достойных людей и мы сможем выправить политический курс. Но эта попытка окончилась неудачей.
В августе 1991 года группа руководителей государства (ГКЧП) — советских патриотов, коммунистов, — предприняла мужественную попытку сохранить Советский Союз. Они руководствовались одним, как поется в песне: «Жила бы страна родная и нету других забот». Если и критикуют их слева, то за непоследовательность, нерешительность. Патриоты были брошены в тюрьму, их обвинили в измене Родине. Процесс над ГКЧП провалился, фактически обернулся против нынешних властей, которые предали Отечество, расчленили Советский Союз.
Далее. В Конституционном суде России группа коммунистов-политиков (в которую входил и я), видных юристов, ученых (в том числе и беспартийных): В.И.Зоркальцев, В.А.Купцов, Г.А.Зюганов, А.Г.Мельников, И.И.Мельников, Ю.П.Иванов, О.О.Миронов, Ю.М.Слободкин,В.С.Мартемьянов, М.П.Осадчий, И.М.Братищев и другие изо дня в день в течение пяти месяцев защищали честь КПСС, доказывая, что указы российского президента (август — ноябрь 1991 года) о запрещении деятельности КПСС противоправны и антиконституционны. В соответствии с законом прекращение деятельности политических партий может быть решено или в суде, или на конференции, съезде партий. Я уже не говорю о том, что запретили КПСС, которая совершила подвиг перед Отечеством и всем человечеством — подняла страну от деревянной сохи до космоса, защитила землян от фашистского порабощения.
Обвинения представителей президента, что КПСС якобы пыталась в августе 1991 года изменить насильственным путем существовавший строй, разжигала национальную, социальную и религиозную рознь, как показало рассмотрение «дела КПСС» в Конституционном суде, были лживые и неправдоподобные в правовом отношении. КПСС действовала в рамках Советской Конституции 1977 года, проект которой в отличие от нынешней обсуждался в течение многих месяцев, где и была определена руководящая роль партии в обществе. И как только КПСС была отстранена от большой политики (1989 — 1990 годы), а затем запрещена в 1991 году, «демократы»-антикоммунисты развалили Советский Союз, привели общество на грань социального взрыва. В образовавшихся государствах насаждаются идеология и политика воинствующего национализма и антикоммунизма, приведшие к братоубийственным войнам. КПСС выступала гарантом социальной стабильности общества, дружбы народов, терпимости между людьми разных религиозных верований.
Словом, коммунисты отвоевали в Конституционном суде плацдарм для возобновления деятельности первичных парторганизаций российских коммунистов. В феврале 1993 года была восстановлена Коммунистическая партия Российской Федерации (КПРФ).
Ожесточенное сопротивление нынешним властям было оказано в сентябре — октябре 1993 года. В ответ на государственный переворот, совершенный российским президентом, Съезд народных депутатов как высший орган государственной власти лишил президента полномочий. По указанию Ельцина парламент расстреляли, сотни людей были убиты, руководителей парламента заключили в тюрьму. Танковый погром парламента — начало заката Ельцина, «демократов», их пиррова победа. Уже на первых выборах в Госдуму большая часть граждан отказала им в доверии. Еще больше это проявилось на выборах в 1995 году.