Чтение онлайн

Увы, Горбачев не вступился за своих ближайших соратников, с которыми начинал перестройку. Суть тут, разумеется, не в личных судьбах Рыжкова и Лигачева, — но пошло ли это на пользу делу? Что за этим стоит? Борьба за власть? За этим оказалась коренная переориентация перестроечного курса, в который уже не вписывались прежние единомышленники…

Великая страна, вздыбленная перестройкой, стала на грань самых трудных событий. Где же выход?

В апреле 1995 года исполнилось десять лет с начала перестройки в Советском Союзе. Но до сих пор не утихают споры о том, нужна и возможна ли была перестройка, каковы результаты так называемых реформ «демократов», влияние как внутри страны, так и за ее пределами всего того, что произошло в Советском Союзе. Кто виноват в развале страны, в ее разрушении и где выход из глубочайшего кризиса, в состоянии которого пребывают государства и народы, ранее входившие в СССР и получившие в советское время бурное развитие.

Я убежден, что перестройка была не только неизбежна, но и возможна. Такова моя позиция нынешняя, такой же она была, когда я входил в состав политического руководства страны — Политбюро ЦК КПСС в 1985 —1990 годах.

Существует другая точка зрения: якобы советская социалистическая система общественного устройства не поддавалась реформированию, а потому не могла быть усовершенствована.

Это удобная для некоторых позиция. Идею нереформированности советской системы сейчас вовсю эксплуатируют те, кто предал дело социализма, дабы объяснить отступление от политического курса КПСС на обновление социализма, оправдать разрушение страны, реставрацию капитализма, страдания и мучения миллионов людей. Понятно, что если общественная система не поддается реформированию, то, естественно, ее нужно сломать, ликвидировать и заменить другой. Все ясно и просто. А на самом деле все обстоит иначе.

Если не заниматься самобичеванием и самооплевыванием, в чем мы весьма преуспели, чего нет ни в одной стране мира, а оценивать свою историю объективно, то нельзя не признать, что за Советским Союзом числятся достижения планетарного масштаба: превращение отсталой царской России в мировую многонациональную державу, разгром фашизма — чумы XX века, прорыв первыми в космос, сооружение первыми в мире атомной электростанции и атомного корабля, расцвет науки, культуры и образования. Год от года, хотя и не так быстро, как хотелось, жизнь становилась материально обеспеченнее, духовно богаче.

Надо иметь в виду, что все достигнутое нами — это результат собственных усилий. Между тем развитые капиталистические страны большую часть богатства накопили путем открытого грабежа колониальных народов в прошлом, выкачивания сегодня из стран третьего мира дешевого сырья и использования дешевой рабочей силы (в том числе эмигрантов), и за счет всего этого они в значительной степени обеспечивают относительно высокий уровень жизни своего населения. Это, конечно, не перечеркивает талант и высокопроизводительный труд их собственных народов.

К тому же следует учитывать, что наша страна, как никакая другая страна мира, дважды за короткий срок отбрасывалась назад. Свыше 20 лет ушло на отражение агрессии и восстановление народного хозяйства. Иное дело в США. За годы второй мировой войны Америка увеличила свой промышленный потенциал на 50 процентов, а продукция сельского хозяйства выросла на 41 процент. В нашей стране в годы войны национальное богатство в результате разрушения и грабежа гитлеровцами уменьшилось более чем на одну треть.

Некоторые политики, публицисты, чтобы принизить успехи Советского Союза, рисуют благостную картину дореволюционной России. На самом деле царская Россия (до Октябрьской революции 1917 года) была страной с низким уровнем экономики, образования и культуры. К примеру, из 10 тысяч призванных в армию незадолго до первой мировой войны (1914—1918 годов) в Германии насчитывалось неграмотных только 4 человека, в Англии — 100 человек, в России — свыше 6 тысяч человек. В 30-е годы в Советском Союзе, через 20 лет, неграмотность населения была ликвидирована.

А сколько морочат голову о том, что при царях в России якобы было крепкое сельское хозяйство, страна продавала много зерна за границу. При этом возносят до небес Столыпина и столыпинщину. На самом деле царское правительство пыталось расколоть крестьянство путем его разорения, создать из него слой «новых помещиков», зажиточных крестьян-собственников, чтобы опереться на союз дворян с «новыми помещиками», с крестьянской буржуазией. С этой целью выделялись земельные участки и на них переселялись крестьяне. Зачастую крестьяне шли на хутора ради денежной ссуды и продажи своего надела.

Вот как писал В.И.Ленин о крестьянах-хуторянах:

— Они бьются на хуторе как рыба об лед; они вечно в долгу; живут как нищие, их прогоняют с хуторов за невзнос в банке, и они окончательно превращаются в бездомных бродяг.

Несмотря на огромные усилия, столыпинская реформа охватила лишь 15 процентов крестьян.

О положении на селе того периода так рассказывал журнал «Церковь»:

— Мы большей частью отдаем иностранцам за бесценок то, что нам самим нужно до зарезу… Сами едим полумякннный хлеб или совсем голодаем, за границу везем золотые зерна пшеницы. Наши дети только в пасху видят куриные яички, зато за границу их отправляется на 50—60 миллионов рублей (в дореволюционных ценах). Большинство крестьян не имеют понятия о вкусе коровьего масла.

В письме царю Николаю II Л.Н.Толстой писал о том, что на каждой улице в Москве нищие, «народ нищает с каждым годом, голод стал нормальным явлением в России».

Таковы свидетельства современников о «процветающей», по мнению «демократов», царской России.

Что касается государственности, то именно партия большевиков отвела угрозу целостности России, ее порабощения иностранными государствами. В 1918 — 1921 годах Россию терзали, разрывая в клочья, империалисты-интервенты: японцы и американцы — на Дальнем Востоке, англичане — на севере Центральной России, французы — в Одессе, чехи — на Средней Волге и в Сибири, финны — в Карелии, немцы и поляки — на Украине и в Белоруссии, англичане, немцы и турки — в Закавказье.