Чтение онлайн

Паучата сильно скучали по Кеджлису, особенно Урма, поэтому Питти отпустил его при условии, что он обязательно посетит их один, задержавшись на несколько дней. Смертоносец легко согласился, потому что все еще надеялся уговорить паучат вернуться в Город. В Монастыре стало тихо, не было ни степняков, ни Оленей, ни носящихся поблизости бешеных латоргов. Шаман клял себя за то, что не выпытал у Конрада ничего о судьбе ушедших в Степь, но чернолицый предок больше не появлялся, как и Бияш.

Особенно переживала участь мутанта Лола. Девочка немного повеселела, лишь когда шаман передал ей отдельный привет, со словом "увидимся". С тех пор она стала ждать этого "увидимся", и некоторое время даже раньше ложилась спать, но никто не приходил.

–  А смертоносцы сдержат свое слово?
– спросила однажды Лола у Питти, который лежал под любимой яблоней.

–  Да они не давали мне никакого слова, - вздохнул шаман.
– Если бы дали, то я был бы спокоен. Но от Смертоносца-Повелителя, который должен решить, как с нами быть, нет никаких новостей, разве только Кеджлис что-нибудь расскажет. Он-то слово дал и обязательно придет.

"Кеджлис придет когда его отпустят, - заметила с ветки Урма.
– Без него скучно. Даже мамочке".

–  Его отпустят, - усмехнулся Питти. "К нам его отпустят… Смертоносец-Повелитель будет рад узнать, как у нас дела. Хуже всего, что я знаю, что скажет Кеджлис…" - Что?
– испугалась Лола.
– Так, - нахмурился Белка.
– Опять?

–  Прости, прости!
– взмолилась маленькая Великая Пси.
– Я не хотела! Но почему ты думаешь, что в Городе тебя все слишком сильно ненавидят и никогда не простят? Я не успела досмотреть…

–  Пауки ненавидят нас за Запретные Сады, тут отдельное спасибо Элоиз, которая сама не знает, кто их поджег. А люди ненавидят меня за пчел… Тут спасибо тебе. Не хмурься, Лола, все всегда случается только так, как должно случиться, и никак иначе.
– Питти перевернулся на живот, и Урма спустилась по нити вниз, чтобы почесать ему спину коготками.
– Не переживай, Лола… Ты сделала все правильно. Урма, когда же у вас линька? Вы совершенно не растете, только брюшки толстеют.

"Скоро, не вертись, - попросила восьмилапка.
– А то поцарапаю. Твоя глупая птица до сих пор боится и нас, и змей".

–  У него было трудное детство, - заступился шаман за Рокки.
– А вообще я больше жду новостей из Леса, а не из Города. Может, хотя бы Локки допрыгал туда на одной ноге. Вот отдохну как следует, и пойду туда - еще раз тресну его по башке. Просто так, а то мне чего-то не хватает. Где Эль? "Ловит рыбу вместе с Глуви. Можно я пойду с тобой?" - Ты еще не линяла, куда тебе… Пожалуйста, не кусайся! Мне страшно, когда ты так делаешь. "Тогда не говори так!"

–  А я тоже хочу домой, в Песчаные Пещеры, - вдруг сказала Лола.
– Только сначала хочу вырасти. Там у меня есть мама. Я ее заберу, а всех остальных запугаю.
– Как это - запугаешь?
– Как Томаса. Чтобы они поняли.

Питти не стал спрашивать, что именно должны понять жители Песчаных Пещер. Он и сам об этом догадывался: не стоит убивать маленьких детей только за то, что они Великие Пси.

Про себя шаман подумал, что и туда надо будет заглянуть, когда он найдет в себе достаточно сил, чтобы натянуть пончо и отправиться бродить. Хорошо бы одному. А хорошо бы - с Элем. Не забыть бы только оставить дома этого крикливого любителя чищеных яблок, которого в Степи сожрет первая же стрекоза… Рокки косился то на хозяина, то на Лолу, которая держала ему яблоко, и тоже строил какие-то планы.