Предатель
Шрифт:
— Я встретила одного человека, мне с ним очень хорошо. Он моложе меня, но ведь это ничего не значило между мной и тобой, ведь правда? Ты его знаешь, ты с ним работал, — добавила она. — Его зовут Чак Пэриш.
Майкл опять широко открыл глаза.
— Ты его должен помнить, вы делали с ним пару фильмов. Знаешь, все так перемешалось, он совсем еще недавно жил с Ванессой, твоей старой любовью. А она сейчас живет с Бобом Хартом! Можешь себе представить? Надо быть прекрасной поварихой, чтобы вырвать его из лап Сьюзен, и ей это удалось! О разводе говорит сейчас весь город.
Майкл быстро заморгал, все это было такой ерундой.
— А Чак прекрасен, — сказала она. — Не так великолепен в постели, как ты, конечно, но вполне ничего. Он не очень-то хочет говорить о тебе, но мне кажется, что тебе будет приятно знать, что я живу с твоим другом. Я получила деньги за свою долю акций «Центуриона» и основала новую компанию для постановки работ Чака. Он прекрасный режиссер и писатель, да ты сам знаешь, ведь он — твое открытие.
Майкл чуть прикрыл глаза. Как он мог заставить ее замолчать?
Аманда вытерла слезы и продолжила:
— Ты ведь знаешь, почему я здесь, да?
Майкл уставился на нее.
— Я помню наш разговор, когда Лео был в госпитале. Ведь сейчас ты сам находишься в таком же положении, и я понимаю твое состояние. Врачи не дают тебе никакой надежды на восстановление. Я боюсь, что самое большее, на что ты можешь надеяться — это лежать в постели, уткнувшись в телевизор, до конца жизни.
Майкл быстро заморгал. Он не мог найти способ выразить то, что хотел.
— Я знаю, что ты хочешь, дорогой. Помнишь, как ты говорил мне в палате у Лео?
Майкл увидел, как промелькнула ее рука, она приподняла его голову, так, что он смог увидеть большую часть комнаты.
— Ты изменил мою жизнь, — сказала она со слезами в глазах. — Я обязана тебе всем, но сейчас это единственная вещь, которую я могу сделать для тебя.
Майкл увидел, как что-то белое появилось у него перед глазами.
— Прощай, любимый! — произнесла Аманда. — Я люблю тебя!
Белое приблизилось к его лицу, и затем стало темно.
Майкл не мог даже моргать. Он сопротивлялся подушке силой своего разума, но это не помогло.
Внезапно мрак пропал. Откуда-то лился свет и — о чудо! — он мог двигаться! Он поднял руку, — чтобы прикрыть глаза, но свет был мягким и, казалось, шел из конца длинного коридора. Майкл пошел ему навстречу.
Затем в свете появилась резкая тень, за ней другая, третья… Тени приближались к нему, протягивая руки. Майкл узнал среди них Онофрио Калабрезе. На его лице играла зловещая улыбка. Он схватил руку сына. Майкл попытался освободиться, но вот его окружили другие люди и потащили за собой. Странно, он знал их всех. Среди них была женщина — Кэрол Джеральди. Она стояла прямо перед ним. Там же был Рик Ривера. Господи! С ними был Лео! Он положил свою руку ему на плечо и повел его вперед. Рядом шли Бенедетто и Чича. А там из света выходил юрист Мориарти!
Майкл почувствовал ужасный страх. Он попытался упереться пятками, но ничто не могло остановить его движения к свету.
И неожиданно он понял, что может не только двигаться. Он может пронзительно кричать…
Санта-Фе, Нью-Мексико
Сентябрь 9, 1992 года