Чтение онлайн

— А кто это, Ваше Величество, если разрешите?

— Ну, почему бы нет? У нас есть довольно небольшая выборка, о которой можно говорить достоверно. — Император отчётливо пожимает плечами. Это, очевидно, реакция специально для меня. Менталист такой силы, не может не контролировать реакции тела. — Одна историческая фигура. Четыреста лет назад, у острова Рюген появился князь. И есть исторические свидетельства, основываясь на которых, можно предполагать, что его бы шаманы назвали бы Странником. А ещё, у моего друга есть сын. По-разному причинам ставить на нём опыты невозможно. — По-доброму улыбается царь. — Но он тоже Странник. И это факт. Скорее всего есть и другие. Шаманы не видят в этом особой проблемы. Знаешь что у них общего? И причём здесь ты?

— Нет конечно же, Ваше Величество! — снова удивляюсь я.

— Они оба точно помнили другую свою жизнь. — Император ухмыляется.

Я немного начинаю беспокоиться. Не сказать бы, конечно, что сильно.

Зато, при такой выборке, понятно желание Императора пообщаться, несмотря на всю его занятость. Любопытство свойственно всем.

— Концепция множественности Миров, можно сказать, у нас доказана. Возможно, ты с этим столкнешься. Или уже столкнулся, все же доступ на Полигон есть в каждом учебном заведении Империи для магов — а там часто предлагаются в виде испытаний не характерные зоны для нашего Мира. Так вот, оба этих человека использовали опыт предыдущей жизни. Какие-то концепции, в основном, а в случае князя Рюгена, то даже и технологии. Достоверно известно, что в четырнадцатом веке, буквально за полсотни лет до массового появления магов, он использовал миномёты. Даже на их княжеской цепи, присутствуют эти изображения. Потом, конечно, пороховые орудия надолго перестали быть важной частью поля боя. Но для того времени, это было слишком прорывное устройство.

Император с ожиданием смотрит на меня. А я решаю довольно непростую дилемму. Возможно, рассказ о псионике может двинуть местную магическую науку. Но я в это не верю, потому что маги получают похожие результаты, с меньшим вложением усилий. А перекапывать свою жизнь, ради не очень очевидного результата мало кто будет. Так что в формате Империи мои навыки интересны постольку-поскольку. Слишком разные пути. И результат, кстати, совсем не гарантирован. Ведь основное — это почувствовать пси. Что, даже зная правильность действий, очень непросто. Да и занимает годы. У меня же, во-первых, сработало уникальное стечение обстоятельств, а во-вторых, точное знание и понимание шагов.

А вот моя опасность, при этом рассказе, резко возрастает. Все же некоторые мои навыки, совершенно не контролятся магами. Никто такое рядом с собой терпеть не будет. Опыт менталистов показателен в этом смысле.

— Ваше Величество, извините меня за такой интерес, но почему вы думаете, что я тоже Странник?

— Это было бы одним из самых странных, но логичных объяснений. Да и, честно говоря, мне бы очень хотелось чтобы это было так. Это же просто интересно, узнать как живут в других Мирах. А правдивость рассказа, мне проверить совсем не сложно.

— Немного жаль вас разочаровывать, Ваше Величество. — Принимаю я решение. — Я действительно не знаю, кто я такой. У меня нет воспоминаний о моей жизни до больницы в этом Мире.

Император слегка расстраивается. На удивление, почти привыкаю к давлению его таланта. И сейчас, я довольно легко ловлю общий эмофон в помещении. Я точно не касаюсь его разума — а фон, он просто везде.

— С другой стороны и ваши информаторы и ваши догадки довольно близки, как мне кажется, к реальности. — Чуть улыбаюсь. — Я вижу сны. Воспоминания. Они довольно обрывочны. Но, в них есть действительно являюсь человеком, со странным военным прошлым, лет сорока. И несмотря на то, что вне сна я разделяю себя и мою прошлую жизнь, все же считаю себя больше таким, какой я там, чем парнем семнадцати лет со стёртой памятью.

— Про стёртую память ты уверен? — Становится серьезным Император.

— Это предположение, безусловно. Но высказанное несколькими людьми. Так что скорее всего да, память мне стирали.

— А твой блок на разум? Это техника или физическая особенность?

— Это мое нежелание пускать кого-нибудь внутрь того, что было уже однажды стерто.

— Значит все-же техника, — улыбается маг. — Я выиграл у Матвея. Научить можешь?

— Скорее всего нет, — честно отвечаю я. — Очень похоже, что эта стена, в основе своей, имеет именно мой страх нового вмешательства в разум.

Главное — даже чуть-чуть не врать. Император точно почувствует. Только правду.

— Жаль. Но если вдруг будешь понимать, как этому научить — обратись к Матвею, или к любому, кого на тот момент будешь знать, из тайной службы. Они будут очень благодарны. В любом виде, какой только придумаешь. Техника — хороша. — Император чуть-чуть разочарован. — Можешь в паре слов рассказать про свой Мир? У нас не так много времени остается, а мы ещё не обсудили моё предложение с Боярской думой.

— Конечно, Ваше Величество. Что вас интересует?

— Максим, ну ты чего? Да всё меня интересует. Как живёте там, что происходит, кем ты там был — вот это вот всё.

— У нас там война, Ваше Величество. В том мире, не было магии. У нас был технологический уклад. Мы вышли в Космос, около Земли стояли две огромных станции. С них, как мне кажется, планировалась дальнейшая экспансия в Солнечной системе.

— Интересно. — Император понимающе кивает. — А что помешало? Ты говоришь «планировалась»? В прошлом времени.

— Помешало появление ксеносов. Мы так назвали странную биологическую цивилизацию. Договориться с ней не получилось. Или просто мы не смогли. Но война началась как-то внезапно, во многих местах и сразу…

— … Вот примерно так и продолжалась наша война. — Рассказываю Императору историю, как я её помню. Хоть и помню ее урывками, но общую канву представить вполне мне по силам.

Упор как раз, делаю на технических моментах. На лазерганах, импульсниках, искусственном интеллекте, тактической сети, имплантах, космических кораблях. Но с каждым таким моментом Императору становится все менее интересна сама война. Чего, в общем, я и добиваюсь. Псионику обыгрывать не хочу ни в коем случае. Да и царя интересует больше другое. Он больше задает вопросов именно об обычной жизни. И я даже понимаю почему — концепции. Думаю, он этими вопросами оценивает опасность идей, которые я могу принести сюда. Я спокойно предоставляю ему эту возможность. Ощущение общего фона спокойно мне дают оценить эмоции в моменте. Так что пусть. Мне не жалко.

Да и царя больше интересует социальные взаимодействия, нежели технические достижения. И это тоже помогает мне легко обходить вопрос псионики. Практически, даже не подбирая слова.

Большая часть истории, Императора разве что развлекает. Но, в какой-то момент, я касаюсь сходства между кристаллами навыков моего старого мира, и такими же кристаллами здесь.

— Да, я думаю, что ксеносы моего старого мира являются угрозой и здесь. — Отвечаю на прямой вопрос Императора. — Слишком уж большие совпадения.