Чтение онлайн

– Исполнила и буду исполнять впредь. – Ева помолчала: сейчас она думала не о деле Дебласса, а о жизни – своей и Рорка. – Я хочу, чтобы ты знал: внутри у меня осталась грязь. Это как вирус, подтачивающий организм и дожидающийся момента, когда понизится сопротивляемость. Лучше не делать на меня ставку.

– Я люблю рисковать. – Он взял ее руку и поцеловал. – Давай сыграем вместе. Чем черт не шутит, авось выиграем! Оба.

– Я никогда никому об этом не рассказывала.

– Ну и как, помогло?

– Не знаю, может быть… Господи, я так устала…

– Положи голову мне на плечо. – Он обнял ее и помог устроиться. – Поспи.

– Немножко, только до Нью-Йорка, – измученно прошептала она.

– Разумеется, немножко. – Он поцеловал Еву куда-то в макушку и замер, чтобы не тревожить ее сон.

Дебласс молчал: адвокаты настойчиво рекомендовали ему такую линию поведения. Допрос проходил медленно и утомительно. Иногда Еве казалось, что Дебласс не выдержит и взорвется – так багровела его физиономия, когда он чувствовал, что проигрывает. Но адвокат что-то шептал ему на ухо, и он брал себя в руки.

Ева уже не думала ни о предстоящем суде, ни о пиршестве для репортеров. Она сейчас хотела одного: чтобы обвиняемый признался.

– Вы находились в кровосмесительной связи с вашей внучкой, Шерон Дебласс.

– Мой клиент не подтверждает ваших утверждений.

Игнорируя адвоката, Ева смотрела Деблассу в лицо.

– Передо мной копия части дневника Шерон Дебласс, помеченной датой убийства.

Она пододвинула ему бумагу, но адвокат Дебласса, аккуратный и подтянутый мужчина со светлой бородкой и голубыми глазами, быстро схватил ее и прочел. Понять его реакцию было невозможно: он изображал холодное безразличие.

– Не сомневаюсь, вы понимаете, лейтенант, что это ничего не доказывает. Разрушительные фантазии погибшей! Женщины с сомнительной репутацией часто обладают неуравновешенной психикой.

– Вы верны себе, сенатор Дебласс. – Ева упорно обращалась к обвиняемому, а не к его верному рыцарю. – Раньше вы растлевали свою дочь, Кэтрин.

– Абсурд! – прорычал Дебласс.

– Я располагаю заявлением члена конгресса Кэтрин Дебласс, сделанным и заверенным в присутствии свидетелей.

Ева достала новую бумагу. Адвокат выхватил ее, прежде чем сенатор успел шелохнуться. Прочитав текст, он закрыл его ухоженными руками.

– Возможно, вы не в курсе, лейтенант, но у дочери сенатора Дебласса психическое расстройство. В настоящее время она находится под наблюдением на случай повторного нервного срыва.

– Очень даже в курсе. – Она бросила на адвоката презрительный взгляд. – Мы намерены выяснить в рамках следствия, каково ее состояние и в чем его причина.

– Причина в дурной наследственности. Супруга сенатора тоже страдает психическим расстройством и в данный момент пребывает в коме, – заявил адвокат тем же безразличным тоном.

– Мы установим и докажем, что причиной болезни Кэтрин Дебласс являются систематические и продолжительные надругательства над ней в детстве. Сенатор Дебласс, в ночь убийства Шерон Дебласс вы находились в Нью-Йорке, – продолжила Ева, без предупреждения меняя тему. – А не в Вашингтоне, как раньше заявляли.

Прежде чем адвокат сумел ей помешать, она подалась вперед, устремив Деблассу в лицо испепеляющий взгляд.

– Сейчас я вам напомню, как все было. Вы прилетели в Нью-Йорк на своем персональном самолете, направились на квартиру к Шерон и, как обычно, занимались с ней сексом. Интересно, вы всякий раз запечатлевали это на видео? При себе у вас был кремневый пистолет. Она над вами насмехалась, угрожала разоблачением. Вы не могли больше рисковать и застрелили ее. Вы произвели три выстрела: в голову, в сердце, в область половых органов.

Ева перешла на скороговорку, швыряя обвинения ему в физиономию и наслаждаясь запахом его пота – доказательством животного страха.

– Последний выстрел – это хорошо придумано. Из-за него мы не смогли проверить, предшествовали ли убийству сексуальные действия: вы продырявили ей гениталии. Возможно, это был символический акт, возможно, попытка уберечься от разоблачения. Зачем вы взяли с собой пистолет? Вы заранее спланировали убийство? Решили покончить с этим раз и навсегда?

У Дебласса бегали глаза, он тяжело дышал.

– Мой клиент не подтверждает, что владеет названным вами оружием.

– Ваш клиент – подонок!

– Лейтенант Даллас! – взвился дотоле невозмутимый адвокат. – Вы говорите о сенаторе Соединенных Штатов!

– Значит, избранный подонок. Вас это потрясло, да, сенатор? Кровь, грохот, дрожание пистолета в руке… Наверное, вы сперва не верили, что сумеете это сделать. Но вот вы спускаете курок – и путь назад отрезан. Очевидно, вы поняли, что она бы все равно вас уничтожила. В отличие от Кэтрин она бы не оставила вас в покое.

Шерон не ушла бы в тень, не стала бы мучиться от стыда, вины и страха. Она бросила вам вызов, и вы были обязаны с ней покончить. А потом замести следы.

– Лейтенант Даллас…

Но Ева не сводила глаз с Дебласса, не обращая внимания на предостережения адвоката.

– Как увлекательно! Вы действительно могли отделаться испугом. Сенатор США, дедушка убитой… На вас никто бы не подумал. Но вы вошли во вкус: разложили ее на кровати, дав волю своей порочности, и решили, что фокус можно повторить. Почему бы нет? Убийство вас всколыхнуло.

Разве есть лучший способ спрятаться, чем изобразить, будто в городе злодействует маньяк?

Она переждала, пока Дебласс дотянулся до стакана с водой и сделал жадный глоток.

– Вы и были злодеем-маньяком! Вы подсунули под нее записку, потом оделись. Вы уже успокоились. Вы запрограммировали вызов полиции на два пятьдесят пять, чтобы успеть спуститься и покопаться в записях охранной системы. Потом вы прилетели на том же частном самолете в Вашингтон, заплатили пилоту и бортинженеру за подчистки в бортовом журнале, выждали и принялись изображать взбешенного деда-праведника.