Потрясающий мужчина
Шрифт:
– Но нас действительно разделяет убийство.
– Да нет же! Наоборот, из-за него ты оказалась сейчас у меня. Или ты и здесь видишь проблему? Неужели ты не можешь хотя бы ненадолго вылезти из мундира лейтенанта и дать волю чувствам?!
– Уж какая есть!
– Значит, такая ты мне и нужна.
Глаза Рорка потемнели от сдерживаемого желания. Если что-то и вызывало у него отчаяние, то только его собственное необъяснимое влечение к этой женщине. Ему казалось, что еще немного – и он взмолится о пощаде…
– Лейтенант Даллас не испугалась бы меня, пугаться позволено только Еве.
– Я тебя не боюсь, Рорк!
– Неужели? – Он взял ее за плечи. – Как ты думаешь, что случится, если ты оступишься?
– Слишком многое, – пробормотала она. – И вообще – секс не относится в данный момент к моим приоритетам. Он только отвлекает.
Рорк усмехнулся:
– Вот именно! Особенно – хороший секс.
А тебе сейчас как раз необходимо отвлечься.
Ева схватила его за руки, еще не зная, как поступит.
– Рорк, ты совершаешь ошибку!
– Вот и прекрасно. Ошибаться иногда очень полезно.
Он наконец впился губами в ее рот, и Ева почувствовала, что побеждена. Она обхватила его руками, вцепилась ему в волосы. Она прижималась к нему всем телом и дрожала все сильнее.
Поцелуй Рорка был грубым, даже жестоким.
Его нетерпеливые руки уже вытащили ее рубашку из джинсов, ладони заскользили по голому телу.
Ева застонала от боли, когда он, не в силах сдержаться, слишком сильно прикусил ее нижнюю губу.
Рорк представил себе, как опрокидывает Еву на пол, как врывается в нее, слыша ее крики, подобные револьверным выстрелам, и разряжается в нее. Он вдруг понял, что это было бы похоже на кровопролитие – быстрое и жестокое…
Он оторвался от нее и судорожно поймал ртом воздух. Его лицо горело, рот распух; у Евы на плече была порвана рубашка. Помещение наполнилось духом насилия, в воздухе висел запах порохового дыма. Оружие оставалось в пределах досягаемости.
– Не здесь!
Рорк схватил Еву за руку и потащил к лифту.
В кабине он прижал ее к стенке и вцепился в ее кобуру.
– Сними эту дрянь. Сними!
Она послушно щелкнула пряжкой и спустила ремень с кобурой одной рукой, другой торопливо расстегивая его пуговицы.
– Почему на тебе столько одежды?
– В следующий раз исправлюсь.
Рорк отбросил ее рваную рубашку. Под ней оказалась тонкая, почти прозрачная сорочка, не скрывавшая маленькую упругую грудь с выпирающими сосками. Он накрыл ее груди ладонями и увидел, как у Евы стекленеют глаза.
– Где тебя ласкать?
– Где хочешь. – Ей пришлось упереться ладонью в стену, чтобы устоять на ногах.
Когда двери лифта разъехались, они уже походили на одно целое. Его рот не оставил живого места на ее шее. Шагнув в комнату, Ева уронила сумочку и кобуру на пол.
Спальня Рорка была шикарной: широкие окна, зеркала, пастельные тона. Она чувствовала запах цветов, ноги тонули в ворсе ковра.
Ложе напоминало роскошное синее озеро, расплескавшееся на возвышении, между резными деревянными столбами. Вместо балдахина над ложем красовался выпуклый стеклянный потолок. Дальше чернело небо. Напротив кровати потрескивали дрова в камине из бледно-зеленого камня.
– Ты здесь спишь?!
– Сегодня мне, кажется, будет не до сна.
Не дав ей насладиться изысканным зрелищем, Рорк заставил ее подняться по ступенькам и повалил на кровать.
– Я должна явиться на службу в семь ноль-ноль…
– Заткнись, лейтенант!
– Есть!
Она со смехом принялась расстегивать его брюки. В ней бушевала неуемная, дикая энергия.
Ей казалось, что ее руки двигаются недостаточно быстро, хотя на самом деле они мелькали, как заводные.
Она скинула ботинки и позволила Рорку стянуть с нее джинсы. Услышав его стон, она задохнулась от наслаждения. Давно она не чувствовала рядом с собой напряженного мужского тела, давно не грелась у этого огня. Как исстрадалось ее естество!
С приступом желания было невозможно бороться. Сейчас они останутся голыми, она сядет на него и получит желаемое! Но Рорк опрокинул ее, навис сверху и заглушил протест долгим, беспощадным поцелуем.
– Куда ты торопишься? – тихо спросил он.
Его рука совершила неспешное путешествие по ее телу и добралась до груди. Палец затеял жестокую игру с воспаленным соском. – Я еще на тебя не нагляделся.
– Я хочу тебя!
– Знаю, но не надо спешить. – Рорку казалось, что вся кровь, текущая у него в жилах, скопилась в одной точке и нагрелась до температуры кипения. – Ты такая стройная, гибкая… – он слегка сдавил ей грудь, – маленькая и изящная.
Кто бы мог подумать?
– Возьми меня!
– Всему свое время.
– Да что за…
Ева не смогла договорить и застонала: он втянул в рот ее сосок. Она забилась, борясь с Рорком и с собой. Его губы и язык касались ее очень нежно, но Еве это казалось нестерпимой пыткой; она еле сдерживалась, чтобы не закричать. Руки Рорка творили чудеса, зажигая по всему ее телу новые и новые костры желания.
Ева не привыкла к такому обращению. Когда ей приходила охота заняться сексом, все происходило быстро и просто. Она довольствовалась удовлетворением естественной потребности. Но сейчас ее швырнули в водоворот неведомых ощущений, покусившись на ее чувства, не обходя вниманием ни одного нервного окончания на изнывающем теле.
Она судорожно пыталась просунуть руку между ним и собой, поймать его, навязать свою игру.
Потом ее охватила паника: он сгреб ее за обе руки и зафиксировал их у нее над головой.
– Не надо!
Рорк чуть не отпустил ее, но глаза Евы были полны не только страха, но и нестерпимого желания.
– Ты не можешь постоянно контролировать ситуацию, Ева.
Его свободная рука скользнула по ее бедру, и она задрожала всем телом. А когда его пальцы оказались на внутренней стороне колена, у нее закатились глаза.