Чтение онлайн

Но ничего не поделаешь, пришлось идти на последний этаж, куда и заселяли новичков. Первые же два этажа занимали старшие курсы и хозяйственные помещения.

— Да-а, номера тут хромают на обе ноги. Максимум одна звезда. Ещё и обслуживания наверняка нет. И район непрестижный, — саркастически заключил я, оглядев комнату.

К тому же за окном возвышалась Стена, закрывающая весь обзор.

— Ну хоть нам разрешили самим выбрать с кем жить, — попытался найти что-то хорошее Румянцев и бросил сумки на нижний «этаж» одной из двухъярусных коек.

— Благодетели, — желчно выдал я, прикидывая, как бы улучшить свои жилищные условия.

Эта убогая комнатка мне совсем не нравилась. Ни телевизора, ни холодильника. И ведь Громов наверняка всё это знал, но ничего мне не сказал. Старый жук. Боялся, что я взбрыкну, потому и смолчал?

— Пойду проверю местный душ и уборные, — проговорил Доброслав и скрылся с глаз долой.

— Мыло там не роняй! — крикнул я ему вдогонку.

Спустя несколько секунд в комнату заглянул невысокий хлипкий коротышка с острым носом и круглыми совиными глазами. Они придавали ему испуганный вид, будто он за каждым углом ожидал увидеть Марену.

— Здорова! — приподнято выдохнул незнакомец, улыбаясь лягушачьим ртом. — Есть тут свободные места?

— А ты не храпишь? Не буйный? Во сне не ходишь?

— Нет, ничего такого.

— Тогда забирай верхний ярус вон той койки, — решил я, прикинув, что этот задохлик в качестве соседа не создаст мне проблем.

— Алексей Стрижов из Екатеринограда, — представился он, закинув вещи на койку.

— Александр Громов, местный, — пожал я его узкую ладонь.

— А я ваш новый старший брат, — издевательски выдал ввалившийся в комнату крупный парень в кителе с нашивками второго курса.

Ещё трое таких же персонажей ухмылялись в коридоре.

— А что должны делать братья? Правильно, делиться. Особенно младшие со старшими, — нагло продолжил второкурсник, скользнув оценивающим взглядом по моей одежде.

— Могу поделиться пиздюлями. Однако вы наверняка пришли сюда, чтобы изъять у новичков деньги. И вас они очень интересуют, раз вы аж на заселение прискакали. Но я подаяния не даю, так что всё равно идите лесом.

— Чего? — изумлённо выпучил глаза рэкетир, уронив на мускулистую грудь квадратную челюсть с ниточкой шрама.

— Борзый, что ли?! — зло выдал кадет из коридора, хрустнув шеей.

— Ты правил наших не знаешь?! — вторил ему ещё один смертный, угрожающе сжимая кулаки.

— Верно замечено, — по-змеиному улыбнулся я, увидев краем глаза, как побледнел Стрижов. — Правила ваши, а не мои.

— Видит Велес, я хотел по-хорошему, — процедил главный вымогатель и с грозным рёвом ринулся на меня.

Я легко уклонился от кулаков кадета, хотя тот явно умел махать ими. А потом сам впечатал костяшки пальцев прямо ему в нос. Тот хрустнул, обдав кровью криво изогнувшиеся губы.

Смертный отшатнулся и взревел как раненый бык. И тут же получил замечательный хук в челюсть. Удар отправил кадета на пол, а жёсткий пинок ногой в голову завершил дело.

Вымогатель обмяк и выпустил изо рта ниточку слюны.

— Охренеть! — выдохнул один из парней, стоящих в коридоре.

Вся троица до самых печёнок была поражена тем, как легко я разделался с их заводилой. Но его участь их ничему не научила.

Они ринулись на меня с гневными воплями.

А я рванул им навстречу и занял стратегически важную позицию возле дверного проёма, чтобы эти трое всей сворой не атаковали меня.

И первый же мой удар оказался удивительно действенным. Он угодил в подбородок самому ретивому из кадетов. А тот оказался хлипковат в коленях. Вскрикнул и повалился на своих товарищей, сбивая их с ног. Все трое с шумом грохнулись на пол и разразились витиеватым матом.

— Убью, гад! — проревел кадет, непроизвольно схватившись за пострадавший подбородок.

Внезапно в коридоре раздался знакомый бас Румянцева:

— Растопчу!

— А я сожру! — вторил ему не менее глубокий голос, будто раздавшийся из бочки.

— Мля… — выдохнул один из кадетов, вставая с пола и глядя в ту сторону, откуда прилетели голоса. — Парни, хорош, хорош! Вы чего? Мы просто друг друга не поняли!

— Да валить их всех надо! — взвизгнул тот, чей подбородок познал всю прелесть встречи с моим кулаком.

Он шустро вскочил на ноги и так же шустро отправился обратно на пол, получив хук в висок. На сей раз удар у меня вышел даже лучше. Идиот щёлкнул зубами и потерял сознание.

— Всё, всё! Мы уходим! — выставили руки оставшиеся два кадета.

Они испуганно уставились на появившегося в поле моего зрения Румянцева и его спутника. Последний оказался высоким тучным толстяком, которому, чтобы помыться, нужна была не ванна, а целая лодка.

Однако его маленькие глазки воинственно сверкали из-под длинной соломенного цвета чёлки, а кулаки размерами напоминали два футбольных мяча.

Второкурсники определённо струхнули, увидев таких буйволов, чем я беззастенчиво и воспользовался.

— Валите отсюда и подружек своих захватите, — насмешливо пнул я ногой валяющегося в коридоре идиота.

— А-а-а, — раздался позади меня надсадный стон.

Я тут же резво обернулся и с изумлением вытаращил глаза.

Заводила уже оклемался и даже встал, пусть и пошатывался, держась рукой за разбитый нос. Он вроде бы больше не проявлял признаков враждебности. Но это я так подумал, а вот Стрижов рассудил по-своему…

— На, сука! — отчаянно выдохнул он, опустив табуретку на голову кадету.

Тот хрюкнул и снова без чувств повалился на пол.

— Замечательный удар. Мне нравится немотивированная агрессия. Пусть враги познают всю ярость обитателей этой комнаты, чтоб впредь обходили её стороной, — иронично похвалил я Стрижова, чья впалая грудь часто-часто вздымалась. — А теперь тащи супостата в коридор, раз сам и вырубил его.