Чтение онлайн

Только бородатый тренер, важно прохаживающийся по своим владениям, оказался крупнее Румянцева. Если бы он был поменьше ростом, то оказался бы вылитым цвергом, то бишь подземным гномом. Они тоже донельзя мускулистые и волосатые.

— Прими мои соболезнования, — мрачно проронил Доброслав, вытерев полотенцем потную лысину. — Жаль твоего папеньку.

— А мне не жаль, — хмыкнул я и подошёл к покрытой ростовыми зеркалами стене, чтобы сделать разминку.

— Нельзя так говорить, отец всё же.

— Избавь меня от этих соплей.

Парень нахмурился, пожевал губы и проронил:

— Минут десять назад по радио сказали, что на дом Долматовых напали сектанты и зверолюд-жрец Сварга. Отыскали ещё тело баронессы Долматовой, а вот трупы Эдуарда и Роберта так и не найдены. Возможно, они живы. Необязательно же, что они были в особняке во время нападения. Их теперь по всей империи искать будут…

Румянцев говорил что-то ещё, косясь на секундную стрелку больших часов, висящих на стене, но я его уже не слушал.

Вот твари эти братья Долматовы! Не идут мне навстречу, не хотят умирать! Как-то выжили. И где они сейчас? Ну конечно в Пустоши!

— … Ладно, у меня подход, — ворвался в мои мысли голос Доброслава.

— Иди, — отвлечённо бросил я ему, скрывая охвативший меня гнев.

Парень отошёл и лёг на лавку под штангу. А на той поблёскивало столько блинов, что даже тренер уважительно покосился на лысого здоровяка.

Я же разминался и прикидывал, как теперь добраться до Долматовых.

Ладно, придумаю что-нибудь. Никуда они от меня не денутся. А сейчас надо включаться в работу.

Я тряхнул руками и занялся тренажёрами, косясь на девичьи попки, соблазнительно смотрящиеся в облегающих шортиках. Причём косился неосознанно. Просто они вели себя так, словно брали меня в кольцо.

Некоторые девушки специально повернулись ко мне упругой филейной частью, пытаясь дотянуться до своих носков.

Такое ощущение, что мои «отношения» с баронессой Огневой уже перестали их пугать. С десяток девиц с явственным интересом поглядывали на меня.

— Румянцев, — позвал я здоровяка, тягающего такие гантели, что даже страшно было смотреть, — внимательно погляди на меня. Я похорошел?

— Не сказал бы, — пропыхтел тот, обливаясь потом.

— А чего тогда на меня так смотрят девушки, словно они кошки, а я бесхозный кусок сочной колбасы?

— Ну-у-у, — протянул Румянцев и с грохотом поставил гантели на пол. Аж зеркала зазвенели. — Может, всё дело в том, что кто-то распустил слух, будто ты отправишься в столицу на Осенний бал?

— И как это связано?

— Есть традиция, что все приглашённые на Осенний бал могут написать на бумажке три любых имени. А затем среди всех этих имён случайным образом выберут пару десятков счастливчиков и пригласят их на Новогодний бал ко двору самого императора. Может, поэтому девушки так и глядят на тебя? Хотят, чтобы ты написал их имя?

— Так уж и случайным образом? — скептически усмехнулся я. — Клянусь бородой Велеса, этими «счастливчиками» становятся вовсе не простолюдины с говном на штиблетах.

— Может, оно и так, но люди в это верят, — хмыкнул здоровяк. — А уж если попасть на Новогодний бал ко двору, то всё… Считай, жизнь прожита не зря. У меня в детстве была такая мечта. Представлял, что сам император пригласил меня, и я еду на бал под завистливые завывания всех мальчишек и девчонок Саратовской губернии.

— А на Осенний бал ты хотел попасть?

— Нет, но сейчас бы не отказался. Однако всё это мечты, — вздохнул смертный и начал задумчиво поглядывать на гантели, которые были ещё больше прежних.

— Румянцев, тебе повезло, что я умею исполнять желания. Трунь! Считай, что тебя пригласили на Осенний бал. Собирай вещи, в пятницу поедешь, — с ухмылкой проговорил я, заметив, что к разговору прислушиваются ближайшие к нам кадеты.

Они заулыбались, приняв мои слова за шутку.

Доброслав тоже улыбнулся и невесело проронил:

— Да кто меня туда возьмёт? Тебя-то ещё могут пригласить за шикарные заслуги. Уже три нашивки. А я только пару тараканов в общежитии прибил.

— Тебе повезло, что ректор именно у меня спросил совета, кого десятым отправить на Осенний бал. Я назвал твоё имя, — сказал я и многозначительно глянул на здоровяка. Дескать, вот тебе подарок за то, что не подвёл меня в истории с бандитами.

Румянцев сперва не поверил, поэтому мне пришлось минут пять доказывать ему, что я не шучу, призывая в свидетели всех богов. Даже прислушивающиеся к нашему разговору кадеты первыми поверили и удивлённо разинули рты. И лишь потом поверил здоровяк.

Он вскочил с лавки и порывисто обнял меня, едва не сломав ребра. А я поскорее вывернулся из его захвата, верный своей привычке ни с кем не обниматься.

— А чего ты Огневу не назвал? — спросил парень.

— Да она, если захочет, без проблем попадёт на этот бал, — проронил я, свято уверенный в этом.

Здоровяк согласно покивал и покосился на тренирующихся. А те начали перешёптываться, и по залу быстро разнеслось известие, что ректор спрашивает у Громова совета.

Кадеты тут же смекнули, что со мной лучше дружить, а не враждовать. Улыбок сразу стало больше, хотя и завистливых взглядов прибавилось.

А трио весьма спортивного вида парней из середнячков начало что-то заговорщически обсуждать, опасливо поглядывая на меня. Они явно что-то задумали, но побаивались связываться со мной.

Вожаком у них был рослый конопатый парень с плотными, рельефными мышцами человека и днём и ночью не слезающего с турника. Двое других, судя по мышцам, тоже не понаслышке были знакомы с этим спортивным снарядом. Парни колебались, глядя на своего вожака. А тот уверенно скалился, что-то им доказывая. Он недвусмысленно поглядывал на девушек и на меня.