Чтение онлайн

– Каких?

Милли достала из рюкзака «Книгу Мертвых», раскрыла ее и протянула Джереми.

– Вот каких. Рэмбо. Старика. Паука. Моего папу. Там еще есть.

– Твоего папу?

– Как думаешь, что бывает потом? После смерти.

Джереми достал из кармана пончик и принялся задумчиво его жевать.

– Прилетает космический корабль и уносит тебя с собой.

– Куда?

– На другую планету, ясное дело.

– На какую?

– На Плутон, наверное. Или Юпитер.

– А кто управляет кораблем?

– Бог.

– Бог управляет кораблем?

– Ясное дело.

– А разве у него есть на это время? Он же должен помогать людям, порядок наводить во Вселенной и все такое.

– У него есть помощники.

– Как эльфы?

– Типа того. Только они уж точно не поют песен.

– Откуда ты столько всего знаешь? – спросила Милли.

Джереми пожал плечами.

– Внимательно слушаю. У тебя старая мама.

– Это не моя мама. Я же говорила тебе про свою.

– Это я так тебя проверяю.

– Хочешь, научу тебя придумывать Бродячие стишки? – спросила Милли.

– Ага, – ответил Джереми.

Они незаметно выползли из-под стола и пошли в соседний вагон, а Карл и Агата их даже не заметили.

Милли и Джереми расположились в последнем вагоне, на полу, возле туалета.

– Правда смешно, – зашептала Милли, – как представишь, что там кто-то на унитазе сидит?

– Наверное.

– Со спущенными штанами. Прямо там.

– Ага.

– И делает пи-пи или ка-ка…

– Я взял у мамы мобильник, – вдруг сказал Джереми и показал его Милли.

Она взяла телефон в руки.

– Ты его украл.

– Ну я же верну.

Милли уставилась на телефон, а Джереми уставился на нее. Она больше всего на свете хотела позвонить маме, но боялась: вдруг та не ответит?..

А вдруг ответит? Ответит и просто не захочет говорить? Вдруг ответит и не захочет больше быть ей мамой?

Интересно, а можно перестать быть чьей-то мамой по своему хотению?

Джереми забрал телефон.

– Слушай… – начала Милли.

– Говори номер, – перебил ее мальчик.

Милли продиктовала, а Джереми набрал цифры на телефоне, нажал на зеленую кнопку и приложил его к Миллиному уху. Милли глубоко вздохнула и придержала телефон. Бу-бум. Бу-бум. Бу-бум. Он звонил, и звонил, и звонил… и звонил, и звонил, и звонил.

– Автоответчик, – вздохнула Милли, а потом пролепетала: – Прости меня, мам…

Ее голос вдруг стал странным-престранным… И она заплакала, и все слова разом кончились, потому что говорила она маминым голосом, и когда сказала «мам» вслух, то вдруг поняла, как от того и от другого у нее болит все тело.

Джереми взял у Милли телефон. Она не поднимала взгляда и перестала плакать, только когда он вручил ей яблоко.

– Спасибо, – Милли положила его на пол рядом с собой.

– Прости, пожалуйста, что расстроил тебя, Капитан Смерть, – пробормотал Джереми.

– Ничего страшного, Капитан Всё, – ответила она, утирая глаза папиным чехлом. – У меня есть план.

– У меня тоже! Целая куча.

– Ладно, а у тебя какие?

– Не скажу. Секрет фирмы.

Милли закатила глаза.

– А у тебя тогда какой? – поинтересовался Джереми.

– Ты всем разболтаешь.

– Не-а!

– Разболтаешь-разболтаешь!

– Не-а!

– Ладно, – Милли подвинулась поближе. – Клянешься?

– Клянусь. – Джереми серьезно моргнул.

– Ты сказал, что все знаешь.

– Ага. Так и есть.

– Ты же слышал, как иногда со всем поездом разговаривает какая-то тетенька?

– По громкой связи?

– Наверное.

– Это называется «громкая связь».

– Я должна ее найти.

– Для чего?

Милли посмотрела на пивной чехол.

– Сделать кое-что хорошее.

– Тебя накажут.

Милли придвинулась лицом совсем близко к лицу Джереми. Джереми, казалось, больше не знал, куда смотреть.

– Мне нужна твоя помощь, Капитан Всё. Ты мне поможешь?

Он сглотнул.

– Да. Да, помогу, Ка-ка-ка… – он запнулся. Прочистил горло. – Капитан Смерть.

– Что есть любовь, Агата Панта? – декламировал Карл, расплескивая свое вино во все стороны.

– Любовь?.. – спросила Агата, прижавшись носом к стеклу. – Ничего не видно…

– Именно. Именно, Агата Панта!

– Черным-черно!

– Да…

Ее лоб скакал вверх-вниз по оконному стеклу.

– Как-то мне не по себе.

Закрыв глаза, Карл рьяно закивал. Потом неуверенно наклонился вперед и провозгласил:

– Но оно того штоит. – Он постучал по столу указательным пальцем и поднял его в воздух, точно обращался к крикетному судье.

Агата обернулась.

– Чего?

– Оно того стоит.

– Что стоит?

– Любовь.

– Чего стоит?

– Терзаний, смятения, боли.

– Что ты несешь?..

Карл глотнул еще вина.

– Ты хоть раз в жизни юбила, Агата Панса? – покачиваясь, мягко спросил он.

– Чего? Я ж почти всю жизнь замужем была! Ты это прекрасно знаешь!

– Да, но… – Карл схватил Агату за руку своей безбокальной рукой и заглянул ей в глаза. – Юбила? Ты. Его. ТЫ ЕГО ЮБИЛА?

Агата отдернула руку, проглотила остатки вина и цокнула бокалом по столешнице. Потом утерла губы рукавом и заявила: