Чтение онлайн

Подошедший к Алу самурай трусил, отчего делался непредсказуемым и опасным. Он снова застрекотал. Ал напрягся, силясь уловить суть. До него донеслось слово «мидзу» (вода). Должно быть, мелкий пытался сказать своему командиру, что Ал не мокрый. Тут было о чем задуматься.

На пустом корабле уже после высадки команды и, возможно, обыска (во всяком случае, было бы странно, если бы корабль не обыскали) оказывается неучтенный человек, при оружии, к тому же при японском оружии, в сухой одежде и с сухими волосами. Вопрос – будет ли это расценено как плюс. Знак свыше, указание, что это не обычный бедолага, а нечто особенное, наделенное силой, могуществом или просто ценная неизвестная японцам порода мужика ненамокающего. Или все это будет отнесено к минусу – нечто, увидев которое, следует немедленно развести огонь и сжечь неопознанный немокнущий объект или попросту порубить в капусту. Интересно, была ли в Японии в семнадцатом веке капуста?

На всякий случай Ал аккуратно дотронулся до рукоятки своего меча. Японцы напряглись. Затем так же спокойно вытащил из ножен меч и, присев, положил его перед собой на палубу. Ал, конечно, учился владению самурайским мечом, но сейчас, когда противники имели столь серьезный численный перевес, к тому же это были профессионалы, не умеющие ничего другого воины… Экспериментировать не хотелось.

Его тут же окружили самураи, так что Ал остался сидеть на палубе, ощущая кожей направленные в его сторону лезвия мечей. Кто-то отпихнул его меч ногой. (А еще говорят, меч – душа самурая!) Ал услышал над головой командный голос Оми, понимая, что отказавшись от оружия, проиграл японцам в холостую.

В следующий момент кто-то стукнул его по темечку, и Ал вырубился.

Когда Ал очнулся, исчезла расшитая золотом куртка, за пазухой отсутствовала заветная книга Клавелла. Длинный старый джемпер и волосы были пропитаны влагой, как если бы он долго лежал на мокром песке или окунулся в воду во всем шмотье и успел слегка подсохнуть. Джинса противно липла к телу, обуви не было. Но последнее скорее радовало, чем печалило. Вдруг представилось, что команда и легендарный Джон Блэкторн узрят его домашние тапочки.

Болела голова. Странное дело, почему-то он сразу вспомнил эликсир, древнюю Японию и неудачу с Оми.

«Если несмотря на поражение я все же остался в игре – значит, есть шанс выиграть. В игре следует оставаться, даже если шансы ничтожны. Игра есть жизнь».

Ал сел, оглядываясь по сторонам. Просторная лишенная мебели комната с прозрачными ширмами из рисовой бумаги сёдзи и жесткими циновками татами в обычное время, должно быть, служила гостиной. Рядом с ним валялось несколько косматых мужиков, сильно смахивающих на современных бомжей. Сходство добавлял характерный запах давно немытых тел. На двух моряках, к своему удовольствию, Ал обнаружил вязаные хламиды, похожие на его собственный джемпер, добавьте к этому европейскую внешность и длинные волосы – в общем, если не считать современных джинсов, можно сказать, что он вписался в команду. Во всяком случае, не привыкшие видеть каждый день европейцев японцы не должны заметить существенных отличий.

Лежащий ближе всех к Алу образина со свежими фингалами под глазами и с кровоподтеком на скуле постоянно чесался во сне. По его одеялу навстречу Алу весело бежала крошечная вошка.

Ал приподнялся, опершись на локоть, и встретился глазами с косматым и чумазым, словно цыган, типом, лежащим на циновке за вшивым.

Тот спросил что-то на незнакомом Александру языке. Пришлось переспросить по-английски. Здесь дела пошли легче. Несмотря на то, что современный английский, которым неплохо владел Ал, сильно отличался от английского XVII века, нидерландские моряки говорили на жуткой смеси португальского, английского и голландского языков, так что и эта странность не бросалась в глаза. Собеседника Ала звали Джоханом Винком, по книге, он был главным артиллеристом корабля.

О себе Ал сочинил, что его корабль «Король Артур» попал в шторм у берегов Японии и затонул со всей командой. В живых остался лишь Ал – Алекс Глюк (одно из первых интернетных ников Александра), скромный негоциант и знаток Японии.

История была хоть и всецело высосанной из пальца, но все же могла иметь место быть. Океан большой, мало ли кто по нему ходит, а Магелланов пролив хоть и тайный, но не одному же Блэкторну повезло с картой.

Себя Ал назвал купцом тоже умышленно. В морском деле он был не то что нуль, а даже со знаком минус, так что спроси его что-нибудь из морской жизни – провалился бы как пить дать.

– Негоциант? Знаем мы таких негоциантов! Пират! – засмеялся в ответ Винк, обнажив беззубый рот.

– Почему пират? Мы, это… из торговых, – покраснел до ушей Александр.

– Торговые неторговые, а камзольчик-то спер. У своих же спер! Понятия иметь надо! – Винк сплюнул.

– Ну, спер, а ты бы на моем месте, можно подумать, погнушался бы, когда корабль пустой, а команда то ли акул кормит, то ли на реях сушится. – Он подмигнул моряку и, не заметив враждебности в его взгляде, поднялся и отодвинул сёдзи.

При виде его, с пола поднялись сразу же три самурая и человек, которого Ал вчера определил как старосту.

– Сумимасен. Тoйpe и дec ка? – Извините. Можно в туалет? – Вежливо поклонившись и держа руки так, чтобы было видно, что в них ничего нет, Ал остановился в шаге от комнаты, из которой только что вышел, готовый по первому приказу вернуться на свое место.

– Нани, пани? – Что, что? – переспросил Мура. – Тойре? Туалет?

– Тойре, то офуро и дec ка? – Туалет и ванну можно? – Он невольно поклонился, выжидающе смотря на старосту.

– Додзо. – Пожалуйста. – Мура показал жестом, что Ал может следовать за ним и сам проводил его на задний двор, посреди которого стояло ведро. Вот и все удобства. Но делать было нечего. Мура пристально наблюдал за тем, как Ал расстегивает ширинку. Так что Ал возблагодарил бога, что на джинсах пуговицы а не молния.

Александр припомнил, что Клавелл описывает японцев того времени как озабоченных половыми вопросами, а значит, староста хотел посмотреть на его член.

Слава богу, при росте метр восемьдесят, остальные части его тела были вполне пропорциональны, а значит, у старого извращенца будет о чем рассказать сегодня домочадцам.

Но вместо этого Мура что-то громко крикнул, и тут же Александр был окружен со всех сторон женщинами и детьми. Молодые и пожилые японки, смеясь и цокая языками, смотрели на его член, прикидывая на пальцах длину и ширину и должно быть примеряясь, кому такая штука может подойти. От женщин не отставали дети, обрадованные бесплатным шоу, они высыпали неизвестно откуда. Ал сжался, отворачиваясь от зрителей и мочась себе на ноги.