Потапов, «двойка»!
Шрифт:
— Ну как?
— Мама пирог печёт. Яблочный.
— Подлизывается. Вот увидишь, скоро станут шёлковыми, — сказал Женька.
— Ты думаешь?
— Сто пудов! Главное, держись и не поддавайся на провокации.
— Это как?
— Когда тебя позовут ужинать, прояви себя личностью. Ничего в рот не бери, пока все требования не выполнят. Держись, Лёха.
— Ладно, — вздохнул Лёха и повесил трубку.
Женьке было легко советовать. Попробовал бы он на голодный желудок нюхать мамин яблочный пирог. Лёха стал ждать, когда его позовут. При этом он не был уверен, что сумеет проявить себя личностью. Впрочем, ему даже не дали возможности это сделать.
Мама с папой как ни в чём не бывало уселись за стол и принялись уписывать пирог. Они даже не подумали о том, что в мире есть люди, которые голодают. Положение становилось катастрофическим. Надо было срочно вызывать Женьку. При нём родители точно постесняются оставить сына без еды. Лёха набрал номер телефона друга и, прикрывая ладонью трубку, прошептал:
— Жень, это я. Приходи. Срочно.
— А что такое?
— С родителями проблема. Я от голода умираю, а им хоть бы хны. Может, ты поможешь.
Не прошло и пяти минут, как в дверь позвонили. Увидев Женьку, Галина Васильевна — Лёшкина мама — радушно пригласила:
— Женечка, проходи. Я только что пирог испекла.
Она усадила гостя за стол и положила ему на тарелку большой кусок пирога.
— А Лёха? — как бы невзначай спросил Женька.
— Он не хочет, — беспечно ответила Галина Васильевна.
Лёха от возмущения и обиды даже не нашёлся, что сказать. Это была явная ложь. Вместо Лёхи ответил папа:
— У него разгрузочный день. Впрочем, Алексею не помешает немножко похудеть. Правда, сын?
Между тем мама продолжала потчевать Женьку:
— Да ты ешь, не стесняйся. Если Лёша не хочет, зачем тебе сидеть впроголодь?
Женька обернулся к Лёхе и одобрительно сказал:
— Молодец, Лёха. Сильный характер.
Он в знак солидарности поднял сжатый кулак, а потом смачно откусил пирог.
Лёха смотрел, как трое садистов на его глазах уплетают его любимое лакомство. Зрелище было жестоким и мучительным. Чтобы напомнить о себе, Лёха слабым голосом сказал:
— Голодающие иногда даже сознание теряют. За ними «скорая помощь» приезжает.
— Тебе это не грозит, — возразила мама.
Лёхе было обидно до слёз, но при Женьке он решил выдержать характер. Пускай знает, кто тут личность, а кто садист-самоучка.
На следующее утро Лёха подошёл к папе и молча положил перед ним исписанную тетрадь.
— Уже сделал? — удивился отец.
Он просмотрел упражнения и одобрительно сказал:
— Смотри, как после голодовки на тебя просветление нашло. Можешь ведь, когда захочешь.
— Завтракать-то будешь? — поинтересовалась мама.
«Наконец-то спохватилась», — мрачно подумал Лёха. Он был ещё обижен, поэтому решил выдержать характер.
Пускай поупрашивает.
— Что-то не хочется, — с деланным безразличием отказался он.
— Как знаешь, — пожала плечами мама.
В этот момент Лёха понял, что уже достаточно проявил себя как личность, и поспешно сказал:
— Разве только чуть-чуть.
Он никогда не ел с таким аппетитом. После завтрака папа сказал:
— Иди погуляй, а после обеда займёмся математикой.
— Хорошо, — безропотно кивнул Лёха.
Сытый и довольный, он вышел во двор.
— Ну что, порядок? Воспитал своих? — спросил Женька.
— Угу, — немногословно ответил Лёха.
— Я же говорил: станут как шёлковые.
— Точно, — согласился Лёха и подумал: «Ничего, что после обеда придётся задачки решать. Может, оно даже к лучшему. Контрольные ведь на носу».
Питомцы
Сочельник
Лена Синицына влюбилась. Её чувство длилось уже долго, с прошлого года, а точнее целых шесть дней. Началось всё тридцать первого декабря. Ленка столкнулась в лифте с Эдиком Завьяловым из десятого «А». Он жил этажом ниже и прежде её в упор не видел. Старшеклассники редко снисходят до общения с малолетками. Но в тот роковой день Эдик вдруг улыбнулся:
— Привет, соседка. Ишь, какая симпатичная выросла.
От неожиданности Ленка впала в ступор, как опоссум, у которого над ухом разорвалась хлопушка. И было от чего. По Эдику сохла половина школы. Комплимент от него означал — подружки помрут от зависти. Пока Ленка изображала из себя статую «Я не столб, я притворяюсь», лифт остановился. Двери открылись. Эдик бросил «пока» и вышел.
В этот миг Ленка поняла, что влюблена окончательно и бесповоротно.
Начались зимние каникулы — самое развесёлое время. На Синицыну буквально посыпались приглашения. Вадик Груздев звал её в филармонию на концерт, Женька Москвичёв — в кино, Петухов — на ёлку в Дом культуры, у него там мама работает. Прежде Ленка без оглядки бросилась бы в водоворот развлечений, но теперь одноклассники казались ей слишком мелкими и недостойными внимания. Детский сад! Какой нормальный человек в шестом классе пойдёт на ёлку? Да Эдик её после этого станет презирать!
Просидев несколько дней в добровольном заточении, Синицына поняла, что погорячилась. Любовь любовью, а каникулы проходили скучно. Ближайшая подружка Майка как конь носилась с младшим братишкой по детским утренникам. А идти на попятную и обзванивать мальчишек Ленке не хотелось. Вообразят невесть что!
Её одиночество скрашивала только «Вампирская сага». Вот это любовь! Укусить и выпить кровь до капельки! Ленка представляла, как Эдик впивается зубами ей в шею, и она без чувств падает в его объятия. Жалко, что он не вампир, но должен же у него быть хотя бы один недостаток.