Посох с проблемами
Шрифт:
– Оржаветь, - подтвердил кто-то третий у меня в голове.
– Вот это глюки...
– Не мешшшшшайте!
– я протянула руки к взбурлившему тварями облаку, и мастера тут же забыли про меня, ощетинившись навстречу врагу оружием. Но тварям не было до них дела. Они странным, вихрящимся потоком кружили над верхней кромкой тумана, их становилось все больше, они вытягивались, становились тоньше и словно вливались в нить. Нить, которая по моей воле все тянулась и тянулась к краям разрыва в небе.
Я четко осознавала, что у одной меня сил бы не хватило, и вот это странное внутри, которое знает как надо - оно состоит из трех частей. И вот это трехголовое ругается глюками, хмыкает Кусаригамой, шипит мой и очень торопится. Потому что времени мало... мало... почти не осталось. С той стороны прорыва есть нечто. Это нечто хочет войти. И пускать его нельзя.
– Ну! Давай!
– эхо прокатилось по горам, сметая облачный покров с каменных игл, сбивая с ног всех, кто был в пределах видимости, а потом сияющая нить скверны впилась в край разреза, и...
– Э... а что это было?
– спросила я, кажется вслух, когда скрежет диссонанса вдруг исчез, а над головой образовалось нормальное чистое небо без следа несанкционированных дыр.
Спросила, посмотрела недоумевающими глазами вокруг и... села на каменную осыпь, чувствуя что из меня разом выдернули все кости.
– Так, Мастер...
– пару секунд спустя запыхавшиеся голосом прошептал в моей голове Кусаригама.
– Спасать мир, это конечно дело хлопотное, но мы сюда немного за другим пришли. А потому меееедленно поднимаемся и ползём к вон той кучке Мастеров, в которой валяется старший Норд, и спрашиваем о самочувствии.
– Ой, жопа сестры... ты издеваешься?! Не хочу. Я уже ничего не хочу...
– Сама такая. Надо. Я бы мог взять тебя на руки и донести, но тогда это будет слишком подозрительно и сразу понятно, что именно он был твоей целью.
– Чтоб вы все заржавели, психи, - отчетливо сказал в моей голове... младший Норд?!
И пропал. Словно щелчком выключился.
А я тихо захихикала, как умалишенная, и поползла к старшему Норду. Налаживать отношения.
– Бяка! Плохая женщина, плохая!
– мне на плечо неожиданно тяжело плюхнулся взъерошенный пимпла и сложил свои перепончатые крылышки. Воинственно зашмыгал носом и ткнул меня лапкой в ухо: - Ты что творишь ваще, мутантка страшная?!
– Небо штопаю, - все с тем же дурацким хихиканьем я завалила ежа на спину и пощекотала пушистое пузо, не обращая внимания на злобное сопение. Впрочем, биоид как-то очень быстро успокоился, отпихнул мою руку от своего пузика и снова залез мне на плечо. Почесался и выдал:
– О, походу не только наша Мастер такая инициативная!
– Чего?
– не поняла я.
Странно довольный ёж показал лапкой на тащившего какую-ту женщину Скорпиона. Парень водрузил на себя не только незнакомую тетку в отключке, но и два ее оружия, покрытых заметным пятнами ржавчины. Целеустремленно так волок, словно знал куда.
– Мда...
– многозначительно протянул Кусаригама, - Похоже, эта новая мода такая - воровать себе Мастеров.
– Мутный пацан, на самом деле. Не знаю как, но тварь сам завалил, эту вот спасая. Когда вы там взбурлили и штопали, часть таки на нас ломанулась. А он и того... Одни мутанты кругом!
– Ты не отвлекайся на всяких ворюг, у нас свое дело, - напомнил Филициус.
– Вон Норд валяется, уже недалеко. Ползем-ползем-ползем!
– Эй! Это моя реплика!
– возмутился пимпла.
Глава 34
Дьеннис Норд:
– Ди, вставай, - теплые мамины руки погладили по спине и я откликнулся, выплывая из тяжелого полу-сна, полузабытия.
– Ди? Мальчик, что с тобой?
– Что-то... не знаю...
– растерянно пробормотал я, пытаясь понять, почему мне так хреново. Сон какой-то снился... ужасно дурацкий. В нем мое дикариное Оружие штопало небо тварями из скверны, а я ей канал держал, словно это она мой мастер, а не наоборот. И еще какой-то белобрысый громила там был, все пытался меня потоками за что-нибудь пощупать... брррр, приснится же такое.
– Ди?
– мамин голос стал по-настоящему тревожным, - что ты сделал?! Когда... кто тебе позволил так качать резерв?! Это кто-то из старших?! Приказ отца?! Почему я не в курсе?!
– Э...
– я окончательно проснулся, сел и тут же со стоном схватился за голову.
– Мам... только не кричи, ради призмы. У меня сейчас череп лопнет.
– Еще бы он у тебя не лопнул, дрянной мальчишка!
– мамины руки принялись быстро и довольно болезненно разминать нужные точки, запуская нормальный энергообмен в теле, а через него и в ауре. Не обращая внимания на мои подвывания и стоны, мать, как маленького, опрокинула меня обратно на кровать, перевернула на живот и прошлась железными пальцами вдоль позвоночника.
– О чем ты думал?! Три эволюции за короткое время, да кто на эти эксперименты столько скверны выделил?! Почему не под контролем кланового целителя? Ди! Только не говори мне...
– она выпрямилась и замерла.
– Ржа, сын! Только не говори, что это была твоя инициатива и ты провернул все подпольно! Что за идея фикс была срочно развиваться, кто тебя гнал?!
– Нет, мам, инициатива точно была не моя, - с чистой совестью прокряхтел я, поднимаясь на четвереньки и осторожно начиная сползать с постели.
– Зато теперь не одна вшивая наложница не посмеет на тебя шипеть. Сучки ржавые, завистливые. На охоты я, видите ли не хожу... Как будто они ходят, содержанки!
Мама вдруг охнула, бессильно опустила плечи и села на мою кровать, закрыв лицо руками.
Я перепугался насмерть, подскочил, на заплетающихся ногах метнулся к столу, налил в стакан воды из графина, расплескал чуть не две трети, но донес матери:
– Ма! Ты что?! Что случилось?! Ма, только успокойся! Тебе же нельзя! Волноваться...
Она взяла стакан и выпила одним глотком всю воду. Потом обняла меня и уткнулась лицом куда-то мне в плечо. Затихла.
– Да что случилось-то?!
– такого ужаса я не переживал с того дня, как к нам пришли и сообщили о гибели Криса. Моя мама, сильная, умная, сдержанная, настоящая леди, никогда не позволяла себе слабости не то что при посторонних - даже при нас, ее сыновьях. А тут...
– Твой отец только что вернулся с загонной охоты...
– тихо, шепотом сказала она.
– Тобой отдадут долг жизни.