Шрифт:
Ночь на пороге
Федерико Гарсиа Лорка
Что бы вы сделали, если бы это была последняя ночь вашей жизни? Вы столько времени потратили впустую, а потом узнали, что время до утра – это все, что у вас осталось. Непростой выбор. Вот и Джонни не знал, как поступить, и, возможно, именно поэтому, как обычно по вечерам, оказался в баре напротив дома, где у него были апартаменты. Он занял свое любимое место у окна, из которого был виден его новенький «Ягуар», припаркованный у тротуара.
– «Веспер», – сказал он официанту, а сам фривольно откинулся на диване.
«Вот забавно, – думал он, глядя на остальных посетителей, – они ни о чем не подозревают. А ведь пройдет эта ночь, и бум! И всё, ничего этого не будет. Можно себе представить их лица в последние минуты. Неописуемое удивление».
Джонни думал об этом с определенным чувством собственного превосходства и не без удовольствия. Он даже усмехнулся. Отчего-то невежество других перед неотвратимым концом казалось этому человеку чрезвычайно забавным. Он стал покачивать головой в такт мягко разливающейся по залу музыке, припоминая, с чего всё началось. Так с чего же? Ах да! Сегодня утром он сидел в одном из ресторанов отеля «Ритц». Ему всегда нравилось приходить туда на поздний завтрак, там подают отличные булочки. По легенде отеля, их доставляют на самолете прямо из Бретани, из самой лучшей пекарни. Возможно, что и так. Джонни любил получать все лучшее и мог себе это позволить. Он перекинул ногу на ногу. Его мать не одобрила бы такое поведение, но сам он не обладал подобного рода чуткостью.
Официант принес напиток. Джонни сразу сделал глоток. От этого его воспоминания стали еще ярче. Так вот, Джонни завтракал в Ритце, с наслаждением созерцая белоснежные скатерти, плавные движения официантов, дорогую посуду, свежие цветы в вазах – все это великолепие. Но вдруг, от чего-то отвлекшись, он обратил внимание на двух джентльменов за столиком неподалёку. Они были одеты в темные деловые костюмы, но не совсем обычные. А дело было в том, и Джонни даже мог бы поспорить, что ему это не померещилось, что от ткани одного исходило легкое золотое свечение, а от другого – темнота. Джонни следил за последними технологическими достижениями, но не мог припомнить, чтобы читал о чем-то подобном. К тому же лучшие мастерские костюмов он знал не понаслышке. Его собственные без исключения были сшиты вручную в Лондоне. Но что больше всего разбудило любопытство Джонни, так это содержание самого разговора этих двоих. Несмотря на звуки в ресторане Джонни смог отчетливо различить их диалог.
Конец ознакомительного фрагмента.