Последний Фронтир. Том 2. Черный Лес
Шрифт:
Хотелось взвыть.
Завтра тренировка. Завтра она хотела ему сказать… Уже завтра.
Почему Мастер Мастеров – единственная тема в жизни, при мыслях о которой почва под ногами становится не твердой, но непрочной, жидкой и даже как будто вязкой? Опасной, как каток, и дурной, как чмокающая под подошвами гудроновая лужа.
На лицо капало. Из кухни тянуло жареной рыбой.
– Поджарил три. Тебе, себе и Иану на вечер, – сообщил стоящий у плиты Ивар. Сегодня была его очередь кашеварить. – Ты ешь рыбу?
– Я все ем.
– Молодец.
Она до сих пор не любила оценки. «Молодец/умница/дурочка/криворучка/кривожопка»… Как можно быть «молодцом» только потому, что способен без отвращения на лице съесть любой или почти любой продукт? Все можно напитать правильной энергией и употребить так, чтобы не взбунтовалось, но вобрало в себя нужные элементы тело.
Ивар же о подобных материях очевидно не задумывался. «Жрешь все? И молодец» – коротко и ясно.
Солдафон – он и есть солдафон, и это несмотря на чуть горделивое и в то же время удивленное выражение лица – лица, творив которое природа явно поскупилась на время. Приделала маленький, не вздернутый и без горбинки, ровный и чуть пухловатый носик, добавила ничем не примечательные голубые глаза. Наградила ртом, который явно остался после кого-то другого, и мелкими, оттопыренными в стороны ушами. Высокий рост, широкие плечи, идеальная укладка коротких волос – все это смотрелось отлично, пока Ивар не поворачивался. И не начинал говорить.
Чтобы ненужные беседы не провоцировать, она старалась на него не смотреть.
– Тебя ведь Белиндой зовут?
Тишина в ответ.
Опустившаяся на корточки Лин осматривала щеколды балконных дверей.
Надежные? Пинка не выдержат, но от пинка рассыплется и стекло… Отмычками не вскрыть – только если вырезать или выставить одну из ячеек…
Конец ознакомительного фрагмента.